Понять, чем закончится несанкционированный протест населения, достаточно легко. Внимательно посмотреть на митингующих. Вот Абхазия. В толпе практически нет женщин. Суровые серьёзные небритые мужчины. Никто не бегает с «айфончиком». Они пришли не для пиара. Они пришли «потолковать». Напрямую с властью. Натравливать на них полицию занятие рисковое. У многих протестующих под одеждой могут быть спрятаны обрезы и автоматы. А может и нет. И полиция об этом знает. Также как и власть. Тем более у протестующих есть лидеры. Вот что сказал один из них Ливан Микаа: ««Переговорный процесс остановлен, потому что президент Аслан Бжания сбежал. Мы не можем найти тех людей, которые могут нам сказать, куда, в какую сторону». Нет желания у Аслана разговаривать с недовольными земляками.
Теперь протест беженцев в Курске. Уже наступили холода, три месяца нет своего жилья, и люди вышли на митинг. Люди в основном пожилые. Очень мало мужчин. Большая часть «тёток» снимает происходящее на телефоны. Бегать от них власти не нужно. С такими можно вести диалоги, дискуссии, обсуждения. И обещать решать проблемы. На своих условиях. А митингующие будут просить, умолять, плакать. Некоторые перед властью встают на колени. Им говорят – надо ещё немножко потерпеть (срок не уточняется) и все будете с жильём. А пока определим очерёдность, первостепенность, важность каждого беженца. Выдали несколько сертификатов. И на этом протест заглох.
И у нас как-то мелькнули суровые мужские лица. От них сбежали бывший министр обороны на пару с начальником генштаба в Ростове-на-Дону. За малым не догнали в Москве. С трудом уговорил Лукашенко, президент другой страны, остановится на дороге «мятежникам». Так их назвал президент родной страны.