Не знаю, что в голове у таких людей, как мой супруг. Вчера открыла его с новой стороны. Дело в том, что уже второй год он мается от сильный болей. Сначала был язвенный колит, потом к нему добавился брюшной тиф, он долго пил лекарства, но они не помогли особо. На днях диагностировали доброкачественные раковые образования. Он ни в ус ни дует, думая, что врачи нагнетают, достаточно продолжать пить капсулы, таблетки, что ему прописали, и само рассосется. Пьет он их не как положено, а раз через два.
Ему хватает оптимизма
Не знаю, хвататься за голову или восхищаться его умением "видеть лишь хорошее"))). Ехали в машине по общим делам. Он всю дорогу провел за восхитительными репликами в свою честь, делая акцент на том, чего он смог добиться. Это он так итоги жизни подводит? Или реально верит в отсутствие опасности для здоровья? Сравним на контрасте: у меня из головы не выходили мысли о его диагнозе, о том, как вывести эту болезнь, а он бахвалился дорогими покупками.
Он специально вытесняет мрачные раздумья
Читала про такой вид психологической защиты, как игнорирование. Многие психотипы прибегают именно к этой форме защиты психики в моменты стресса. Кажется, по-научному это называют психологической защитой отрицания или вытеснения. Нежелательные мысли, поступки и сильные отрицательные эмоции неосознанно загоняются в область бессознательного. Так человеку легче перенести стресс, тяжелое потрясение и конфликтную ситуацию. Кажется, это оно.
Я никак не могу ему помочь
Но я-то трезво смотрю на вещи и понимаю, что его выздоровление маловероятно. Из-за сильных резких болей он уже не может много работать, как раньше. Пришлось сменить занятость. Доходы упали. Соответственно, мне приходится напрягаться: я от зари до зари пашу на работе и по самозанятости с целью накормить всех досыта, вносить платежи по ипотеке. Уход за детьми фактически тоже на мне. Итого получается что? Я занята по горло без возможности ухаживать за ним: сбалансировать его питание, варить супчики, кашки, щадящие желудок. Я и детям всего этого не делаю. Они питаются в школьной столовой и далее в буфета, вечером варю полуфабрикаты. Уж извините, это единственный тип питания, который я могу им предоставить.
Его родителей давно уже нет в живых. Из родственников есть брат и сестра, но они живут далеко, к тому же по горло в своих проблемах. Не будут они переезжать и следить за его рационом. Он же, похоже, вообще не собирается прислушиваться к словам врачей. Они говорят: — Не надо пихать в себя, что попадется под руку! Нужно сесть на диету. Он ноль внимания этим словам уделяет. По-прежнему сметает с прилавков супермаркетов всякую ерунду и набивает ей живот...
Его не переделать
С детства он страдал от нищеты и испытывал презрение окружающих за бедность. И теперь основной мыслью в его голове стала таковая о богатстве. Несомненно, чего-то он достиг. Но тема здоровья вообще никак не присутствует в его скромном и единообразном арсенале инструментов для размышления.
Подумай о себе! — говорю ему. Но такое ощущение, что мои просьбы для него — фон, комариный писк какой-то, на который отвлекаться не стоит...