Символом России князь Александр Ярославович Невский стал после всероссийского голосования в канун его восьмисотлетия в 2021-м году (не случайно за год до СВО). Иван IV Грозный канонизировал в 1547-м году Александра Невского (записанного в летописях тоже "грозным князем"), как святого благоверного, зачинателя российской единой государственности, именно Иваном Грозным и продолженной. При Петре I, князь почитался за то, что подобно Пётру в 1703-м прогнал шведов от Невы, но исказители истории сделали символ единства России насмешкой и "неадекватом": защита князем Руси от агрессии западной, как страны, якобы покорённой иноземцами восточными.
Отчетливо огромный масштаб лжи в жизнеописании князя, борца с немецкими рыцарями, понятен по его лубочному изображению, приведенному выше, в латах и с немецким крестом Св. Римской империи на шее. Так вот, во-первых, удивляет якобы отсутствие (по употребляемому изложению) значимого военного опыта у князя Невского, как у полководца, разгромившего псов-рыцарей (так их назвал, что интересно, Карл Маркс) в грандиозной по тем временам баталии 1242-го года у весеннего, но ещё промерзлого берега Чудского озёра. Хотя двумя годами ранее 19-и летний Невский прогнал экспедиционное войско шведов от среднего течения Невы, освободив для Новгорода торговый путь "из варяг в греки", причём с небольшим отрядом и за счёт полной внезапности, юношеским наскоком, но это не было опытом баталии.
Да и разве пошла бы дружина в рискованный поход против преобладающих сил врага за князем, не имевшем до того военного опыта, что и получается по официальной версии, как его первый выход командиром. А в ледовом побоище по действующей истории он необъяснимо уже вдруг зрелый и талантливый полководец, заманивший рыцарские полки с многочисленными чудскими рекрутами в засаду у узмени (сужения) пустынного берега озёра. При этом сражение проходило совсем в иной последовательности событий, чем сообщается и по другой схеме, а с русской стороны в ледовой баталии однозначно участвовали ордынские воины, косвенное упоминание о которых осталось в подправленных летописях.
Это и большой отряд лучников, несвойственный русскому бою, и отдельный маневр воеводы с явно татарским именем Керебет, и фланговый захват рыцарей конницей с обеих сторон, применявшийся до того лишь татаро-монголами. Выходит, князь Невский командовал и ордынцами, по употребляемой истории якобы захватившими тогда Русь. Более того, удивляет и отсутствие летописной причины, почему молодой князь сразу после Невской Виктории летом 1240-го был вынужден покинуть Новгород.
Детская выдумка официальной версии, что новгородцы якобы прогнали удачного князя сразу после его невской победы, не содержит ничего, кроме маразматической лжи. Ясно, что князь Александр внезапно был отозван в Орду, как и в других случаях, оставшихся в летописных сводах. И это была не поездка в далёкий монгольский Карокорум, а вызов ордынского царя Батыя (Бату) или, по-русски, Бати, (по-бурятски Бата).
Ведь как раз осенью 1240-го Батя-Бату пошел на Киев, уже тогда переметнувшийся на латинский Запад и заполненный половцами вместе с венграми и тевтонцами. Вот потому в этом походе на Киев и в Европу участвовал и князь Невский вместе с русским войском, записанный в летописях под именем Байдар (русский князь по-татарски). Такой обескураживающей правды и боялись власть имущие, убрав из летописей свидетельства, что князь Невский и чингизид Байдар - одно лицо, поскольку в 1239-м женился князь Александр на поздней дочери сына самого Чингисхана, хана Чагатая, вступив в семью чингизидов и став его шестым сыном и названным сыном фактически первого на Руси (тогда ещё русско-ордынского) царя Бату-Бати.
Потому и все потомки Невского-Байдара, включая и Ивана Калиту или Ивана-Халифа, как он себя называл, и Дмитрия Донского, и самого Ивана Грозного, были чингизидами по женской линии, что тихо признаётся и употребляемой историей. Официальная же версия приписывает князю Невскому женой дочь русского литовца Брячислава Полоцкого, а это наглая ложь, поскольку согласно летописи всё княжество Полоцкое отошло после смерти Брячислава в 1243-м году верхнему литовцу Товтилу, его зятю, как приданое, а о второй дочери Брячислава и сведений нет. И, хотя в том же 1239-м году была закончена война с литовцами (склонявшимися к латинству) за Смоленск, но уже в 1245-м году князь Александр отбивал от литовцев Торжок, а затем и смоленский Торопец, что, конечно, было бы невозможно в случае брачного союза с ними.
Скорее всего, посватал князя Александра к дочери Чагатая (нареченной в крещении Вассой) сам царь Батя-Батый, поскольку впервые его увидев, по свидетельству арабских летописцев воскликнул: " Всё, что мне говорили о нём, всё правда: нет подобного этому князю". В 1238-м году сразу после разгрома у реки Сить спрятавшегося там князя Владимирского Юрия Всеволодовича Орда назначила Великим князем и главой Руси его брата и отца князя Александра Ярослава Всеволодовича, однозначно следуя из хронологии тех событий, но "скромно" умалчиваясь. Вот потому за год до женитьбы Невский-Байдар наверняка участвовал вместе с дружинами отца и войском татарского воеводы Бурундая в битве у реки Сить близ Суздальского Углича против русский князей-сепаратистов во главе с князем Юрием, не желавшими быть в составе единого русско-ордынского государства с царем Батыем, а стать заодно с литовцами, служившими и "нашим и вашим": Орде и латинскому Риму.
Сепаратисты предпочитали быть отдельными королями, хотя бы и под властью Римских пап, предавая этим веру своих отцов. А это, конечно, никак не могли оставить в летописях немецкие исказители русской истории времён Екатерины второй, сделавшие из золотоордынской Руси татаро-монгольское иго. Однако не чем иным нельзя объяснить получение боевого опыта князем Александром, к тому же в Ипатьевской летописи значится, что в конце 1237-го Ярослав Всеволодович вышел из Киева "не мога его держати, иде паки Суздалю", при том, что Юрий Всеволодович не посылал за помощью к брату Ярославу.
А это значит, что тогда уже князь Михаил Всеволодович (Черниговский), желавший киевского престола, в играх с латинским Западом устроил смуту в городе, отчего его в конце концов и казнили в Орде в 1246-м году. Князь же Ярослав решил для подавления общего антиордынского (а в реальности прозападного и про-литовского) бунта князей, затеянного братом Юрием, начать именно с Суздали, разумеется, взяв с собой Александра. Вот потому по хронологии самих монголов их поход за Волгу и за Дон 1236-1240 годов называется вовсе не русским, а кипчацким или половецким.
Римские папы, знали, что Русь ослаблена междоусобицами , начиная с ужасной Липицкой битвы 1216-го года между братьями Всеволодовичами, разделившимися в поддержке их двумя враждовавшими центрами верхней цивилизации. Это Петрополис (ставший Петербургом, а до того - вычеркнутый из истории центр Ганзы) и верхняя Москва, основанная еще князем Олегом в 9-м веке. Ослабленный после войны 1216-го Петрополис (Северный Рим) как раз ко времени князя Александра подпал под католичества папы Формозы, там же и осуждённого уже мертвым после ледового побоища, а потому став нейтральным центром протестантства.
В Москве же восточную ветвь верхней цивилизации переняли от царских скифов (погибших в войне 2016-го) чингизиды, отчего Ярослав Всеволодович, а затем и Александр, стойко державшиеся православия, вместе со всем народом и приняли ордынскую власть, а хана Батыя, главу западного улуса Монгольской империи Чингисхана, - своим царем. Поставленный же Батыем Сарай-Бату у Волги и Каспия был потому лишь торговым и зимним центром (отчего и сараи были у домов крестьян). Религия тенгрианство ордынцев, как и их ранний ислам прекрасно сочетались с ранним православием, ещё не искаженным латинским пониманием Троицы, а потому в русских церквях были исламские пределы, а накупольный крест исходил из полумесяца, что в некоторых храмах осталось и теперь.
Религия в те времена была основой и культуры, и идеологии, а потому из-за тесного сочетания тартарской и русской религий ордынское государство народом принималось своим, единым Отечеством, а главное же - это привнесение татаро-монголами порядка и спокойствия в страну и крестьянам, страдавшим от княжеских междоусобиц и их непомерных бандитских поборов. Население проживало в основном в сёлах и в деревнях, а потому разгром большинства княжеских городов на Руси принимался народом возмездием князьям-изменникам, тяготевшим к латинской вере и разорявших их хозяйства. Вот это настроение людей и понимал князь Александр, приняв Орду царя Бату-Бати своим единым Отечеством, отчего и вассальность Руси от Орды была в реальности не вассальной зависимостью, как таковой, а общей государственностью, единством Орды с Русью, что и неспособна была принять употребляемая история.
Отсюда якобы переговоры Невского-Байдара с католическим Римом по условиям принятия их католичества - это полная выдумка! Касательно же подавления Невским-Байдаром новгородских волнений можно сказать, что любое государство не может жить без налогов, а потому Невский-Байдар жёстко пресёк в 1257-м году отказ новгородцев проходить налоговую перепись, проводимую ордынскими сборщиками-баскаками. Но при этом вовсе не было массовых казней, как нагло пытаются представить.
Ведь ещё с 1255-го года в Новгороде шли столкновения между именно разными типами людей: меньшими или нижними и верхними (вятшими или лутчими), как представителями верхней цивилизации в лице бояр, из-за намерения меньших все подати и сборы свалить на верхних, фактически отказываясь от них. Князь Александр потому поддержал бояр, а не "усмирял народ", в дальнейшем же убедив ордынскую власть передать сбор налогов администрации русских князей. Князь Невский-Байдар освободил Русь и от обязанности поставлять рекрутов в ордынские войска, когда учредил казачество, что также не различается официальной версией истории.
Даже по официальной версии Папа Григорий третий ещё в 1227-м году потребовал "подчинения от всех королей Руси", что, скорее всего, и приняли князь Юрий с другими западными сепаратистами, уверенно выступая против Орды, а шведы, побуждаемые папскими посланиями как раз и предприняли в 1240-м году крестовый поход на Новгород, подавленный в его зачатке князем Александром. Выходит, поход на Киев ордынско-русского царя Батыя и русского войска во главе с Невским-Байдаром был именно в интересах Руси, чтобы дать отпор католическому наступлению Запада, к тому же участие русских в европейском походе Батыя (во вторжении в Венгрию и Польшу) признаётся и многими историками. По официальной версии оборону Киева в 1240-м году галицкий воевода Дмитрий держал якобы от войск Батыя, хотя в реальности он оборонял верхнюю крепость Самватас внутри города от венгров с половцами и тевтонцами.
Оттого Дмитрий и был взят Батыем и Невским-Байдаром в поход на Волынь, где согласно историку С. Соловьёву посоветовал ордынским войскам сразу идти в Венгрию, чтобы избежать нового захвата Киева. При освобождении Киева от половцев и тевтонцев пропал митрополит Киевский и всея Руси Иосиф, что наводит на мысль о его переходе под католичество (что случилось и в теперешней Украине). Русско-ордынские войска князя Александра от Венгрии повернули в Польшу, где были базы формирования тевтонских рыцарей, чтобы разбить их тылы и обезопасить от них Новгородские и другие русские Земли.
Именно в битве у Польского Легнице в апреле 1241-го года, где Невский-Байдар наголову разбил рыцарскую армию, он и получил опыт, позволивший ему через год разгромить тевтонцев у Чудского озёра. После успехов в Польше, Невский-Байдар к осени был вынужден повернуть назад, поскольку, когда он вместе с Батыем освобождал Киев (что и ныне требовалось ещё в 2014 !), рыцари ливонского ордена подкупом местных бояр заняли Псков и решили строить свою крепость в Копорье. Оттого и войска Батыя задержались в Европе лишь до начала 1242-го, разгромив рыцарские базы в Далмации, в Трансильвании и Хорватии и принудив бежать римских пап (после Формоза) во Францию. Через два года после смерти отца Невский-Байдар в 1248-м году по возвращении из столицы Монгольской империи Каракорума (находившегося где-то рядом с нынешним Байкалом), где участвовал в решении государственных вопросов, был назначен Великим князем Киевским и всей Руси, брат же Андрей занял Владимирский престол.
И здесь проявилась мудрость и святость князя Александра, как правителя. Он не стал принимать Киев, как рассадник предательства (наблюдаемый и ныне) и не только потому, что его окрестности были опустошены. На землях Крыма и Новороссии обосновались представители чингизидов, дома Чингисхана и также, как и в Новгороде, с разделением населения на нижних (меньших) и верхних людей.
Оттого нижнему Крымскому ханству с его невольничьим рынком в Феодосии (Кафе) сопутствовала верхняя Малая Тартария с её промышленностью и торговлей, охраняемой казаками, и со звёздчатыми крепостями-"Петрополисами", как, например, в Азове и в будущем Севастополе. Князь Невский-Байдар, не желая мешать единству всей Великой Тартарии, предпочел развивать намного более обширные северные территории Поморья, вернувшись в Новгород, а Киев этим оставался в запустении почти два века, обличая глупость некоей давней Украины. При этом его не смущало, что брат Андрей, обосновавшись во Владимире, в ордынском ярлыке также был назван Великим князем, отчего тот и спорил с Александром, утверждая, что Великий князь должен быть один.
Андрей не понимал, что Невский-Байдар уже тогда предполагал перевести русское великое княжение с низовой Земли в верхнюю Москву, учредив там престол царя с русским, а не с ордынским началом, что и было сделано лишь Иваном Грозным. Когда же Невский-Байдар опять отлучился на обще-ордынские дела в Каракорум (в сибирский, а не в монгольский, как считается), Андрей, подстрекаемый папскими легатами, объявил об отделении Руси от Монгольской империи. Бунт опять пришлось подавлять уже Неврюевой ратью, а Андрей сбежал в Швецию (под которой, скорее всего, понимался нейтральный Северный Рим-Петрополис).
Однако Александр не только простил и вернул Андрея, понимая, что того обманули (Западу никогда не была нужна единая Русь), но и упросил простить его в Орде, заняв вместо него Владимирский престол. Не выдержав частых переездов в дальний забайкальский Каракорум, куда его вызывали, как государственного мужа, которому не было равных, князь Александр тяжело заболел, и отошёл от дел. Приняв монашество, он вскоре скончался в 1263-м году, как первый вместе с отцом, Ярославом, Государь оставленной ими для потомков единой Руси, единой и с Востоком, а не вассальной от него!
До новых встреч, дорогие почитатели научной, исторической, политической и религиозной правды! Cognitio aliis libertatem dat, aliis vivificat (Одним знание даёт свободу, а других способно оживить). Победа будет за Россией, с которой Господь миров и Христос Его!
Не забудьте ставить "лайк" и подписывайтесь на канал! Комментарии не по содержанию статьи, а также записи псевдоподписчиков удаляются, а канал от них "самоизбавляется".
Филиппов В.В. ©
Читайте также: