Зима в Якутии не щадит никого: морозные ветры хлещут так, что любая мелочь кажется вопросом выживания. В одной далёкой деревне жило два брата — старший, Степан, упрямый и не боящийся ничего, и младший, Федя, которого односельчане считали немного... наивным. В местном трактире говорили, что на святках — особенное время, когда можно узнать будущее. «Ты только смелее будь, да в балаган старый заходи», — нашёптывал трактирщик с блестящими от водки глазами, — «Слюны там живут, магия сильная...»
Эта идея и запала Степану. «Ну что, братишка, подзаработаем? Накапаем себе удачи от слюнов?»
Федя был не в восторге: балаган, о котором говорил трактирщик, стоял на отшибе и давно считался проклятым. Но отговаривать старшего он не стал. Лишь пожал плечами и надел самые тёплые шкуры.
Засели они в том балагане, что на краю леса стоял. Проклятое место было тёмным, тесным, а стены источали затхлость, словно вековую плесень. Вокруг всё застыло: ни ветра, ни звука — только морозная тишина. Степан прикрыл дверь старым одеялом, прижав его к полу, чтобы не затягивало холод.
Федя чувствовал себя неуютно. Сидел, дрожа, слушая, как за стенами дома что-то потрескивает. «Степан, может, ну его? — тихо проговорил он. — Чую я, что нехорошо тут...»
Но старший лишь фыркнул: «Скоро появятся слюны — подскажут, как денег заработать».
Прошёл час, затем два. Мороз пробирал до костей, но они ждали. В какой-то момент, будто из ниоткуда, послышался странный шорох. Федя вскочил, а Степан ударил его по плечу, мол, сиди тихо! Шорох перешёл в какой-то неестественный, глухой звук, словно хруст ломких веток, и с каждой секундой становился всё громче.
И вдруг — крик! Где-то за стеной, в дальнем углу, раздался глухой стон, будто чей-то голос пробился через толщу льда. Братья застыли. Глаза Степана сузились, а Федя, побелев, сжался.
«Ты слышишь?» — прошептал младший.
Но Степан только усмехнулся: «Это наши предки, на богатство намекают. Не бойся».
Тут что-то хрустнуло... Оглянувшись, братья увидели, как дверь в хлев начала скрипеть, открываясь сама по себе. В лунном свете показалась фигура, высокая, как потолок. Склонив голову на бок, она медленно и с каким-то гулким шорохом вошла в помещение. Ничего похожего на человеческие черты, но её очертания... будто дымные, словно сотканы из ночной тьмы и холода.
Федя не выдержал: завизжал, сорвался с места и помчался к двери. Степан рванул за ним, но что-то — невидимое, холодное и мощное — будто толкнуло его спину. Он рухнул на пол, хрипя и пытаясь встать, но ноги будто приросли к месту.
Когда Федя выбежал наружу, он обернулся и увидел, как дверь балагана захлопнулась за братом. Ещё миг — и всё стихло...
Когда деревня узнала о случившемся, местные не сразу решились войти в балаган. Только через несколько дней отец братьев и несколько мужчин осмелились подойти к старому строению. Они вошли... и нашли тело Степана. Лежал он на полу, на спине его был странный отпечаток — огромный синяк, словно от руки великана, пробивший все шкуры и одежду.
Федя молчал — глаза его были пустыми. Но через год, когда его расспрашивали, что произошло, он произнёс всего одну фразу: «Это не наши предки приходили...»
Эпилог
С тех пор балаган забросили окончательно. Никто не осмеливается даже приближаться к нему. В деревне рассказывают, что в лютые зимние ночи из старого строения доносится глухое куриное кудахтанье, за которым следует тяжёлый гулкий вой, а иногда видели больших размеров тень, что заходила во внутрь.
Жители решились уничтожить это проклятое место. Сначала пытались поджечь — но странное дело: дерево, будто пропитанное ледяной водой, не поддавалось огню. Тогда принесли топоры, но лезвия, прикасаясь к стенам, будто бы скользили по невидимой пленке — дерево оставалось нетронутым.
Отчаявшись, деревенские решили оставить строение в покое, прикрепив у входа старый амулет. Но в его защиту мало кто верил...
Подписывайтесь на канал и делитесь в комментариях вашими впечатлениями!
Другие мои рассказы и страшные истории: