15 ноября на Руси говорили: «Акиндин разжигает овин, а Пигасий солнце гасит». Беспощадно убывал день, и хозяйственные работы переносили в дом, чтобы выполнять их при свете лучины или свечи. В овинах* сушили зерно, разжигая под ним огонь. На кострах дети пекли картошку и рассказывали истории про домовых или овинников ("жильцах" овинов), которые предстают в человеческом обличье. — Если к ним, к дУхам, по-хорошему, то худа от них не будет. В детстве в нашей деревне, в подполе, стрекотала подолгу швейная машинка по ночам — домовой шил чегой-то себе. А мы, детвора, ему не мешали. Ежели потревожишь его, то беды не миновать, — рассказывал дедушка. — А еще в эти дни обминали коноплю со льном, чтоб прясть начинать, — добавляла бабушка, штопая кофту. — Помнится, один раз соседи разозлили домового. Не любит он излишнего шума, беспорядка, табачного дыму. А энти и посуду-то не всегда мыли, да дым от курева коромыслом в избе всегда стоял. Вот Хозяин и не выдержал, начал чудить: вещи стали пропадать