Я продолжу свое повествование о Н. Блудау рассказом о неожиданной находке, которая, по моему мнению, добавляет новые штрихи к биографии нашего героя и позволяет объяснить его быстрые подъёмы в партийной иерархии после конфликтов и наказаний за серьезные, с позиций партийной дисциплины, нарушения.
История эта больше похожа на увлекательный роман и годится для сценария приключенческого фильма (правда, с печальным финалом). В ней есть теракты и экспроприации, отчаянные анархисты и юные узники в тюремной камере накануне казни, романтическое письмо девушке, ссыльные революционеры в суровой сибирской тайге.
Эсеровский и анархистский террор в Брянске в революцию 1905 года
Но, чтобы распутать этот клубок, нам надо вернуться на 30 лет назад от описываемых событий, из советского Куйбышева 30-х годов ХХ века - в уездный город Брянск Орловской губернии, в Российскую империю 1905-1907 годов.
Что творилось в городе, во время революции 1905 года, сейчас даже представить трудно. Забастовки, демонстрации, столкновения с полицией шли лавиной.
Полиция и жандармы не в состоянии были взять ситуацию в свои руки. Даже учащиеся учебных заведений в Брянске готовили и осуществляли покушения на неугодных преподавателей и директоров. В феврале 1905 года в губернской Орловской мужской гимназии был обнаружен тлеющий снаряд. В Брянске произошли беспорядки с угрозами расправы над учителями в техническом училище и женской гимназии. Один из учащихся был убит своими сокурсниками из-за его политических убеждений. В апреле и марте 1905 года прозвучали взрывы в Брянском техническом училище, где взрывные устройства были заложены в преподавательских комнатах. Осенью этого же года произошло покушение на директора училища учениками - членами эсеровской организации.
Даже после подавления революции в Брянске бушевал эсеровский и анархистский террор против полицейских чинов. За время с 1906 по конец 1907 годов в Брянском уезде были совершены покушения на 3 приставов - Цешковского, Канашевича, Шестоковского, на 6 помощников приставов - Надольского, Целинского, Соколова, Александрийского, Ракитина, Кольбаха, на 2 урядников,1 корнета охранной сотни, городовых.
В августе 1906 года эсер-максималист Иван Типунков по партийной кличке «Гриша», уроженец Брянска, рабочий, принимал участие в покушении на премьер-министра Российской империи П.А. Столыпина.
В 1906-1907 годах брянскими максималистами был совершен ряд крупных экспроприаций: нападение на кассиров завода "Арсенал" в Брянске, Брянского завода в Бежице, Радицкого вагонного завода и Знеберской бутылочной фабрики, завода в Ивоте. Были ограблены почтовые отделения в Рославле, в Рогнедино. На станции «Мальцевская платформа» ограблен и убит ее начальник. Были нападения на волостное правление и лесопильню, многочисленные ограбления винных лавок. Во всем регионе в этот период осуществлялись «экспроприации» помещичьего имущества. Причем, революционеры приезжали уже с подготовленными списками к жертвам, подлежащим ограблению, а затем оставляли расписки об изъятии ценностей.
28 февраля 1907 года был ограблен казначей Брянского Арсенала, везший более 10 тысяч рублей.
«Бежицкий боевой летучий отряд максималистов партии социалистов-революционеров», в который в 1907 г. входило около 40 человек, в основном — бывшие рабочие брянских заводов, только во второй половине года произвел «совместный с анархистами-коммунистами взрыв поезда близ станции Болва Риго-Орловской ж.-д.; самостоятельно организованные убийства: начальника Брянских заводов..., некоторых мастеров мастерских этих заводов, постовых городовых в Бежице, пристава и урядника в вагоне на станции Паровозной Риго-Орловской ж.-д.; ограбления: кассира Брянского арсенала, помещика... Брянского уезда, торговца и сидельца винной лавки в Брянске, магазинов в г. Карачеве, ограбление и убийство торговца в Брянском уезде».
Члены «летучего отряда» в общей сложности были причастны к 16-ти убийствам и грабежам.
Весной 1907года одна из брянских групп анархо-коммунистов, которой руководил Иван Фомин (партийный псевдоним - Длинный, Дядя Ваня, Борис (8.02.1889 - 7.03.1938), и его гражданская жена Софья Михайловна Краснощек, спланировала очередной крупный “экс” в Брянском уезде.
Фомин был эсером, в 1906 году перешел в Союз социалистов-революционеров-максималистов (ССРМ), а в 1907-м вступил в Бежицкую федеративную группу анархистов-коммунистов «Братство». Он поддерживал тесные связи с Московской группой анархистов-коммунистов «Бунтарь», организованной в 1904 году известным анархистом Александром Григорьевичем Таратутой.
Активным участником этой группы был брат Софьи - Евгений Краснощёк. К московским “бунтарям” и обратились за помощью Фомин и Софья. Московские анархисты собратьев поддержали, выделив для проведения операции двух своих членов: того самого Евгения Краснощека и уроженца Брянска Сергея Климова. В каком возрасте Евгений покинул родительский дом, неизвестно, но в шестнадцать лет он уже вовсю участвует в революционном движении. За полгода до описываемых событий, 30 ноября 1906 года он уже арестовывался в Киеве во время обыска, проведенного по требованию Минского губернского жандармского управления. При аресте были получены сведения, что Евгений является членом местной организации анархистов-коммунистов (группа «Бунтарь») и деятельно участвует в экспроприациях. В это время ему было семнадцать лет.
Но совершить экспроприацию прибывшим в город московским коллегам брянских “бунтарей” не удалось, поскольку 4 марта 1907 года Софье Краснощек пришлось бежать от слежки из города, а 24 марта полиция провела обыск на явочной квартире анархистов и арестовала её хозяина. Тогда, чтобы использовать ценных московских специалистов с пользой и максимальным эффектом для дела анархии, вожак брянской группы Иван Фомин попросил гостей помочь “ликвидировать” босяка Афанасия Папенкова, бывшего рабочего Брянского завода (и агента пристава Цешковского). Папенкова брянские анархисты подозревали в доносе на хозяина явочной квартиры. Второй жертвой должен был стать начальник жандармско-полицейского управления Московско-Киево-Воронежской железной дороги ротмистр Павел Васильевич Аргамаков, которого анархисты приговорили к смерти за разгром Брянского комитета Всероссийского железнодорожного союза в марте 1907 года.
Гости-"соратники по борьбе" охотно согласились.
25 марта 1907 года Климов и Краснощёк убивают Афанасия Папенкова, на следующий день, 26 марта, около 20 часов вечера, на Черном мосту через реку Десну тремя пулями смертельно ранят ротмистра П.В.Аргамакова, который возвращался в Брянск из Льговской слободы, где проводил учения с унтер-офицерским составом.
Убийство высокого чина жандармов наделало в Брянске много шума, но было раскрыто «по горячим следам». Оказывается за Краснощёком и Климовым следили от самой Москвы агенты наружного наблюдения Московской сыскной полиции филёры Иванов и Линёв. Они приняли Краснощёка за известного анархиста «Леонида». Ошибка в объекте не помешала филерам выследить Евгения Краснощёка на Орловском вокзале Брянска и указать на него жандармскому унтер-офицеру Романовичу, который, после короткого сопротивления, арестовал революционера. Браунинг, 72 патрона и письма, изъятые при обыске (в том числе к известным анархистам А.Г. Таратуте и его жене, Ольге Таратуте ( Рувимской), свидетельствующие о его личном знакомстве с обоими), полностью изобличили самого Краснощёка и стоили свободы нескольким его товарищам.
30 марта 1907 г. в 4 часа утра состоялся самый настоящий штурм конспиративной квартиры анархистов в Льговской слободе. Хозяин дома Иван Лобачев, служивший дворником при вокзале) и его квартирант, анархист Сергей Климов, сообщник Красношека, вступили в перестрелку с помощником исправника и полицейскими. Климов был смертельно ранен, а Иван Лобачев с семьей сдался полиции. Участие в перестрелке и самодельная бомба, взорвавшаяся в подполе его дома, полностью изобличили дворника в глазах полиции как пособника террористов. Во время обыска в доме Лобачева были найдены: программа анархо-синдикализма, ещё одна бомба, которую не успели уничтожить, и ещё масса предметов, которые неопровержимо указывали на подготовку большой экспроприации.
Одновременно с этими событиями в Москве И.Г. Таратута и Софья Краснощек были арестована в Москве. Сожитель Софьи, Иван Фомин смог скрыться в неизвестном направлении, а Евгений Михайлович Краснощёк был отправлен в тюрьму губернского центра - города Орла, где до января 1908 года находился под следствием. Судим он был военно-полевым судом по обвинению в убийстве ротмистра Аргамакова. 17 ноября 1907 года генерал- майор Фишер, председатель военно-полевого суда, приговорил его к смертной казни.
В ожидании суда Евгений Краснощек сидел в одной камере с неким В.И.Блудау. Очевидно, они имели схожие взгляды на жизнь, общие идеалы, и подружились, поскольку В.И. Блудау в своем письме «Наташе» (по-видимому, девушке приговоренного), посвященном Евгению, в комплиментарных выражениях описывал его поведение на суде и после суда. Перед переводом в одиночку камеру Евгений Краснощёк написал письмо известному эсеру Виктору Чернову (из контекста следует, что это ответ на письмо самого лидера эсеров), и передал его В. И. Блудау для отправки адресату.
5 января 1908 года Евгений (Фроим-Юда) Краснощек был повешен в орловской тюрьме. Юному анархисту было всего 19 лет (1889 -1908 гг).
Немецкая фамилия Блудау очень редка для центральных губерний России, и вряд ли в Брянске Блудау встречались сплошь и рядом. Это заставило меня предположить о возможной родственной связи двух Блудау.
Поиск в местной городской печати принёс свои плоды.
Выяснилось, что в газете "Брянская жизнь" от 11 октября 1906г.(28 сентября) N 31 в разделе "Местная хроника" было размещено следующее сообщение:
В последние дни отобраны ружие у Ландо - местного арендатора: ружье, порох и пистоны. У рабочего Мезенцева кинжал и у бывшего техника Блудау револьвер и патроны. Возбуждены преследования.
Наказание не заставило себя долго ждать. Уже на следующий день, 12 октября, "Брянская жизнь" в N32 публикует итог "преследования":
По распоряжению Орловского губернатора бывший воспитанник Бр<янского> технического уч<илища> Блундау, у которого отобрали револьвер, подлежит взысканию в размере 200 руб. или двухнедельному аресту.
В царской России владение револьвером с патронами само по себе не могло привести к ссылке в Сибирь, поскольку граждане могли не только хранить у себя дома, но и носить огнестрельное оружие. Однако определённые правила приобретения и ношения оружия в империи действовали. В ноябре 1905 года, в связи с революционными событиями, император утвердил положение Совета министров "О порядке хранения и продажи огнестрельного оружия", которое предоставило право губернаторам, генерал-губернаторам и градоначальникам в исключительных случаях устанавливать региональные правила продажи оружия. В частности, продажа боевого оружия разрешалась лишь в случае предъявления покупателем разрешительного свидетельства из полиции, которое оставалось в магазине в качестве оправдательного документа.
В ряде губерний действовала разрешительная система: желающий вооружиться писал заявление на имя чиновника полиции, тот проводил проверку просителя, чтобы удостовериться, что он «ни в чем предосудительном, как в нравственном, так и в политическом отношении замечен не был», и в случае положительного решения проситель получал примерно такое свидетельство: «Предъявителю сего, NN, разрешается ношение при себе револьвера с патронами. Гербовый сбор уплачен».
Поскольку Николаю Блудау в описываемое время было 3 года, резонно предположить, что этот человек (с учётом возраста обучения в техническом училище ему вряд ли было больше 17-19 лет) - его старший брат.
Думаю, что за этим правонарушением техника Блудау последовало другое, более серьёзное.
Что могло послужить причиной его попадания в Орловскую тюрьму, доподлинно неизвестно, но, учитывая обстановку в городе и уезде, могу высказать некоторые предположения. После ареста очередной группы революционеров по Брянскому уезду прошла волна терактов: в июле 1907 г. в лесу были убиты пристав 1-го стана Конашевич с помощником, затем в Бежице ранен городовой Завалишин. После этих событий в Бежице и Брянске было арестовано несколько десятков членов различных революционных организаций. Их отправляли в Орловскую тюрьму, поскольку боялись оставлять в Брянске после попытки революционеров в декабре 1907 г. освободить из брянской тюрьмы своих товарищей. В числе этих арестованных мог оказаться и Василий Блудау.
Дальнейшие поиски привели к обнаружению В.Блудау в сибирской ссылке, в Нарыме. Это село (до 20-х годов ХХ века оно имело статус города), расположенное в 450 верстах на северо-запад от Томска, было местом ссылки практически с момента своего основания, с начала XVII века.
И никто не узнает, где могилка моя...
В местной районной парабельской газете “Ленинская правда” N121(2786) от 8 октября 1968 года я отыскала публикацию “История обязывает”. Её автор, Г. Байсов, ответственный секретарь Парабельского куста райсоветов общества охраны памятников истории и культуры, пишет:
“За средней школой, в густом кедраче находится старое кладбище. Справа возвышается памятник Алексею Калужанскому. Данные биографии этого человека более чем скудны. Время смерти датируется приблизительно 1908-1909 гr. 3а что он был сослан и к какой партии принадлежал? Это точно не выяснено. Но, несомненно, он был борцом с царизмом, одним из многих сотен людей, которых самодержавие гноило в каменных казематах и тюрьмах без окон. Несомненно, он был хорошим товарищем, близким к большевикам, если приезжавший в Нарым в 1968 году бывший нарымский ссыльный-большевик уверенно указал его могилу, на которой в том же году и был сооружен памятник.
Слева от входа кладбище, под могучим кедром — место успокоения мятежной жизни Василия Ивановича Блудау, человека, чьей целью было счастье народа, а жизнью — борьба, в которой он и погиб. Имя его не забыто. Но… до недавнего времени на могиле еще была положена скромная деревянная дощечка, а сейчас и той нет. Могила ссыльного большевика осталась безымянной”.
Текст проиллюстрирован двумя рисунками, на одном из которых изображён обелиск на могиле А.Калужанского, а на втором - пень от спиленного дерева, к которому прикреплена табличка с надписью “Здесь покоится политический ссыльный В. И. Блудау”. К сожалению, некачественная, расплывчатая полиграфия сделала букву “И” похожей на “Н”, что привело через 50 лет к ошибке в написании инициалов погребенного ссыльного.
На сайте Томского краеведческого музея нашлась информация из фондов Нарымского музея политической ссылки о сохранившихся на нарымском кладбище трех могилах политссыльных: А. Калужанского, В.Н. Блудау и Э.Б. Блотницкого с фотографией первого, деревянного памятника А. Калужанскому.
Я написала в нарымский музей, и оттуда очень быстро пришёл ответ с фотографиями захоронения. К сожалению, в ответе сказано, в музейным работникам “не удалось обнаружить сведений о жизни и деятельности В.Н. Блудау в ссылке”.
Само кладбище с местами захоронений политкаторжан, расположенное по адресу: Томская область, Парабельский район, с. Нарым, ул. Школьная, 18/1, приказом комитета по культурному наследию Томской области N0029/01-07 от 14.03.23 признано предметом охраны объекта культурного наследия регионального значения “Кладбище - места захоронений политических ссыльных” 1906 - 1917гг. ( регистрационный номер 701530401240005).
Когда Василий Блудау оказался в Нарыме и как долго пробыл там? Когда закончилась его короткая жизнь? Точно на этот вопрос можно будет ответить, только имея архивные документы полицейского управления, пока же я могу лишь сделать предположения о временных рамках его ссылки.
Политические дела в период послереволюционной реакции 1906 - 1909 годов шли потоком, следствие и приговор царские суды не затягивали, и вряд ли Василий задержался в орловской тюрьме после января 1908 года. Полагаю, что, по крайней мере, к концу 1908 года он уже был в Нарыме.
Следующий вопрос - дата его смерти. Все три могилы находятся в юго-западной части кладбища, двух ссыльных - доктор Блотницкий и А.Калужанский - умерли в один, 1911-й, год. Судя по близкому расположению могилы, Блудау, вероятнее всего, скончался приблизительно в то же время. Но это всего лишь моё предположение, требующее дальнейших исследований.
Исправники регулярно доносили руководству о всех событиях в жизни ссыльных, в том числе об очередных похоронах, например, А. Калужанского в 1911 году, но документов о смерти Блудау томские историки в архиве пока не обнаружили.
Возможно, именно он, Василий Блудау, был тем умершим в 1911 году ссыльным, о похоронах которого вспоминал в 1938 году Шаменко Иосиф Сигизмундович, “ гражданин села Нарым”: “Похороны были – тут умер ссыльный, не помню кто. Хоронила вся ссылка. Один был с фотоаппаратом и снимал.<> Говорили, что на кладбище был выкинут красный флаг, говорили речи. Похороны были в 1911 году”.
Есть , что 12 мая 1911 года ссыльные устроили "демонстративные похороны ссыльного А.В. Калужанского".
Бог создал Крым, а чёрт- Нарым
Нарым в истории российского революционного движения - место примечательное, можно сказать, знаковое. В начале ХХ века здесь отбывали наказания "статусные" революционеры, фигуры первой величины: Сталин, Свердлов, Куйбышев.
После событий 1905 года в Нарым были сосланы представители 17 политических партий: среди ссыльных были и большевики, и меньшевики, и эсеры, и анархисты. В 1908 году в Нарыме на 166 дворов приходилось 328 «водворенных», то есть на каждый дом приходилось как минимум два ссыльнопоселенца. Дело дошло до того, что губернский исправник Попов даже ходатайствовал о прекращении ссылки «в виду переполнения в Нарымском крае жилых помещений административно-ссыльными».
Иосиф Сигизмундович Шаменко, "гражданин Села Нарым, работает завмагазином Центроспирта" рассказывал 22 июля 1938 (стенограмма его воспоминаний хранится в Нарымском музее политической ссылки):
“Жили вместе и меньшевики, и большевики. Собрания у них проводились по своим группам. А если общий вопрос, то все вместе. Был свой товарищеский суд….Тогда в Нарыме было 70-80 человек большевиков, большая часть была эсеры, меньшевиков было также мало”.
В Нарым после 1905 года были сосланы люди, многие из которых стали впоследствии у руля созданного ими после октябрьского переворота государства - СССР.
Кто же находился в нарымской ссылке в тот же период времени, что и Василий Блудау?
Иосиф Сталин, самый знаменитый нарымский ссыльный, был в Нарыме очень недолго. Сталин (тогда Джугашвили, знаменитый псевдоним он взял позже) прибыл в Нарым в июле 1912 года, пробыл там в качестве ссыльного 41 день, а в сентябре бежал. По свидетельствам других ссыльнопоселенцев, Сталин почти не выходил из дома, держался замкнуто - готовил побег. За короткий срок - чуть больше месяца, - он практически ни с кем, кроме Якова Свердлова, не общался.
Яков Свердлов был в нарымской ссылке дважды: первый раз, 31 марта 1910 года, он был выслан в Нарым на 3 года, откуда бежал, не пробыв и четырёх месяцев; повторно 5 мая 1911-го был приговорён к ссылке в Нарымский край на 4 года. В 1912 году в Нарыме Яков Михайлович познакомился и подружился с самым знаменитым нарымским узником, ставшим главой СССР и "отцом народов" - Иосифом Сталиным. Свердлову, после бегства Сталина, тоже удалось совершить повторный побег из Нарыма в декабре того же года.
В отличие от Сталина, другие "знатные революционеры", проведшие в ссылке год - два, в условиях крохотного городка, не могли не перезнакомиться. Они сталкивались друг с другом в столовой для ссыльных, на учебных занятиях и лекциях, которые проводили для образования молодых, как правило, плохо образованных соратников из рабочей среды. К 1911году в Нарыме сложилась сильная группа большевиков, тесно связанная с ЦК, с Москвой и Петербургом. Среди большевиков, сосланных в Нарым, были В. В. Куйбышев, И. Д. Чугурин, И. В. Присягин, М. И. Сычев (Франц Суховерхов). Они организовали школу, в которой изучали политэкономию, историю партии, профессионального движения, историю России, русской литературы. Был создан самодеятельный театр.
К осени 1911 года была разгромлена Нарымская подпольная партийная организация, ее возглавлял Валериан Куйбышев. Были закрыты библиотеки, театр, столовые, пекарни.
Валериан Куйбышев был в нарымской ссылке с 8 августа 1910 года, бежал в мае 1912 года. Некоторое время в Нарыме вместе с Куйбышевым отбывал ссылку и Филипп Исаевич (Шая Ицкович) Голощекин, бежавший оттуда летом 1911 года.
Жена Голощекина, будущего убийцы последнего русского царя и его семьи, Берта-Бася Иосифовна, большевичка с 1903 года, сосланная в Нарым в 1909 году по делу Московского комитета РСДРП вместе со Свердловым, Голощекиным и Иваном Обориным, помогала организовать Куйбышеву побег из Нарыма.
Триста с небольшим человек на маленьком пятачке обитаемой земли, затерянном в бескрайней сибирской тайге… Конечно, эти люди быстро знакомились, общались, знали друг друга в лицо.
Круг профессиональных революционеров в России был, в общем-то, не так велик, они друг друга знали, если и не лично, то “через второе рукопожатие”. Нельзя говорить о прямой протекции, тем более, что большинство старых большевиков были людьми принципиальными. Но, в отсутствие настоящей выборности, при командном стиле управления и жестком партийном диктате принадлежность к достаточно закрытому и тщательно оберегавшему чистоту своих рядов “ордену” играла большую роль. Тем более, что в условиях ожесточенной фракционной борьбы с “перегибами” и “уклонами” каждый руководитель старался сформировать себе команду из проверенных людей.
В таких условиях наличие в биографии брата, погибшего в ссылке за дело революции, могло дать Николаю Блудау дополнительные очки в аппаратной гонке и, одновременно, закрыть глаза руководящих старших товарищей на ошибки молодого коммуниста. Конечно, до поры до времени.
А работать Николаю Блудау довелось со многими старыми большевиками, бывшими политическими ссыльными Нарыма.
На Урале в 20-е Блудау и в Киргизии в 30-е работал бок о бок с Филиппом Голощекиным, первым секретарем Казахского крайкома ВКП(б).
В середине 20-х годов Николай Блудау, будучи начальником Главного управления профобразования Наркомпроса Татарской АССР, должен был пересекаться по служебным вопросам с Варварой Яковлевой, заведующей Главным управлением профобразования Наркомпроса РСФСР, зам.наркома просвещения (1921 - 1929) , которая тоже отбывала ссылку в Нарыме с весны 1911 года и до побега в ночь с 8 на 9 февраля 1912 года.
Когда Блудау работал инструктором орготдела в наркомате Рабоче-Крестьянской Инспекции РСФСР, его руководителем был нарком РКИ Валериан Куйбышев.
Вероятность участия “старых политкаторжан” в судьбе младшего брата погибшего в ссылке соратника, даже не в форме прямого покровительства, а в виде рекомендаций при выдвижении, нельзя сбрасывать со счетов.
Есть и ещё один примечательный факт, о котором нельзя не упомянуть. В орловской тюрьме Василий Блудау сидел в одной камере с приговоренным к смертной казни юным 19-летним анархистом Евгением Краснощеком.
В семье скромного приказчика-еврея Моисея Краснощека из местечка Чернобыль Радомысльского уезда Киевской губернии было три сына и две дочери, и, как очень часто бывало в то время, почти все они увлеклись революционной романтиков и очертя голову кинулись на борьбу с самодержавием и переустройство мира согласно коммунистическим идеям.
К началу 1908 года из пяти Краснощеков одна сестра в ссылке, вторая в бегах, на нелегальном положении, брат осужден к смертной казни. А что с двумя оставшимися братьями?
Яков, самый младший в семье, 1891 года рождения, в это время получает образование в Соединённых Северо-Американских Штатах.
В Америке Яков получает высшее образование - учится на инженера-строительства; живёт он вместе с братом, самым старшим из пяти детей чернобыльского приказчика Краснощека, - Александром. Тот эмигрировал в Штаты еще в 1903 году и сейчас, в 1908-м, получает юридическое образование в школе права Чикагского университета в Иллинойсе. Впереди у Александра - членство в Американской федерации труда и Федерации индустриальных рабочих мира, успешная адвокатская практика, основание Рабочего университета Чикаго, в 1917 году - возвращение в революционную Россию, вступление в партию большевиков, создание Дальневосточной республики, в которой он стал председателем Правительства и министром иностранных дел.
И вот там, в далёкой Чите, и пересеклись жизненные пути 37-летнего Александра Краснощекова, любимца Ленина, и 17-летнего брянского комсомольца Николая Блудау. Произошло это через 19 лет после того, как Василий Блудау, сидящий в орловской тюрьме, передавал на волю письма осуждённого на казнь сокамерника Евгения Краснощека.
Был Николай в 1920 году ровесником Евгения Краснощека, чья жизнь прервалась в 19 лет.
Помнил ли Александр своего трагически погибшего младшего брата? Несомненно. Ведь он, по отзывам современников, очень дорожил семейными связями и помогал родне. И сына своего , кстати, назвал Евгением - вряд ли только потому, что имя понравилось.
Мог ли пересекаться глава правительства Дальне-Восточной республики А. М. Краснощеков с руководителем комсомола Дальнего Востока Николаем Блудау? Конечно же, да.
Знали ли они, что их братья сидели в одной камере орловской тюрьмы?
На этот вопрос ответа нет......
О революционном семействе Краснощеков и перипетиях их невероятной, богатой событиями, встречами с людьми, оставивившими огромный след в истории нашей страны, я расскажу в отдельном посте. А теперь последуем за нашим героем, Николаем Блудау, дальше. Финал уже близок...
Продолжение следует...
©
Марина Мозжерова
Источники:
- Л. Ф. Осипенко: Взлет и падениебрянских анархистов. Брянский рабочий. 04.09.1998.
- Стенограмма беседы с Шаменко Иосифом Сигизмундовичем, гражданином Села Нарым (работает завмагазином Центроспирта). С. Нарым. 22 июля 1938 года.https://tomskmuseum.ru/nmps/nvtnarymzns/npsvin/stenogramma-besedy-s-shamenko-iosifom-sigizmundovichem-1938-god/
- Свердлова К.Т. Яков Михайлович Свердлов. Гл.4. Нарым и снова Петербург // Politazbuka.ru https://web.archive.org/web/20120603142501/http://politazbuka.ru/biblioteka/115-texts/536-sverdlova-k-t-yakov-mihailovich-sverdlov.html
- Справочник по истории Коммунистической партии и Советского Союза 1898 - 1991. Голощёкин Филипп (Шая) Исаевич. http://www.knowbysight.info/GGG/02089.asp
- Справочник по истории Коммунистической партии и Советского Союза 1898 - 1991. Яковлева Варвара Николаевна. http://www.knowbysight.info/YaYY/05502.asp
- Справочник по истории Коммунистической партии и Советского Союза 1898 - 1991. Куйбышев Валериан Владимирович. http://www.knowbysight.info/KKK/05264.asp
- Решение Исполкома Томского Томского областного Совета депутатов трудящихся "Об охране историко-революционных памятников с. Нарым Парабельского района" (стр. 5, п. 10) № 160 от 21.05.1973г. https://okn-mk.mkrf.ru/cultureObjects/viewMaps/212100
- “Ленинская правда” N121(2786) от 8 октября 1968г. С.2 Т. Назаренко. Нарым.Забыть нельзя сохранить.2016.
- А. Б. Гуларян «Братья Краснощёки: опыт историко-биографического исследования». Омский научный вестник. Серия "Общество. История. Современность " Том 4. N1.2019.
- А. Б. Гуларян «Провинциальный террор: формирование и деятельность группы максималистов в Брянском уезде».