Счастливая семья с новорожденным ребенком.
Маму с малышкой выписали на 3 день, никаких проблем не возникало.
Дома шарики, цветы. В общем, полная благодать.
Ребенок хорошо кушал, хорошо прибавлял вес. Спокойная маленькая девочка. В 1 месяц осмотр у врача-педиатра тоже не вызвал вопросов.
-Все хорошо, - резюмировал доктор
Но через неделю что-то пошло не по плану. Девочка начала покашливать. Нечасто, но маму это беспокоило.
Она вызвала врача. Горло чистое, в легких тоже "все чисто".
-Может просто слюной давится, - предположила доктор, - давайте до завтра понаблюдаем.
Но к вечеру состояние ребенка ухудшилось.
-Она как-то очень тяжело дышит, - говорила мама в трубку врачу.
-Езжайте в больницу.
И они поехали.
На приемном покое одышка у маленькой девочки была уже около 80. Все признаки дыхательной недостаточности.
-Срочно в реанимацию
Положили. Мама с ней. Дали кислород. Вроде бы стало лучше. Малышка даже покушала.
"Слава Богу, стало лучше", - думала мама. Она уже даже подумывала о выписке. Но буквально через 15 минут в палату вошел врач.
Вот знаете, бывает так, что врач заходит и ему даже говорить ничего не надо, все у него на лице написано.
-Мы переводим вас в другую больницу, - врач начал издалека.
В палате повисла тишина. Мама понимала, что это не вся информация, но не решалась спросить подробнее.
Врач продолжила:
-Пришел анализ крови
-Что там?, - мама не выдержала. Она уже понимала, что все плохо. Вопрос оставался только "насколько".
-Я не знаю
И снова молчание. Но теперь мама не боялась, она не знала что спросить, не знала как сформулировать вопрос.
-Как это?, - никакого вопроса лучше она не придумала.
-Наш аппарат не смог посчитать некоторые клетки крови, по имеющимся данным я могу только сказать, что у ребенка тяжелая анемия (гемоглобин был 60г\л). Вам нужно обследоваться в отделении гематологии.
-Хорошо, спасибо, - мама ничего не поняла. Она просто ждала, когда уйдет врач, чтоб почитать об этом в интернете.
Врач ушла. Мама стала читать. "Причины анемии" вбивала она в поисковую систему.
Гугл предлагал статьи. "Недостаток мясных продуктов в рационе". Это ей не подходит. Ее малышке нет и 2 месяцев. "Инфекции". Вот это уже ближе, ведь малышка кашляла. "Онкология". Ну это тоже мимо, ведь у таких маленьких детей не бывает рака.
Почему тогда у врача было такое лицо? Ведь дети болеют. Что здесь такого? Полечат и можно ехать домой.
Как ни странно, но гугл молодую маму немного успокоил. И она стала собирать вещи к переезду.
Она даже мужу не стала звонить. Потом, когда уже будут в новом отделении. Да и в гематологии наверняка лучше, чем в инфекции, ведь меньше риска чем-то заразиться.
Приехала санавиация. На машине страшное слово "реанимация", а еще и мигалки горят. Ну да ладно, может это просто такие правила.
Без кислорода малышке сразу становилось намного хуже, потому даже во время транспортировки ей подключили кислород.
Приехали. Подняли в отделение.
Только перешагнув порог, ноги молодой мамы подкосились. Мимо нее прошел мальчишка лет 6 с лысой головой, в маске. В глаза бросалась его нереальная бледность.
Женщина знала, что люди лысеют, когда болеют раком. Но почему тогда их привезли сюда. У ее дочки ведь всего лишь анемия.
Но долго рассуждать у нее не было времени. Ребенка нужно было подключить к кислороду и их тут же разместили в одноместной палате.
Тут же пришла медсестра, прям в палате взяли анализ крови, установили внутривенный катетер.
-А зачем? Ей что будут ставить капельницы? Все настолько серьезно?
-На всякий случай, - коротко ответила медсестра
-А что может быть, - маму опять стала одолевать тревога.
-Все вопросы к лечащему врачу
Она ушла, а мама осталась одна со своими мыслями. Но не долго.
Пришел врач. Мама стала терять всякое терпение.
-Вы можете мне объяснить, что происходит
-Могу. Когда вы заметили у ребенка первые симптомы?
-Сегодня утром
-А до этого не замечали излишнюю бледность ребенка?
-Нет. Мы были 2 недели назад у педиатра. Она тоже ничего не сказала.
-Давайте начнем с того, что у малышки крайне низкий гемоглобин. Нам нужно перелить ей эритроцитарную массу. То есть провести переливание крови. Для этого Вам нужно подписать согласие, - он протянул маме лист с согласием
-Как перелить кровь?! Она же такая малышка
-Полноценно функционировать организм при таком уровне гемоглобина не может. Это жизненно важно
-Хорошо, - она взяла лист, стараясь убедить себя, что это самое страшное. Сейчас перельют кровь и малышке станет лучше, через несколько дней они поедут домой.
-Это еще не все, - продолжил доктор,- в крови у вашего ребенка обнаружилось запредельное количество лейкоцитов и атипичные клетки.
У мамы уже не осталось сил задавать вопросы и все, что она смогла - это вопросительно поднять глаза.
-Вероятнее всего, у Вашего ребенка острый лейкоз. Точно мы узнаем после проведения дополнительных исследований.
Нельзя сказать, что маму это напугало, она не понимала, что это значить. Но задавать вопросов она уже не могла. Да и не хотела. Врачи всегда нагнетают. Лучше она сама все почитает.
-Хорошо, - это все, что она смогла из себя "выдавить".
Врач ушел и началось штудирование интернета.
Но теперь это ее ничуть не успокоило. Она поняла, что лейкоз это ни что иное, как рак. РАК! Но как может быть рак у такого маленького ребенка?! Нет, это какая-то ошибка. Они завтра все перепроверят и поймут, что это ошибка.
После переливания крови малышка "ожила", порозовела и это окончательно успокоило маму.
Ночь прошла тревожно, но она смогла даже немного поспать.
Утро началось с прихода анестезиолога. Он рассказал, что процедура костномозговой пункции будет проходить под общей анестезией и, что это поможет окончательно установить правильный диагноз.
Женщина подписывала все бумаги "на автомате". Она повторяла себе как мантру, что вечером уже все станет ясно, ей сообщат, что у малышки нет никакого рака, она просто заболела простудой и весь этот кошмар закончится.
Пункция прошла хорошо, девочка проснулась и сразу попросила есть. Покушала и весело улыбалась маме.
Мама, конечно, тоже ей улыбалась, но все ее мысли были заняты только результатами пункции.
Кое-как дожили до вечера. Дверь в палату открылась. сердце заколотилось с бешеной скоростью. Она пыталась прочитать по выражению лица врача, что он будет сейчас говорить. Но не смогла. Выражение лица врача не выдавало никаких эмоций.
-К сожалению, порадовать Вас нечем.
-У нее рак?!
-Все не так просто. Костный мозг тотально поражен "плохими" клетками. Так жить невозможно.
-И что делать?, - все это казалось каким-то нереальным, будто это сон. Она даже не плакала, ей даже грустно не было, просто какой-то ступор.
-Нужно начинать терапию
-Ну хорошо
-Тут тоже не все просто. Мы не смогли идентифицировать вид лейкоза. Нужно отправить материал в Москву. Но проблема в том, что терапию нужно начинать сейчас или ребенок погибнет. Если мы начнем терапию, а это окажется определенный тип лейкоза, то терапия значительно увеличит летальный риск.
-То есть выбор без выбора?
-Именно так
-И что делать?
-Я советую начать терапию в минимальных дозах и обеспечить усиленный контроль за состоянием ребенка.
-Хорошо.- Ее мысли куда-то ушли. Просто испарились. Она не могла не о чем думать. С ней никогда такого не случалось. Она не боялась, не плакала, она просто смотрела на свою спящую малышку и не понимала, что происходит.
У нее не было сил позвонить мужу. Пришла медсестра. Поставила какую-то капельницу. Что-то сказала. Но женщина ее не слышала. Она ничего не слышала. В ее голове не было мыслей. Они не думала о том, что будет, она не рыскала по интернету в поисках ответа, они не делала ничего, она просто сидела.
Плач ребенка вернул ее в реальность. Девочка проснулась, чтобы покушать. Мама покормила ее и она снова уснула. Это немного вернула женщину в реальность. Она так и не смогла позвонить мужу, просто написала ему в сообщении слова врача.
Он все понял и не стал звонить. Написал только: "мы справимся. Я тебя люблю".
Она не спала эту ночь. Она просто сидела и смотрела на свою девочку. Она сидела и ждала, когда малышке начнет становиться плохо. Смотрела как она дышит, смотрела на монитор за ее пульсом.
Несколько раз заходила медсестра, предлагала немного поспать, объяснила, что монитор запищит, если что-то изменится.
Но женщина не смогла уснуть, ей казалось, что если прикроет глаза хоть на минуту - больше не увидит свою дочь.
Но хуже ребенку не становилось. Утром медсестра взяла кровь на исследование.
Пришел врач.
-У меня хорошие новости. На фоне терапии анализ крови значительно улучшился.
Удивительно, буквально пару дней назад ее вводило в ужас просто нахождение в этом отделении, а сейчас она рада тому, что есть хоть минимальный, но положительный ответ на лечение.
Через несколько дней прислали ответ из Москвы. Острый лимфобластный лейкоз. Лучшее из худшего.
И снова это двоякое чувство: она была рада, что у ее ребенка рак. Она была рада, что это именно этот вид лейкоза, а не другой. В такие минуты приходит четкое понимание насколько все-таки все в мире относительно.
