Старый яблоневый сад утопал в прозрачной дымке сентябрьского утра. Анна Михайловна, поправляя выбившуюся из-под цветастого платка седую прядь, привычно обходила владения. Каждое дерево здесь было посажено её Мишенькой — царствие ему небесное. Вот эта антоновка — в год рождения дочки Маринки, а та молодая яблонька-китайка — когда внучок появился...
Размеренное течение мыслей прервал грохот подъезжающего "Лексуса". Анна Михайловна поморщилась — явился, стервец. Зять её, Дмитрий Сергеевич, успешный бизнесмен и по совместительству главная заноза в заднице, как она его про себя величала.
— Мам, привет! — Дмитрий, сияя белозубой улыбкой, выпрыгнул из машины. — Как урожай нынче?
"Мам" он говорил с таким приторным акцентом, что у Анны Михайловны сводило челюсть.
— Не "мамкай" мне тут, — буркнула она. — Чего припёрся в такую рань?
— Да вот, проект принёс показать. Крутейшая тема! — Дмитрий раскатал на капоте какие-то чертежи. — Смотрите: здесь снесём часть старых яблонь, пустим на дрова, и будет шикарный гараж на две машины. С автоматическими воротами, подогревом пола... Зимнюю резину буду там хранить, да и для ваших закаток место найдём.
Анна Михайловна побелела как мел.
— Что?! — её голос взлетел до ультразвука. — Снести... МОИ яблони?!
— Ну не все же! Только вот этот участок, — Дмитрий обвёл рукой добрую четверть сада. — Они же старые уже, того и гляди упадут...
— Вон! — Анна Михайловна схватила с земли яблоко и швырнула в зятя. — Вон из моего сада, ирод!
В этот момент скрипнула калитка соседнего участка. На дорожке появился крепкий мужик лет сорока пяти, с характерной походкой человека, привыкшего передвигаться в ограниченном пространстве.
— Здорово, соседи, — хриплым голосом поздоровался незнакомец. — Я ваш новый сосед... Степан. Домик тут снял. Будем знакомы.
Его маленькие, глубоко посаженные глазки быстро обежали сад, задержавшись на какой-то одной, известной только ему точке.
— Красота у вас тут, — протянул он. — Сад-то небось старый? Лет пятнадцать точно будет?
— Все тридцать пять! — с гордостью ответила Анна Михайловна. — Муж мой, царствие небесное, каждое деревце своими руками...
— А вот значит как, — Степан улыбнулся, обнажив золотую фиксу. — А работка у вас не найдётся? А то я недавно вернулся из мест, скажем так, весьма отдалённых. Сейчас совсем на мели. Может, помочь чего надо? По хозяйству там, вижу стройку затеяли. Или... яблоки собрать?
— Нет! — резко ответил Дмитрий. Что-то в новом соседе ему категорически не понравилось. — Справимся сами.
— Ну-ну, — Степан прищурился. — Как знаете. А я это... если что — всегда рядом.
Вечером на семейном ужине разразился скандал.
— Мама, ну пойми ты! — умоляла Марина. — Дима же дело говорит. Машины под открытым небом стоят, того и гляди угонят...
— Нет! — Анна Михайловна грохнула кулаком по столу так, что подпрыгнули чашки. — Пока я жива, никто здесь ничего строить не будет! Этот сад дорог мне как память!
— Послушайте, — Дмитрий старался говорить спокойно. — Я уже все согласовал. Завтра привезут материалы...
— Ах так?! — глаза Анны Михайловны опасно сузились. — Ну-ну... Посмотрим ещё, кто кого.
А за забором, в полутьме соседского дома, Степан разложил на столе потрёпанную схему.
— Ничё, ничё, — бормотал он себе под нос. — Пятнадцать лет ждал, и ещё подожду маленько. Главное — не спугнуть рыбку... Вот оно, золото родимое, тут лежит зарытое у старухи. За вас пятнаху отмотал, пришла пора забирать плату за грехи свои, — его палец упёрся в точку на схеме, как раз там, где на участке Анны Михайловны росла старая антоновка. — Скоро свидимся...
****
Утро выдалось промозглым. Дмитрий, матерясь сквозь зубы, разглядывал проколотые шины своего "Лексуса".
— Да чтоб тебя! — он пнул колесо. — Все четыре... И как только догадалась, старая ведьма!
— Кто ведьма? — раздался хриплый голос. Степан, подпирая забор, с ухмылкой наблюдал за сценой. — Никак тёща твоя пошалила? Боевая тётка, я бы её с собой на делюгу взял.
— Не твоё дело, — огрызнулся Дмитрий, набирая номер шиномонтажа.
— Ну-ну, — Степан прикурил "Приму". — А я тут это... К Михайловне собрался. Яблочки помочь собрать. Она вчера сама просила.
Дмитрий напрягся. Что-то было не так в этом соседе. Слишком уж он крутился возле их сада.
— Слышь, братан, — Степан понизил голос. — Ты это... Не дури. Газовать на бабку не надо. Старуху не обижай. А то знаешь, как оно бывает... — он многозначительно поиграл желваками.
К вечеру во дворе выросла гора строительных материалов. Анна Михайловна, вооружившись биноклем, вела наблюдение из окна второго этажа.
— Мам, ну прекрати! — Марина заламывала руки. — Вы же как дети малые! То ты шины ему прокалываешь, то он назло материалы привозит...
— Цыц! — прикрикнула Анна Михайловна. — Не лезь, когда старшие воюют. О! Явился, голубчик...
Во двор вошёл Степан. Он держал в руках корзину, доверху наполненную яблоками.
— Анна Михайловна! — заорал он, задрав голову. — Я вам тут антоновочки насобирал. Можно подняться?
Через пять минут они уже сидели на кухне. Степан, прихлёбывая чай, травил байки:
— ...А на зоне, значит, у нас сад был на хоздворе. Ну, не как у вас, конечно, так, три чахлых деревца. Но мы их берегли, как могли. Потому что воля — она пахнет яблоками... Такие яблоки, когда сам вырастил - они в сто крат слаще, чем с передачек.
Анна Михайловна украдкой смахнула слезу.
— А у меня Миша каждую весну... — она запнулась. — Знаешь, Стёпа, помоги ты мне. Не дай ироду этому сад порушить.
— Да не вопрос, мамаша! — Степан подмигнул черным глазом. — Я такую каку подстрою — век помнить будет, вообще зятёк дорогу к тебе забудет! Ты бы знала за что я пятнаху отмотал...
Ночью в саду творилось что-то странное. Дмитрий, привлечённый шорохом, выглянул в окно. В лунном свете мелькнула чья-то тень. Кто-то методично перекапывал землю под старой антоновкой.
— Так, — пробормотал Дмитрий. — Приплыли. Надо ставить камеры, похоже.
На следующий день он установил по периметру сада систему видеонаблюдения. Вечером записи показали удивительную картину: Степан, воровато крадучись, обходил деревья, что-то измеряя шагами и делая пометки в потрёпанном блокноте.
— Ни хрена себе! — присвистнул Дмитрий. — Это что же он ищет? Уж точно не яблоки для Анны Михайловны собирает. Интересно, она в курсе?
А в это время Анна Михайловна готовилась к решительному бою. В кладовке она нашла старую канистру с бензином.
— Ну всё, — бормотала она, встряхивая ёмкость. — Нет стройматериалов — нет гаража. Сожгу до тла! Пусть только стемнеет...
За окном мерцали первые звёзды. Степан, притаившись за кустом смородины, нервно курил папиросы одну за другой.
— Пятнадцать лет, — шептал он. — Пятнадцать лет ждал. Сегодня ночью всё решится. Главное — тихо взять камушки и свалить. Эх, знал бы участковый Петров, что его убил я не зря...
В доме погасли последние окна. Сад погрузился в тревожную тишину, нарушаемую только стрёкотом сверчков. Где-то вдалеке пробили часы. Пора...
*****
Полночь накрыла сад чернильной темнотой. Анна Михайловна, кряхтя и поминутно оглядываясь, кралась между яблонь. Канистра предательски булькала при каждом шаге.
— Ну, погоди у меня, — шипела она сквозь зубы. — Будешь знать, как на святое покушаться...
Внезапно впереди мелькнул луч фонарика. Анна Михайловна замерла, вжавшись в ствол яблони. В тусклом свете она разглядела Степана, остервенело копающего под старой антоновкой.
— Где же ты, падла... — бормотал он себе под нос. — Должно быть здесь, по всем расчётам...
Лопата глухо ударилась обо что-то металлическое.
— Есть! — выдохнул Степан. — Ну, здравствуй, рыбка моя золотая...
Анна Михайловна, не удержавшись, охнула. Степан резко обернулся, луч фонаря выхватил из темноты её бледное лицо.
— Старуха?! — прохрипел он, и его глаза опасно блеснули. — Вот же ж невезуха... Мне свидетели не нужны.
— Какие еще свидетели? Степан, это что же ты в моём саду копаешь ночью? — Анна Михайловна шагнула вперёд.
— Стой где стоишь, мамаша, — Степан выпрямился, сжимая в руке лопату. — А главное не верещи!
— А то что? — с вызовом спросила она.
Степан с рыком бросился вперёд. Анна Михайловна швырнула в него канистру и заорала что есть мочи:
— Караул! Убивают!
В доме вспыхнул свет. Степан, матерясь, схватил старуху за горло:
— Заткнись, курица! Пятнадцать лет из-за этих цацек на нарах парился, не дам всё похерить!
— Руки убрал! — раздался ледяной голос Дмитрия. Он стоял в двух шагах, целясь в Степана из травматического пистолета. — Быстро.
— А то что? — оскалился Степан. — Ты меня на понт не бери, фраер. Пальнёшь в меня из своей пукалки? Да я эту старую каргу быстрее...
Договорить он не успел. Анна Михайловна, извернувшись, цапнула его за руку зубами. Степан взвыл, отшатнулся, поскользнулся на мокрой от росы траве и рухнул в вырытую яму. Следом ему на голову полетела полная канистра.
— Мама! Дима! — истошный крик Марины прорезал ночь.
Через полчаса сад напоминал съёмочную площадку голливудского триллера. Мигалки патрульных машин раскрашивали деревья в красно-синий цвет. Опера в штатском паковали матерящегося Степана в наручники. Криминалисты бережно извлекали из ямы старинную шкатулку с драгоценностями и... почерневший от времени сундучок, который каким-то образом оказался зарыт совсем недалеко от награбленного Степаном, но явно не имел никакого отношения к его преступлению.
— Так это что же... — Анна Михайловна, кутаясь в плед, разглядывала пожелтевшие документы. — Получается, наш дом когда-то принадлежал дворянам... Мишенька покойный всегда говорил, что тут раньше какие-то царские люди жили...
— Княжеский особняк, — подтвердил эксперт. — Судя по бумагам, ваш покойный муж приходился правнуком последнему владельцу графу Аракчееву. Поздравляю — вы теперь не просто хозяйка сада, а потомственная дворянка! Со справкой!
Прошёл год. Яблоневый сад преобразился до неузнаваемости. Среди деревьев вились аккуратные дорожки, на которых толпились туристы. Дмитрий, в стильном костюме-тройке, вёл очередную экскурсию:
— ...А здесь, под этой антоновкой, и был найден клад. Кстати, дерево посажено моим тестем в год рождения моей жены...
Анна Михайловна, восседая на резной скамейке, благосклонно кивала. На груди поблёскивал фамильный медальон из найденной шкатулки.
— А знаешь, Димка, — задумчиво сказала она вечером. — Если бы не твоя затея с гаражом, так бы и не узнали ничего. Ни про клад, ни про наследство...
— Да уж, — усмехнулся зять. — Только давайте договоримся: в следующий раз, если что не понравится — просто поговорим? А то знаете, тёща, колёса на мой "Лексус" нынче дорогие...
— Договорились, — рассмеялась Анна Михайловна. — Кстати, там за домом место хорошее пустует. Может, и правда гараж построим? А то и правда, закатки ставить некуда.