Получить срок за статью, пост в наше время обычное явление. А если по зову души выступить с речью в центре города перед администрацией, то наказание гарантировано. Но так было не всегда.
В далёкие допутинские времена отвезли детей к родне. Домой выехали на заре. Возле придорожных ларьков замечаем знакомую фигуру. Борис Иванович, позывной «Однокрылый» (нет одной руки по локоть). Останавливаемся – что тут делаешь вдали от родных мест? Огрызается, но реагирует на женское внимание – Трубы, мать, горят. Пока жена в ларьке угощает его водочкой, пивком, пирожками, делаю из картонок и плёнок гнёздышко «однокрылому». Деваться некуда, придётся везти. Иначе семейный скандал. Грузим неожиданного попутчика, тот сразу засыпает и больше газу – меньше ям!
Борис Иванович бомж, алкоголик и калека. В городе прославился выступлениями в публичных местах. Часто с утра, когда в администрации шло заседание, занимал позицию перед окнами главы и толкал речь. С тыла прикрывала статуя В.И. Ленина. Жилистый, курносый, скуластый в рубахе на выпуск и штанах с пузырями на коленях. Мощный баритон, природный дар оратора, вперемежку политика, стихи, обвинения и городские сплетни привлекали внимание народа. Закончив речь, запевал «Врагу не сдаётся наш гордый «Варяг» и двигался, сшибая по пути «сто грамм» и чебуреки, в сторону городского рынка.
Но глава-демократ сменился на коммуниста. Тому «свобода слова» пришлась не по душе и он попросил начальника милиции избавиться от бомжа. Кто и как его вывозил, Борис Иванович не помнил. Мы его подобрали за 200 км после высадки. По пути во время заправки ещё раз напоили и высадили в городе у мусорных баков вместе с картонками. Он сразу взял курс на администрацию, высказался. Получилось, что начальник милиции обнадёжил главу – вывезли, работаем спокойно. И тут же депортированный с триумфом объявился. Его снова отловили – как ты оказался в городе? Кто привёз? Постоянно пьяный Иваныч из всей командировки запомнил только песню в нашей машине «Ах, чёрное ты море. Ах, белый «мерседес». В чём и «колонулся» милиции.
О поисках «доставщиков Цицерона» сразу узнал отец. Ты привёз? Да. Машина пока будет в гараже у Ашота, а ты покатаешься на велосипеде. Твоём детском трёхколёсном. Вон стоит! И молчать об «Однокрылом»! Борис Иванович продолжал выступать как и прежде. Я неделю ездил на машине отца. Вот и все последствия. А теперь представим, чем это могло обернутся сегодня: фейки, сообщники, пособники, иноагенты, экстремисты… Всех бед и не перечислишь.