первая глава здесь
предыдущая глава здесь
Эдэмант, этот самый врач, о котором столько судачили в гостиных светских и не светских дам. В которого плевались огнём праведной зависти почти все почтенные коллеги. О котором мечтали если не все, то многие матушки с дочерьми.
Да, да, тот самый, что сейчас стоял около кровати, на которой спала Юлия, и внимательно смотрел на неё.
Он изучил все исследования. Внимательно опросил коллег. И на самом деле не нашел ни одной ошибки в их действиях.
Что и подтвердил к их вящему удовольствию. Позволив им подумать, что не так уж он и плох, этот скандальный лекарь, раз уж так хвалит их действия!
Эдэмант ещё немного постоял, пристально глядя на девушку. У той уже и щечки начинали розоветь, и дыхание было совершенно правильным. И вдруг…
О! Этот случай будет записан позже в учебниках! О нём будут говорить, и рассказывать, стыдливо прикрывая хихикающий ротик! Да, да!
Слава скандального лекаря, скандального на первом плане, получит новый толчок, и пойдет волнами по всей стране.
Эдэмант, зачем-то поправив и так безупречно сидящий на нём лекарский халат, почему-то подергав воротничок…
Если бы не совершенно невозмутимое выражение лица, можно было бы подумать, что он волнуется!
Вдруг шагнул ближе к постели пациентки, низко наклонился над её ухом, и громко шепнул:
- Какая у вас очаровательная попка!
Все застыли оледеневшими, соляными скульптурами.
А лекарь выпрямился, и довольно сильно хлопнул пациентку по…ну, по там, насколько позволяло то, что она лежала на спине.
Все дружно распахнули рты, намереваясь выразить своё дружное и громкое фе, как вдруг глаза Юлии, через миг после хлопка и слов широко распахнулись, и:
- Вы что себе позволяете?! – выпалила она, пытаясь подняться.
Кто б ей дал! Да и слаба она была для таких-то рывков.
С яростью глядя в эти нахальные глаза напротив, она начала ещё больше злиться, поняв что над ней банально смеются!
- Вот видите, коллеги, - отвернулся от неё Эдэмант, обращаясь к другим лекарям, - вы старались накачать пациентку, а ей нужно было разозлиться!
И он, отвесив всем поклон, собрался уходить.
И опять-таки, кто б его так быстро отпустил! На него накинулись с благодарностями, жали руку, хлопали по спине. Так сильно, что он уже начал вспоминать, где у него мазь от синяков.
Юле пояснили, что не могли её никак разбудить. Никто! И она решила, что может простить нахала.
- Доктор, - слабым голосом позвала она лекаря. Тот повернулся. Юля взглянула в его глаза, и, увидев там мягкую усмешку, спряталась в свою раковинку, скомкано пробормотав слова благодарности.
Эдэмант всем, ответив, попрощался и покинул палату. С дальнейшим справятся и без него!
Вокруг Юли захлопотали все кому не лень, пока ведущий её лекарь не изгнал лишних из палаты.
Наренд остался. Но несмотря на упорные расспросы внучки о подоплеке всего, держался как партизан, сказав, что расскажет всё, когда та придет в себя полностью.
А сейчас надо выпить бульончику!
********************************
Малюсенькая рекламка, не переключайтесь:))) :
Друзья, понравившиеся вам истории теперь можно скачать себе навсегда:
Два больших сборника плюс.
Сборник повестей, сказок и баек, здесь:
А так же, самый большой сборник здесь Баба Яга и Кот Баюн смешно навеки
И все остальные книги и подборки здесь там же можно и автора кофейком угостить:)
*****************************************
Седовласый гном волок своего горе - ученичка за ухо. И как тот не дергался, вырваться из цепкого захвата ему не удавалось.
Старший не обращал внимания ни на хныканья, ни на, то, что ученичок споткнувшись, пару раз упал. Он, старший, просто продолжал нестись вперед, не обращая внимания на трепещущую за ним тряпочку в виде Шмуртузеля. Тот заливался слезками, просил сбавить темп. Ага! Как же!
Его бывший наставник так пылал всем праведным, что ему эти слезки были глубоко до того самого.
Притащив негодника в свой кабинет, он буквально кинул его в кресло, не шибко удобное. Деревянное. Без подушечек. Стоящее там как раз для подобных случаев. Правда, такой тяжести нарушений пока ещё не бывало. И седовласый гном был даже в некоторой растерянности.
Шмуртузель, чувствуя слабинку обвинителя, начал причитая, оправдываться.
- Я такой страшненький! Меня никто не любит! Я думал, накоплю богатств…
- А что, ты чуть человека не сгубил, это тебе ни о чём не говорит?!
- взревел выведенный из себя наставник, - и скажи мне, чем провинилась эта девушка, что ты ей назначил такую страшную участь, вечно жить в камне?! Ты ведь прекрасно знал, что её сознание никуда не исчезнет! А тебе самому такого бы для себя хотелось?!
Голос наставника, бывшего, гремел под сводами. Шмуртузель, понимая, что вряд ли ему что-то поможет, съеживался ещё больше.
Наставник, побегав вокруг стола, уставился на недотепу.
- А ведь если бы ты подумал, правильно подумал, то смог бы найти способ снять с себя эту родовую гадость!
- Родовую?! – опешил Шмуртузель.
- Так ты ещё и историей своего рода не интересуешься?!
Для гнома не знать историю предков было чем вроде предательства родины в целом, и рода в частности.
- Да! Родовую! Никто вам не виноват, что твоя прапрабабка решила, во что бы то ни стало стать принцессой!
Никто вам не виноват, что она перецеловала всех окрестных жаб и лягушек! Никто!
И уж точно, никто не виноват, что она таки нашла своего принца!
В тысяче двадцать первом жабе!
Но он, увидав, что она уже сама вся в бородавках, сбежал от неё после первой же брачной ночи! Да, да, до ночи она его дотянула!
И сама же его и прокляла! Той внешностью, что весь род так и носит. Потому что, если не отработал отец, то дети будут! Она не подумала, что с первого же раза понесла!
Тебе всего-то навсего было надо дать слово родовому пламени, что никогда и ни за что не станешь никого ни к чему принуждать! Всего-то!
- Я не знал…- взвыл праправнук той, что все же стала принцессой. Квакающей.
А что вы думали? Если перецеловать тыщу с хвостиком жаб с лягушками, и сам заквакаешь! И покроешься шкуркой.
Перецеловать, не спрашивая согласия.
А куда деваться маленькому, напуганному лягушоночку или жабеночку, если его схватили, и против воли в принца пытаются зацеловать?!?!
- А ты пробовал узнать? – устало осел за стол наставник. Бывший.
Шмуртузель съежился окончательно. Да, он и не пытался узнать.
- Ладно, - махнул рукой седобородый гном, вскочил с кресла, подошел к дверям, - в камеру его! Пусть подумает! И я тоже подумаю, - тяжело вздохнул он.
Понимая, что и сам допустил этот случай. Не досмотрел. Не доследил. Не…ээээх!
Через день к Юле начали впускать посетителей. Конечно же, Марина с Витьком просочились в первых рядах.
В непринужденной болтовне Марина мельком так сказала:
- А мы к тебе заходили. Видели твою соседку. Ну, ту, довольно милую тетеньку…
Юля вдруг охнула:
- Соседку…- она вдруг сильно побледнела, и вскрикнула, - позовите моего дедушку, срочно!
продолжение здесь