Кордован Андалусии
Когда мы слышим английское слово «Кордован», то в нашей голове проносится вихрь мыслей. Данное слово отражает в себе грани Старой Испании и насыщенной, глубокой, красного цвета, как вино или зерна граната конской кожи. На самом деле, происхождение слова Кордован специфично, так как сама конская кожа напоминает своим красноватым оттенком внутреннюю окраску створок морской раковины.
В древней Испании мавританские племена были первыми, кто обнаружил удивительные свойства конской кожи и освоил методику её дубления. С этого момента и началась история кордован.
Район Андалусии, расположенный на юге Испании, был одним из наиболее могущественнейших во времена, когда владения арабских Халифатов простирались от границ Турции и Персии до берегов северной Африки, включая территории Испании и Франции. Благородные андалузские скакуны происходили родом из Персии.
Легенда гласила, что испанские всадники мусульманского вероисповедания носили захватывающие дух превосходные сапоги для верховой езды, сделанные из кожевенного материала, но более прочного, чем обычная кожа, и одновременно во много раз более блестящего, отполированного и элегантного. Этот материал они использовали не только для изготовления сапог, но и применяли для отделки щитов, знамен, демонстрируя тем самым свое истинное превосходство и престиж, отличительную индивидуальность от других народов, хотя основной задачей данного материала была защита ног от острых степных колючек и веток сухого кустарника.
Рождение подобного кожевенного материала, разработка процесса его дубления с целью сохранения живой природной текстуры, бесспорно являются частью страстной и мучительной истории кордован.
Кордован, как термин, происходит от названия испанского города Кордоба (Córdoba – лат. [ˈkorðoβa – исп.]), столицы кордовского Халифата (929-1031 гг. н.э.), и берет свое начало с времен правления великого Халифа Абд ар-Рахмана III династии Омейядов (примерно 850 год н.э.), во времена которого мусульманская культура и искусство были широко распространены на всей территории Испании.
Андалусские мастера первыми обнаружили уникальные свойства конской кожи и научились её обработке. Подобно ювелиру отсекающему лишние грани, чтобы найти форму камня и отполировать его грани, мусульманские кожевенники очищали шерстный покров конской шкуры до тех пор, пока не открывалась природная текстура поверхностного слоя кордован. Они обрабатывали её с последующей окраской до тех пор, пока кожа не становилась блестящей, как вода, подобно отражению глубокого красного цвета бриллианта. Дубление осуществлялось в деревянных бочках, куда укладывались куски конских шкур, по форме напоминающие створки раковины.
Структура кордован подобна пчелиным сотам, основу которых составляет хрящевая ткань, схожая с той, что формирует нос человека или его ушную раковину. Этот материал более прочный, чем кожа других животных. Она менее сухая и волокнистая. Кордован наполнен жиром, натуральными растительными маслами, благодаря которым он более эластичен, и при сгибе не образует сеточку морщин.
Процесс дубления кордован довольно долгий и утомительный. На начальном этапе, он направлен на восстановление свойств высушенной конской кожи, посредством многократного втирания в неё увлажняющих кремов, бесконечного разглаживания морщинок, складок и затвердений. В результате этого процесса, конская кожа становится упругой насыщенной и молодой. Для её дубления используются только натуральные растительные масла, подобные кремам для смягчения кожи рук.
Династия Омейядов ревностно оберегала свои тайны технологии выделки конской кожи. Никто не мог её скопировать или делать подделку под нее. Правители халифата сохраняли монополию на торговлю кордованом, чтобы оставаться вне конкуренции и диктовать другим государствам свои цены. О том, как тщательно оберегались эти секреты, сохранились упоминая в исторических летописях от 1579 года, где описывалось, как английской короной был послан красильщик Морган Хабблторн, чтобы узнать секреты и детали технологии знаний персов. Особенно требовалось достижение понимания “в получении яркости красочных цветов испанской кожи”! Эти сведения для Англии тех времен были необходимы, чтобы обеспечить условия роста их собственных торговых гильдий, а затем, развив собственную монополию в торговле, осуществлять уже прямые поставки от британской короны.
Мусульмане того времени доминировали не только в знаниях дубления конской кожи, но и в методах её окраски. До сих пор, шафран из Персии, Марокко и Испании является основным ингредиентом красителя желтого цвета. «Желтый» на испанском - «аmarillo» и происходит от арабского слова. Испано-французское название небольших аксессуаров из кожи «maroquinerie», также происходит из мусульманского Марокко.
Верные своим национальным традициям, великим научным открытиям в области математики, астрологии и алхимии, арабские народы использовали свои знания в умении обработки конской кожи и методике её окраски. Им был известен способ получения различных компонентов красителей из корней растений, плодов, листьев, насекомых и коры деревьев. Так например, «кермес» - один из разновидностей красного красителя, арабы получали из определенного вида насекомых. Другой краситель - «рубия», также красного цвета, добывался из корней одноименного дерева. Природный минерал «киноварь» добывался в Альмадене и Андалуссии, и при смешивании с серой, давал глубочайший красный цвет.
Для окраски кордована, кожевенниками династии Омейя использовались знания о натуральных органических пигментах, до этого применявшихся лишь при окраске тканей и обычной кожи. Естественный цвет кордована – бледно-песочный. Но арабы были осведомлены, какими материалами наилучшим образом можно зафиксировать и удержать необходимый им цвет в выдубленной конской коже.
Европейцам раннего средневековья также были известны природные красители растительного происхождения, но они отличались от тех, что использовали мусульмане. У арабов было свое «магическое» средство, облегчавшее фиксацию красок на тканях и на коже. Это была протрава (латинские корни от слов «укусить» или «пристегнуть»). В Европе в качестве протравы использовали сырой яичный белок, зная его высокую клейкость. Художники, давно применяли его для приготовлении красок, так как они лучше удерживались на холсте, не стекали по нему каплями, не капали с кисти на пол. Однако, в мавританской Испании яичный белок для фиксации красителей кордована, никогда не применялся. Вместо него арабы использовали квасцы, залежи которых находились в восточной части Ирана. В природе квасцы это минералы (кристаллогидраты сульфатов), которые оказывают вяжуще-закрепляющее действие. В настоящее время они активно используются в медицине, фотопромышленности, кожевенном производстве. Достоверным является факт, что немецкие и французские красильщики того периода времени закупали квасцы из Персии. Они называли их «мусульманский кастилль» (Кастилья – провинция в центральной части Испании). Именно арабские торговцы, объяснявшие свойства и действие квасцов, были первыми, кто раскрыл европейцам секрет обработки кордована.
Поначалу репутация кордована прижилась и росла во Франции, но затем, с развитием индустрии крашения, распространилась в Нидерландах и Германии. И как это часто бывает с особо ценным и интересным продуктом, вскоре среди европейских кожевенников появились последователи, пытавшиеся самостоятельно воспроизвести процесс дубления конской кожи и её окраску. Однако слепое копирование технологий мусульманских мастеров, натыкалось на препятствия языкового барьера, непонимание различий частей лошадиной шкуры, пригодных для выделки, а также прямые попытки имитировать уникальный цвет кордована. Эти ошибки, как раньше, так и сейчас, многих приводили в замешательство.
Если халифат Омейядов тщательно хранил открытые им секреты дубления конской кожи исходя из коммерческих соображений, то европейские алхимики и ученые скрывали свои знания и достижения из-за страха перед религиозными преследованиями со стороны церкви. Они боялись раскрывать широкой общественности свои научные достижения, если те противоречили церковным догмам. В особенности после того, когда Галлилей был брошен в тюрьму, за обнародованную им теорию гелиоцентрической модели построения мира, противоречившей Священному Писанию.
Именно по этой причине, вплоть до 17-века, до момента публикации Исааком Ньютоном его “Научного метода”, немногие западные ученые, если таковые и были в Европе, фиксировали эксперименты и делали их описание. Те же, кто осмеливался записать или решился опубликовать подобные наблюдения или выводы, записывали их на латинском языке, чтобы ограничить распространение научной информации. В результате, многие научные прорывы того времени, так и остались незамеченными общественностью или не были вообще каким-либо образом зарегистрированы. Так например, потрясающую красоту синего цвета витражей собора Шартрес во Франции до сих пор никто не может воспроизвести, хотя многие таланты со всего мира неоднократно пытались это сделать и разгадать формулу необыкновенного цвета. Но безрезультатно. Рецепт и технология получения его были утеряны и не задокументированы.
Второй Золотой период Испанской империи наступил после 1492 года, когда она, оберегая секрет одного их природных красителей, жестко контролировала его коммерциализацию, защищая тем самым свою монополию. Испанские конкистадоры неожиданно обнаружили, что коренные народы Америки, для создания интенсивного красного цвета, который был насыщеннее любого другого ранее известного, использовали насекомое кошениль (cochilnilla). Чтобы никто не узнал о происхождении этого красителя, испанцы поддерживали строгий контроль над поездками в Новый Свет, особенно в районы, которые были расположены в непосредственной близости от места где они и совершили свое открытие (Оахака, Мексика),. С тех пор, многие безуспешно пытались создать коммерческие колонии кошениль для производства красителя вне Оахаки, но безуспешно.
Течение XIX века в Европе, совпало с началом промышленной революции, когда традиционные ремесленные методики были подвергнуты глубочайшим изменениям. Использование конской мускульной силы в качестве источника энергии постепенно утрачивало свое значение, и вытеснялось машинами на водяном пару или угле. Наиболее мощные армии мира того времени быстро заменили конную тягу на механическую. Эти тенденции означали не только снижение количества поголовья лошадей, но и изменение рациона питания человека. Лошадиное мясо медленно исчезало со столов кухонь.
Рука об руку с индустриальной, шла и научная революция. Известные промышленники и ученые занимаясь расшифровкой молекулярных соединений, сделали прорыв в понимании химических свойств и связей веществ. Настала возможность копировать природу: производить синтетические красители, в необходимых промышленных масштабах. Причем, дешевле и в достаточном количестве, обеспечивая растущий на них спрос. С появлением этих новых отраслей химической промышленности выросли промышленные компании по производству синтетических красок, для нужд текстильных фабрик, кожевенных заводов и предприятий других отраслей, которые старались сделать свою продукцию наиболее привлекательной публике.
Чтобы удовлетворить растущий потребительский спрос, кожевенная промышленность остро нуждалась в надежных красителях. Причем в количествах, запрашиваемых производством. Эта потребность значительно превосходила нужды старых ремесленных мастерских по изготовлению кожаных аксессуаров и обуви, когда каждая операция была исключительно ручной, от начала и до конца. Чтобы повысить эффективность производства, заводам необходимо было реорганизовать процесс таким образом, чтобы они получили возможность эффективно повторить одни и те же операции неограниченное количество раз на своих сборочных конвейерах. С конвейера должна была сходить обувь одного и того же цвета, независимо от количества выпускаемых пар. И единственным способом позволившим гарантированно производить подобную окраску кожи в промышленных масштабах, стал синтетический краситель на основе хрома.
Проблема с хромовыми красителями, как и с другими синтетическими химическими веществами, была результатом промышленной революции, и заключалась в том, что они загрязняли окружающую среду, особенно водоемы и реки, вблизи которых обычно располагались заводы, осуществлявшие из них забор воды. Хром, используемый в промышленных количествах, не может быть безопасно диспергирован и не поглощен естественными водными акваториями. Его чрезмерное количество в реках нарушает их эко-баланс. Благодаря стараниям партии «зеленых», их социальной активности, в западных странах были приняты меры против загрязнения окружающей среды. Именно по этой причине, сейчас на Западе так мало кожевенных предприятий. Теперь же, эти заводы и их подразделения по окраске дубленых кож перенесены в менее развитые страны, где мало или вообще нет законодательства, защищающего окружающую среду.
На заре индустриальной революции в Новом Свете, в разгар экономического бума, в Нью-Йорка на Манхеттене был открыт магазин мужской одежды Брукс Бразерс. Основанный в 1818 году, он стал одним из лучших заведений эпохи, считая среди своих «престижных клиентов» и будущего президента США Авраама Линкольна.
Этот магазин импортировал из Европы аксессуары и обувь из лошадиной кожи, для своих североамериканских клиентов. И те были в восторге, от глубокого и насыщенного, как красное вино цвета кордован, его блеска и силы. По прошествии десятилетий, Брукс Бразерс стали самым крупным продавцом продукции из конской кожи в мире. А в 1930-е годы магазин переехал на Уолл-стрит в финансовый район Нью-Йорка, забрав с собой лишь исторические окна Тиффани, как символ эпохи.
Во время Второй мировой войной, поставки кордована из Европы резко сократились. Отпускные цены на него быстро взлетели. И несмотря на стабильно растущий спрос со стороны Северной Америки, предложение кордована из Европы падало. В 1960 году, последнее кожевенное производство Shell Cordovan во Франции “Tanneries Sueur”, было окончательно закрыто. Процесс растительного дубления стал слишком дорогим и невыгодным, из-за его длительного 6-месячного цикла дубления. Тем не менее, исключительный спрос на Shell Cordovan в США оставался неизмеримо высоким.
Американские потребители и производители обуви из конской кожи не хотели прекращения и остановки этого бизнеса. Именно поэтому, компания Алден из штата Массачусетс, являвшаяся поставщиком Брукс Бразерс с 1896 года, выкупила остатки кордована у обанкротившейся Tanneries Sueur, и выступила с инициативой, предложив чикагской дубильне Horween, заняться производством выделки и окраской конской кожи, гарантируя при этом, всегда неизменный выкуп определенного количества продукции. Кожевенное предприятие Horween Leather Co. всегда было и остается одним из выдающихся кожевенных производств в мире. Неукоснительно следуя старинным технологиям, и до сих пор, используя процессы натурального растительного дубления и окраски, без применения хрома, оно продолжает благородные традиции андалузских мастеров.
Вопреки расхожему мнению, Horween считает, что «кордован это нечто большее, чем просто цвет. Shell Сordovan это особый кусок конской шкуры, который берется с крупа. Два небольших овальных кусочка с левой и правой стороны, из которых получается лишь одна пара обуви. Эти кусочки кордована проходят длительный процесс дубления, пропитываются натуральными растительными маслами, тщательно очищаются и множество раз полируются. Соблюдая до деталей технологию дубления и финишной обработки, согласно древним рецептам, Horween добивается богатого глянца кожи, что чрезвычайно ценится при производстве обуви, аксессуаров, и заметно отличает его от других производителей. Это, пожалуй, единственное производство в мире, которое не только знает, но и неукоснительно соблюдает технологические традиции испанских мусульман древней династии Омейядов.
Торговая компания Брукс Бразерс и до сих пор является крупнейшим продавцом обуви и аксессуаров из лошадиной кожи в мире, что безусловно помогает ей сохранять эту древнюю традицию отношения к кордован. В семидесятые и восьмидесятые годы прошлого столетия, более чем через поколение, торговые универмаги Faconnable во Франции, также вновь вернули в гардероб европейских джентльменов обувь из кордована. А сегодня, возвращаясь к своим корням, обувь и аксессуары из конской кожи появились и на рынках мусульманского мира: в Испании, Турции, Арабских Эмиратах, Ливане, в самых эксклюзивных магазинах и гардеробах респектабельных выдающихся джентльменов».
Данный очерк был написан John «01» августа 2006г. Бостон, США , коммерческим директором компании Alden и любезно предоставлен для публикации в распоряжение REM RAGIMOV, посетившим завод Alden Shoe Factory в США, в 2010 году.
Перевод с английского REM RAGIMOV
Впечатление и описание поездки на Алден, можно прочесть в отдельной статье Яндекс-Дзен.
продолжение следует >>>> https://remragimov.com