Помогал себе и команде.
О великом защитнике сборной СССР Борисе Кузнецове до сих пор ходит множество легенд. Футболист сдерживал на поле легендарного бразильца Гарринчу, выигрывал золото в олимпийском Мельбурне-1956, а с журналистами общался без тени смущения, позволяя себе непечатные выражения. За это его любили и одноклубники по московскому «Динамо», и болельщики.
Помимо футбольного умения отбирать мяч, Кузнецов славился золотыми руками. Закалка, которую он получил до перехода в «Динамо», очень помогла ему в обычной жизни.
«Шил лучше, чем многие сапожники»
Кузнецов был из простой семьи и жил небогато. Чтобы прокормиться, он работал в сапожной мастерской. Этим, кстати, объясняется его любовь к русской нецензурике — знаете же расхожее выражение «матерится как сапожник»?
Но полученный опыт стал хорошим подспорьем в футбольной карьере. Кузнецов мастерски умел работать с бутсами. Это вспоминали даже его одноклубники.
— Еще в 1950-х Боря шил себе бутсы — лучше, чем советская промышленность и даже многие сапожники, которых держали в штате футбольные клубы. Некоторым друзьям по «Динамо» и сборной тоже шил, — вспоминал в интервью газете «Труд» легендарный советский футболист Валерий Урин.
Своим уникальным умением работать с обувью Кузнецов пользовался вплоть до конца карьеры. В 1961 году футболист ушел из «Динамо» и сконцентрировался на тренерской деятельности. Немного поработав в родном клубе, Борис Дмитриевич получил должность в КГБ.
Но даже там он не забывал старых друзей и помогал им. «Некоторые уговаривали Борю сшить пару или хотя бы на подошву насадить шипы. Это Кузнецов делал лучше всех», — вспоминал Валерий Урин. Думается, и сотрудники госбезопасности были не прочь подремонтировать обувь у олимпийского чемпиона.
Не смог удержать беглеца
В КГБ Кузнецов служил до 1981 года. У него были в том числе серьезные агентурные задачи — даже в Европе довелось поработать. Правда, не совсем удачно.
Одно из заданий было связано с сыном легендарного тренера «Динамо» Михаила Якушина, работавшим переводчиком в Спорткомитете. В 1971 году Михаил-младший поехал в командировку в Швецию, но обратно не вернулся. КГБ отправил Кузнецова вызволять беглеца на родину. Но что-то пошло не так.
— [Кузнецов] подозвал [Якушина] к посольской машине. Намеревался его туда засунуть и увезти. А тот высокий, два метра — уперся руками! Что-то почувствовал! У Бори ничего не получилось. [Вывезенные из страны] документы тоже сгинули. Почему он был один? Чтобы не спугнуть… В КГБ надеялись, что Боре-то он поверит, сядет в автомобиль», — вспоминал Валерий Урин для «Спорт-Экспресса».
Несмотря на этот провал, Кузнецов спокойно продолжил работать в КГБ. Затем вплоть до пенсии отвечал за физкультуру в городском совете «Динамо». И пусть беглецов он больше не ловил, но мог починить любую обувь, как в старые добрые годы футбольной карьеры.