То двери сами собой открываются и закрываются. То кран на кухне. Я явственно слышал, что вода бежит, пришёл, а кран закрыт. Не, ну я понимаю, многоквартирный дом. Можно списать на шум от соседей. Двери на усадку дома. Да на всё можно найти объяснения. Но вешалка! — Парень рассказывал всё с какой-то злостью. — Рубашку я снял, чтобы погладить. Никого в квартире. Один я. Хотел поглаженную повесить, а вешалка качается, будто её кто-то толкает. Я провёл эксперимент. Чтобы так раскачивалась вешалка, её надо толкать. Девушки у меня дома перестали оставаться. Совсем. Познакомлюсь, приглашу. Сам видишь, мне мало кто может отказать.
Глава 4 / Начало
В этот же вечер я постарался записать заклинание, поведанное мне старым кощеем, более понятными словами в свою ведьмачью книгу. Вот не зря я сотворил заклятье ещё в детстве на память. Всё слово в слово записал, переведя на более понятный язык.
- Ты думаешь, это сработает? — раздался за спиной голос Машки. Я даже подпрыгнул от неожиданности. Совсем забыл, что Маня видит мою тайную комнату. Для ведьм и Анютки мы сейчас невидимы, но Машку никакие заклятья не удерживают. Как же я жалею, что мы с Васяткой подавили её дар поворачивать время вспять! — Машка задорно рассмеялась.
- Не ожидал тебя увидеть. — улыбнулся я. — Тебя что-то смущает?
- Ну, не в таком же виде ты слышал заклинание? — нахмурилась она.
- А с чего ты взяла, что я его слышал? — удивился я.
- Ну, не сам же составлял? Кто сейчас говорит: «Двумя путями раскинется да двумя дверями отворится»? Если бы ты составлял, тогда написал бы, — Машка чуть задумалась, а затем выдала, — Две дороги разойдутся и две двери откроются.
- Логично, — согласился я. — Запишу, как услышал. — И я полностью записал заклинание и обряд, как прочёл его кощей.
- Меня с собой возьмёшь? — Маня посмотрела мне прямо в глаза.
- Нет, — ответил я, и мне захотелось добавить: «Даже не думай!»
Но по чуть прищуренным глазам Машки я понял, что зря отказал ей.
- Нет так нет, — чуть пожав плечами, сказала Маша. — Сама обряд проведу. Слово в слово запомнила. — Фыркнув, дочь вышла из комнатки. Ну, вот что с ней делать?
- Маш! — окликнул я дочь, и она приостановилась, чуть повернув голову, давая понять, что слушает, но смотреть на меня не хочет. — Это я не подумав брякнул. Не привык, что ты уже взрослая.
Маня радостно завизжала и повисла у меня на шее.
В четверг я съездил на Николаевское кладбище, где нашёл могилку с именем Михаил. Немного подумав, я также решил присмотреть могилу с именем Мария, ведь Машке тоже не помешает защита. Возможно, я установлю такую же защиту и для Анюты, сейчас так много мошенников.
Решено в следующий четверг с Анюткой отправлюсь в лес. Заехав в магазин, купил для погостника фарш. Мы будем тревожить покой кладбища ночью, и нужно задобрить его хозяина.
Подъехав к дому, я по привычке заглянул во двор к бабе Ма, но там было пусто. Никаких посетителей.
Дома я приготовил всё необходимое для обряда и решил нарезать щепочек. Ну, не лазить же по лесу ночью. Я то заговор на кошачий глаз сделаю . А Машка? Хм, почему бы её не научить этому? Стоп, тогда я стану её наставником. Обучу более чем трём заговорам и наговорам, и всё, вуаля. Хочу я этого или нет, я её наставник. А оно мне надо? А Машке?
С другой стороны, есть в ней дар, и его нельзя игнорировать. Да, жизнь ведающих не так сладка, как кажется. А если Машке попадётся такая наставница, как Лине? Не самой же Лине в голову пришло пойти против всего ковена и скинуть Францевну. В этом прямая вина наставницы.
И будет потом Машка моей смерти с нетерпением дожидаться, когда я ей силу передам. Так! Нет! Что-то меня не в те дебри занесло! Прочь все сомнения. Я буду Машке передавать знания. Главное, чтобы Анюта не заревновала. Как-то надо ей донести это.
— Хозяин, — раздалось от калитки. Я поднял голову и увидел молодого, довольно симпатичного человека. — Не знаю, по адресу ли? — Скромно проговорил он. Его скромность никак не вязалась с внешностью. Обычно такие красавчики ведут себя уверенно.
— Смотря какой адрес вам нужен был. — Ответил я, подходя к калитке.
— Даже не знаю, как сказать. — Парень ухмыльнулся, и я понял, что вся его скромность напускная. — У меня есть тётка, которую я досматриваю. Ну, знаете, договор пожизненной ренты. — Наверное, на моём лице что-то отразилось, потому что парень заторопился объяснить: — Нет, не подумай. Тётка родная. И я её без напряга досматриваю. Она мне твой адрес дала. Ничего, что я на ты?
— Нормально. Что случилось?
— Да сам не знаю. Может, в дурку обратиться? — Парень умолк.
— Но в дурку не хочется, лучше к ведьмаку. — Продолжил я за него.
— Ну, типа того. Хотя я мало верю. Ну, и психом себя не считаю.
— Рассказывай.
— Да фигня какая-то. То двери сами собой открываются и закрываются. То кран на кухне. Я явственно слышал, что вода бежит, пришёл, а кран закрыт. Не, ну я понимаю, многоквартирный дом. Можно списать на шум от соседей. Двери на усадку дома. Да на всё можно найти объяснения. Но вешалка! — Парень рассказывал всё с какой-то злостью. — Рубашку я снял, чтобы погладить. Никого в квартире. Один я. Хотел поглаженную повесить, а вешалка качается, будто её кто-то толкает. Я провёл эксперимент. Чтобы так раскачивалась вешалка, её надо толкать. Девушки у меня дома перестали оставаться. Совсем. Познакомлюсь, приглашу. Сам видишь, мне мало кто может отказать. — Он приподнял голову, словно предлагая полюбоваться собою. — Домой привезу. Она по квартире пройдётся заинтересованно и бежать. Понять не могу, что происходит? — Он с досадой хлопнул рукой по забору. Шарик, не сообразив, что произошло, зашёлся звонким лаем. Дворовой выругался, видно, тоже не ожидал такого, и велел псу замолчать.
— Как тебя зовут? — спросил я.
— Игорь, друзья зовут Гариком, — уже более спокойно ответил парень.
— Оставь свой адрес, завтра приеду, — пообещал я. — Ты будешь дома днём?
— Я в отпуске, буду ждать, — с облегчением проговорил он. — Это обнадеживает. Я же не псих. — пробормотал он и направился к своей машине. Надо же, а я даже не слышал, как он подъехал.
Как только Анютка уснула, мы с Машкой, прихватив топорики и немного дров, отправились в лес. Попросив у Лешего разрешения провести обряд, мы разложили костёр, в который побросали свои топоры. Повернувшись спиной к костру, мы семь раз прочли заговор. Я выхватил из костра заранее припасённой рукавицей обгоревшее топорище, присыпал костёр, оставив топоры в земле, и через лес поспешил с Машкой на кладбище.
— Пап, смотри, — указала мне дочь на множество огоньков, движущихся по лесу. То тут, то там раздавались людские выкрики.
— Ищут кого-то, — ответил я Машке. — Кто-то заблудился. Илью, вроде, кличут.
— А я-то думала блуд, — Машка схватила меня за руку.
— Пойдём. Нам сюда. Мы с ними не пересекаемся, — потянул я Машку за руку и двинулся по знакомой мне тропке.
У ворот кладбища я разложил фарш и попросил разрешения завершить обряд.
— Ведьмак, давно не появлялся, — заговорил со мной памятник на могиле, на которой я закапывал обожжённое топорище.
— Здравствуй, хозяин, — чуть склонил я голову. — Дочь боюсь напугать, — пояснил я, почему тихо разговариваю.
— Знаниями делишься, — понимающе хмыкнул погостник. — Сильная ведьма будет. Приведи её в новолунье, метку ей поставлю, — приказал мне погостник и скрылся.
Ну вот. Машка с меткой погостника сможет свободно на всех кладбищах обряды совершать. Подарок от погостника. Не каждому даётся.
Ведьмы многие совершают обряды на кладбищах. Но или с разрешения погостника, или тайком, отдавая силу и здоровье. Восстановить которое не получается.
Завершив обряд, мы отправились домой. Много сил этот заговор забрал. Я чувствовал усталость, и Машка еле передвигала ногами. Эх. Погорячился я, пообещав завтра Игорьку приехать. Восстановится бы успеть.
— Пап, — потянула меня за руку Маня. — Смотри, — она показала на поваленное дерево. Под ним, свернувшись калачиком, спал мальчишка.
— Его наверное ищут, — прошептала Машка.
— Ага. Совсем не в той стороне.