Разговор с матерью был непростым. Как бы Игорь ни противился желанию Полины, она все равно смогла настоять на том, чтобы отправить Тамару Ивановну в пансионат для пожилых одиноких пенсионеров, хотя таковой мать Игоря не являлась.
— Поймите, — уверяла Полина свою свекровь, — всем так будет лучше. И вам, потому что вы будете под контролем врачей и в обществе своих сверстников, и нам, потому что мы сможем, наконец, обзавестись детьми. Тамара Ивановна, вы ведь хотели внуков?
Свекровь затравленно посмотрела на Полину и неуверенно кивнула.
— Я хотела, — ответила она, — но хотела бы видеть их каждый день.
Полина фыркнула:
— Зачем вам это? Заботы, хлопоты, мы с Игорем сами со всем этим справимся. А вы будете отдыхать и наслаждаться спокойной старостью.
Тамара Ивановна возразила, слабо и неуверенно, но все же:
— Я не стара еще, мне шестьдесят два года. Ты так говоришь, Полина, как будто я развалина. А ведь я еще молода и полна сил.
Невестка снова презрительно фыркнула.
— Ну какая молодость? Посмотрите на себя в зеркало! К тому же вы настолько приучили своего сына к контролю и беспомощности, что Игорь сейчас больше похож на малолетнего ребенка, чем на взрослого мужчину. С этим нужно что-то делать.
Сам Игорь молчал. Понимал, что в его жизни происходит нечто ужасное, за что он в будущем будет себя винить и ненавидеть, но выбора не оставалось. Мать слабо сопротивлялась доводам Полины, а сам он вообще не мог найти слов в поддержку Тамары Ивановны.
Через неделю Полина прибежала с работы радостной и воодушевленной:
— Тамарочка Ивановна, я для вас подобрала прекрасный пансионат. Он хоть и находится за городом, но там такая природа! Воздух свежайший, кормят прекрасно, а компания какая у вас будет! Мне самой захотелось остаться в этом месте!
Тамара Ивановна подавленно молчала. Она до последнего надеялась на то, что невестка не осуществит своего намерения избавиться от нее, но надежды не оправдались.
— Может быть, мы торопимся, Полина? — неуверенно спросил Игорь, но жена смерила его таким взглядом, что он тут же замолчал.
Оформление документов заняло чуть меньше месяца, и уже к зиме Тамару Ивановну в пансионат отвезла лично Полина. Она купила себе машину, взяв кредит в банке, взносы по этому кредиту делал Игорь, безропотно подчиняясь указаниям своей жены.
— Мне так тяжело, Игорек, — беспомощным голосом сказала Тамара Ивановна сыну, а у Игоря сердце кровью обливалось при взгляде на несчастную мать, — я столько лет прожила тут, я хотела нянчиться с внуками, видеть, как они растут. Это мой дом, мои стены, а твоя жена… Неужели ничего нельзя поделать? Я уже слишком стара и слаба для того, чтобы бодаться с Полиной, но ведь ты мог бы…
— Мама! — Игорь нервничал, и голос его дрожал от волнения, — у нас было два месяца, чтобы переубедить Полину, почему ты молчала? Откуда я мог знать, что тебе так тяжело уезжать? Ты сама согласилась, в чем сейчас проблема?
Тамара Ивановна всхлипнула:
— Я думала, что ты сам не хочешь, чтобы я уезжала. А ты, оказывается, только за.
— Я не за, — Игорь снова нервно повел плечами, — но и не вижу ничего смертельного в том, чтобы ты пожила некоторое время в пансионате. Представь себе, что это санаторий, что ты там временно, что тебя подлечат, ты отдохнешь, а потом вернешься домой.
Тамара Ивановна обвела печальным взглядом пространство своей квартиры, тяжело вздохнула, понимая, что слова сына – это всего лишь слова. Ничего не изменится, никто не будет к ней приезжать, а сама она навряд ли вернется в эту квартиру, в которой провела столько счастливых лет.
Полина надеялась на то, что отъезд свекрови станет отправной точкой в улучшении их с Игорем семейных отношений. Почему-то молодая женщина была уверена в том, что поступает правильно. Ее не мучала совесть, все вполне устраивало, тем более что теперь она получала полную власть над своим мужем. Не будет рядом свекрови, вечно путавшейся под ногами, и Полина наконец сможет убедить мужа найти новую работу, стать более самостоятельным и уверенным в себе.
Однако, ничего подобного не происходило. Игорь не проявлял энтузиазма в карьере, после отъезда матери совсем растерялся, став еще больше похожим на маленького и беспомощного ребенка.
Полине самой приходилось оплачивать счета за коммунальные услуги, покупать продукты и что-то готовить, стирать вещи и убираться, а ведь до отъезда Тамары Ивановны этого всего делать ей не нужно было.
— Ты бы помог мне по дому! — бурчала она, обращаясь к Игорю, — я все делаю сама! Между прочим, я работаю не меньше твоего, а еще успеваю все делать дома. Ты же как будто самоустранился от всех домашних дел, ты как ребенок, Игорь!
Он растерянно хлопал глазами, не понимая, что снова делает не так. Вроде бы, все складывалось именно так, как хотелось Полине, но снова жена была чем-то недовольна.
К матери Игорь съездил всего пару раз, в остальное время был занят на работе, а на выходных вместе с Полиной они или ходили в кино, или отдыхали. Жена не рвалась навещать свекровь, да и настаивала на этот счет в общении с Игорем.
— Что там будет с твоей мамой? — морщась, спрашивала она, — взрослая женщина, справится со всем. Ее там и кормят, и обстирывают, и за здоровьем следят, а ты до сих пор делаешь вид, как будто твоя мать пошла на какие-то жертвы!
Игорь пытался возражать жене:
— Мама не хотела уезжать, ее все устраивало.
Полина, посмотрев на Игоря, только фыркнула:
— Еще бы! Вас обоих все устраивало! Жили как две улитки в своих раковинах, никаких перспектив на будущее. Ты так бы и прожил с матерью до старости, если бы не я.
Игорь молчал. Теперь он уже не был уверен в том, что этот вариант развития событий его не устраивал. Тамару Ивановну было жаль, навестив мать пару раз в пансионате, Игорь понял, что эти визиты слишком болезненны и для него, и для самой Тамары Ивановны. Это и стало главной причиной того, чтобы больше не являться в пансионат и не мучаться после этих визитов угрызениями совести.
— Нужно что-то решать с квартирой, — заявила Полина, когда прошло почти полгода после того, как Тамару Ивановну отправили в пансионат, — твоя мать все равно не вернется домой, а нам нужно свое жилье.
— Чем тебя эта квартира не устраивает? — удивился Игорь, — и почему ты вообще решила, что мама больше не вернется?
Полина усмехнулась:
— Хотя бы потому, что она даже не звонит тебе, не интересуется нашей жизнью. У Тамары Ивановны все прекрасно, она живет и в ус не дует, ей эта квартира не понадобится. Пенсии ей хватает для того, чтобы нормально проживать в приличном месте, а нам с тобой нужно свое жилье.
Полина не просто так завела этот разговор. Она понимала, что при разводе с Игорем ей ничего не достанется, ведь квартира, в которой они жили, была приобретена Тамарой Ивановной до свадьбы сына, да и в ней Игорю была выделена всего одна доля. Полина торопилась, понимая, что их брак с Игорем на ладан дышит, а она так и не смогла прогнуть мужа и заставить его взять ипотеку.
— Я не уверен в том, что это правильно, — ответил он Полине, — я не смогу так поступить с мамой. Получится так, что у нее вообще не останется своего угла, это неправильно.
Полина жутко разозлилась на Игоря.
— Ты не мужчина! Ты – беспомощное существо! И таким тебя сделала твоя мать! — кричала она. Игорь же сидел молча, втянув голову в плечи. Ответить ему было нечего, он и без слов Полины понимал, что является совершенно неприспособленным к жизни человеком. Он даже толком возразить ей не мог, не хватало ему смелости и дерзости.
— Хорошо, я поговорю с ней, — согласился Игорь, чувствуя себя в очередной раз последним мерзавцем по отношению к матери.
Полина тут же смягчилась:
— Тебе только и нужно, что съездить к ней в пансионат и подписать доверенность. Пусть Тамара Ивановна оформит на тебя документ, а ты уже будешь распоряжаться этой квартирой, как единоличный собственник. Твоей матери квартира не нужна, а нам с тобой нужно дальше развиваться и укреплять наш брак.
Игорь не был уверен в том, что, если отберет у матери право на квартиру, то сможет считать свой брак более крепким. Но Полина умела настаивать, она отлично манипулировала мужем, а Игорь, привыкший к тому, чтобы им помыкали и направляли его на нужный путь, не имел сил сопротивляться.
— Для начала ты просто поговори с ней, — убеждала Игоря Полина, — если ты так переживаешь из-за того, что твоя мать подумает о тебе, я поеду с тобой и буду разговаривать с Тамарой Ивановной сама. Ты ведь ничего не можешь! Даже с матерью просто переговорить о том, чтобы она переоформила на тебя долю в квартире!
Игорь опустил голову и промолчал. Наверное, действительно так будет лучше. Пусть Полина едет вместе с ним и разговаривает с Тамарой Ивановной. В конце концов, это была ее идея – оформить право полной собственности на трехкомнатную квартиру.
Но что-то пошло не по плану. Приехав в пансионат и попытавшись встретиться с Тамарой Ивановной, Игорь и Полина с удивлением узнали о том, что она больше там не проживает.
— Что значит – уехала? — спросила Полина требовательно, — что вы от нас скрываете?
— Я ничего от вас не скрываю, — устало ответила директор пансионата, — если бы вы чаще навещали свою мать, то знали бы о ее жизни гораздо больше.
Игорь почувствовал приступ паники. Куда могла деться его мать? Почему Тамара Ивановна даже не позвонила сыну и не сказала ему о своих планах? Где теперь ее искать, как налаживать отношения? А вдруг с Тамарой Ивановной произошло что-то ужасное?
Вернувшись домой, Игорь и Полина долго ссорились. Он обвинял жену в том, что это из-за нее он потерял контакт с матерью, а Полина винила мужа в том, что был слабым и беспомощным, даже не мог узнать толком о судьбе своей матери.
В ту ночь они спали в разных комнатах, а на следующий день к ним домой приехал двоюродный брат Игоря, с которым они не общались несколько лет. Сергей был сыном родной сестры Тамары Ивановны, а, увидев его на пороге своей квартиры, Игорь был несказанно удивлен.
— Что случилось, Серега? Ты знаешь что-то про маму?
Кузен молча протянул Игорю какую-то бумагу. Полина тут же вырвала ее из рук родственника и внимательно вчиталась в каждую букву. Это была дарственная, согласно которой доля в квартире Тамары Ивановна, принадлежавшая ей, отдана в дар племяннику.
— Что за бред? — пробормотала Полина, а потом взглянула в лицо Сергея.
Тот пожал плечами:
— Это не бред, это желание тети Тамары. Ставлю вас в известность о том, что теперь доля в этой квартире принадлежит мне. Я собираюсь сдавать свою комнату, поэтому предупреждаю вас об этом.
Игорь похолодел. Жизнь разделилась на до и после, и в этом «после» не было никакой надежды на то, что он будет счастлив со своей женой. Их браку с Полиной, и его отношениям с матерью пришел конец.
Ещё больше историй здесь
Как подключить Премиум
Интересно Ваше мнение, делитесь своими историями, а лучшее поощрение лайк и подписка.