Покидая вокзал, Пузырев был уже на сто процентов уверен, что в поезд во вторник вечером села не Юлия Серова. По всем свидетельствам, женщина после операции выглядела лет на тридцать, и опытная проводница следы пластики точно увидела бы. Такие женщины, как Наталья, обращают внимание на любые нюансы внешности других женщин примерно того же возраста.
Кто играл роль мертвой Юлии? Кто-то из пациенток хирурга Серова или его мать? В том, что женщина мертва, Андрей снова не сомневался. В том, что Тамара Федосеевна обладает актерским талантом, Пузырев был уверен. Он уже убедился на себе, как женщина умеет играть чувствами других людей.
Андрей поехал в свой офис, но не доехал. По дороге очередная идея родилась в его голове. Он припарковал машину у тротуара и вновь набрал номер Соломинки.
- А я-то всё думаю, чего мне весь день сегодня не хватает, - раздался веселый голос Кати. – И только сейчас дошло: тебя давно не слышала. Как же так? Ты про меня забыл, Андрюшенька?
- Я рад, что у тебя хорошее настроение, любовь моя, - в тон подруге ответил Пузырев. – Представляешь, а я придумал для тебя и твоего дружка еще одно дело.
- Я никогда в тебе не сомневалась. Ты всегда был большим придумщиком. Макса скоро из органов попрут из-за твоих придумок, но так и быть, я еще раз могу выслушать твои новые гениальные идеи. Только давай не по телефону. У меня тут кое-какие документы лежат в столе. Приезжай, я тебе отчитаюсь о проделанной работе, заодно послушаю и новые вводные.
- Ты там же обитаешь?
- Да, я очень постоянная девушка. Приезжай, я сейчас одна, и нам никто не помешает.
- Как-то двусмысленно звучит, - усмехнулся Андрей.
- Неужели? Приезжай, жду.
Эксперт-криминалист Соломина обитала всё в той же лаборатории, что и много лет назад. Раньше Андрей частенько сюда заходил по делам… и просто взглянуть на предмет своего обожания. Раньше он всегда заходил без стука, но на этот раз постучался.
- Заходи, - раздался из-за двери такой знакомый, тревожащий сердце, голос.
Андрей вошел. Катя сидела за столом, перебирала бумажки.
- Давай, сначала говори, что еще надо сделать, а потом я расскажу, что Макс узнал о Серовых, - Соломина серьезно посмотрела на Андрея, от ее телефонной игривости сейчас не осталось и следа.
- Я понимаю, что прошу почти о невозможном, но нужно кое-что раскопать о нашем хирурге. Во вторник он был в закрытом клубе «Эль-Парис», якобы был. Надо бы как-то узнать, был ли он там на самом деле, и если был, то до какого часа.
- М-да, ну и задачки ты ставишь, дорогой, - вздохнула тяжело Катя.
- И еще, - продолжил Андрей. – Машину бы Серова пробить, не засветилась ли она вечером и ночью во вторник где-нибудь в районе поселка.
- Хорошо, я поняла, - Катя опять тяжело вздохнула и покачала головой. – Знаешь, Андрюшка, если ты раскрутишь это дело, тебе орден нужно будет вручить.
- Пусть Максу твоему вручают, - Андрей внимательно с легкой усмешкой посмотрел в очаровательные глаза напротив.
- Ладно, проехали, - Катя неожиданно смутилась и отвела взгляд. – У меня тут распечатки, Макс прислал.
Женщина протянула через стол три небольшие пачки листов бумаги.
- Здесь список пациенток, которым в последние пять лет доктор Серов лично делал серьезные операции. Я подчеркнула пять фамилий. Это те дамы, которые были не очень довольны результатом, а точнее, очень недовольны.
Андрей пролистнул первую пачку.
- Второй список – операции по счетам Юлии Серовой за последние три года.
- Ого, спасибо, целых три года.
- Ну и третий документик – это список входящих и исходящих звонков за последние три месяца. Не могу сказать, был ли у Серовой еще номер, поэтому только один телефон удалось пробить.
- Огромное тебе спасибо, Катюша, даже не представляешь, как я тебе благодарен.
- Пузырев, возвращайся в органы, - серьезные глаза Кати сверлили Андрея. – Ты умеешь работать, в отличие от многих нынешних идиотов. Не надо будет тебе заниматься попрошайничеством... И мне легче жить будет.
- Катюша, я подумаю, - Андрей ободряюще улыбнулся. – Я пойду, изучу то, что вы добыли. Максу привет.
- Пашке тоже привет передавай, - Катя слабо улыбнулась.
Удобно расположившись на заднем сидении своей машины, Андрей углубился в изучение полученных от Кати документов.
В длинном списке пациенток Пузырев не стал концентрироваться на выделенных дамах, он уже понимал, что обиженные женщины не имеют к делу отношения, убиты, совершенно точно, не они. Сыщик внимательно прочитал данные о тех женщинах, с которыми Серов контактировал в последний месяц. Могла ли кто-то из этих пациенток сыграть роль Юлии?
Из всего списка Андрей выделил только одно имя. Стареющая театральная актриса решила слегка омолодиться. Женщине было чуть за шестьдесят, и Пузырев взял ее на заметку. Но пока решил этим направлением не заниматься, отложить его на потом.
С банковскими счетами Серовой, судя по всему, было всё в порядке. Ну, если не брать в расчет суммы. А были они очень даже немаленькими. Несколько десятков миллионов лежало на депозитах.
Операций по счетам было немного, и были они по сравнению с остатками просто копеечными. Поступлений за последний год не было вообще никаких, а тратила деньги Юлия по мелочам на себя любимую. Невестка Серовых была очень богата, но деньгами не сорила: за последний год она не сделала ни одной крупной покупки.
Андрей задумался. Он понимал, что скоро Макс его найдет и втихаря где-нибудь закопает, но он ничего с собой не мог поделать. Пузырев опять набрал номер Кати.
Женщина трубку сняла, но ничего не сказала. Несколько долгих секунд была тишина.
- Катенька, это опять я, - очень тихо и очень виновато сказал Андрей.
- Знаешь, любимый, ты меня скоро сделаешь неврастеничкой, - раздался тихий, очень усталый голос. – Я начинаю уже дергаться от каждого звонка, каждый раз я боюсь, что это опять ты с очередной идеей. Я со своими мужьями и любовниками столько не разговариваю, сколько с тобой.
- Я понимаю, ты с ними занимаешься совсем другими делами, - пошутил Андрей, но если раньше такая шутка зашла бы без проблем, то сейчас Катя почему-то взвилась на дыбы.
- Чем и с кем я занимаюсь, не твоё дело.
- Прости, я не хотел тебя обидеть, - извинился Пузырев.
- Это ты прости, что-то я реально стала очень нервной, - Соломинка успокоилась так же резко, как и взорвалась. – Что еще ваше сиятельство желает?
- У меня появилась очередная идея…
- Я не сомневалась.
- У Юли есть еще родственники? У нее на счетах куча денег, если мне не изменяет память, еще и квартиры в Москве есть. Кому, в случае ее смерти, всё это достанется?
- Думаю, это не самый сложный вопрос. Выясним.
- Ну и тогда еще, до кучи… - Андрей добавил в голос просительной плаксивости.
- О боже, что еще?
- По прежним женам Серова тоже вопрос наследства неплохо было бы прояснить. Понимаю, что первая и вторая были давно, но хотя бы по третьей.
- Ладно, попробую, - вздохнула Соломинка. – Андрюшенька, прошу, сегодня мне больше не звони. Давай возьмем паузу в наших непростых отношениях, мне нужно от тебя немного отдохнуть.
- Хорошо, любимая, сегодня я тебя больше не побеспокою. Даю честное слово.
Закончив разговор, Пузырев взял в руки последний список. Это были телефонные звонки. И первое же, что ему захотелось сделать, это набрать номер Соломиной. Андрей едва успел отдернуть руку, потянувшуюся к телефону. Он дал слово, и надо было его держать.
За последние два месяца Юлия Серова несколько раз звонила по одному и тому же номеру, зарегистрированному в Абхазии. С этого же номера было три входящих звонка, последний из которых датировался вторником. В два часа дня, незадолго до отъезда, кто-то звонил Юле с абхазского номера. Всё-таки был любовник? Или это что-то другое?
Неплохо было бы выяснить, кому принадлежал абхазский номер, и где этот телефон находился сейчас. Пузырев тяжело вздохнул, понимая, что этот вопрос придется отложить до завтра.
И еще, он только сейчас вспомнил слова Пашки, что мертвая женщина держала в руке телефон. Последний раз, согласно распечаткам, Юлия разговаривала по телефону как раз с «абхазцем». Убита она могла быть как раз в это время, но могла и позже. Неплохо было бы выяснить, где сейчас находится мобильник убитой.