Потребительство как подмена цели

Изо дня в день я наблюдаю вокруг два параллельных, равновеликих процесса. Общественных процесса, можно даже так сказать. Один процесс - это затаскивание людьми вещей из магазинов и пунктов выдачи в свои квартиры. Другой - вытаскивание людьми из своих квартир этих же вещей (с некоторой временнОй отсрочкой) на помойку.

Я в общем-то и сама в той или иной степени являюсь участником этого двустороннего движения потребителей. Раньше - больше. Сейчас, вследствие многих событий, чуть меньше, что лично меня не может не радовать (стало быть, хоть чему-то в жизни удается научиться на собственном опыте).

Помню, как после рождения старшего сына я в огромном количестве скупала всякие вещи, которые ребенку были по сути совершенно не нужны. Из всего купленного не жалею только о книгах. Без большей части остального ребенок вполне мог бы обойтись. Более того: этого вещевого запаса с лихвой хватило и на второго сына. И, мне кажется, хватило бы еще на парочку детей, которых я бы с удовольствием родила сейчас, будь я в иных, вообще никоим образом не связанных с достатком или бытом жизненных обстоятельствах.

Мне кажется, что потребительство - это то главное, что западная цивилизация привнесла в нашу жизнь. Не потребление (потому что человек не может жить в чистом поле, гол и бос), а именно потребительство. Потребительство как мерило успеха. Потребительство как замена смысла жизни, ее целей. Ее основ. У потребителя ведь цели нет - есть только путь. Потребитель вечно ходит по одному и тому же календарном кругу, воображая себе при этом, что он открывает на своем пути великие смыслы.

Потребительство существует абсолютно на всех уровнях. Чем обеспеченнее человек, тем безнадежнее он загоняет себя в ловушку потребительства. У него сразу появляются абсолютно ненужные по сути потребности, на которые он вынужден работать и зарабатывать всё больше и больше.

Люксовые машины с матовым покрытием - это не про нужно. Это про потребительство. Для того чтобы с комфортом доехать из пункта А в пункт Б, не нужно ни матового покрытия, ни редкой краски, ни красивого номера. Это не более чем попытки подменить внутреннюю, с годами всё менее уловимую внутреннюю, духовную цель своего конечного жизненного пути. Во всяком случае, если судить по лицам многих обладателей таких люксовых авто из моего дома, матовое покрытие кузова машины не сделало их счастливее. Даже симпатичнее, надо признаться, оно их (обладателей) не сделало.

Я вот в последнее время всё чаще перебираю в памяти то, что связано с моим без вести отсутствующим гвардии рядовым Андреем Иванычем. И вещи тут вообще не играют никакой роли. Я не вспоминаю о том, какие джинсы он носил в отпуске. Или какие были надеты на мне, когда мы с ним куда-то шли вместе. Я вспоминаю наши слова и поступки. Вот те поистине настоящие жемчужины, нанизав которые на нить памяти можно осознать всю ценность этого жизненного ожерелья. И потребительство тут не играет совершенно никакой роли...

К слову, я время от времени возвращаюсь мыслями к истории одной знакомой мне в прошлом женщины, которая прожила благополучную, не наполненную никакими жизненными бурями, стабильную, долгую жизнь, преимущественно потребительскую, и благополучно умерла в 90 лет. На ее поминках, помнится, никто - как ни старался - не мог выдавить из себя трагедии. Более того: никто не мог сказать ничего об этой женщине по существу. Потому что по существу сказать было нечего. Я не знаю, как свою жизнь воспринимала сама покойная. Скорее всего, отлично воспринимала. Однако факт остается фактом: вспомнить о ней было нечего даже ее самым близким и родным. Парадокс. А умирать и ей пришлось, несмотря на всё внешнее благополучие. Так как все там будем, как говорится.

Наше время - страшное, жестокое, бескомпромиссное (хотя многим кажется, что как-то всё же можно пропетлять) - даёт нам всем, как мне кажется, огромный шанс сбросить с себя, хотя бы немножко, бремя непрерывного потребительства. Нам всем дают шанс посмотреть на свою жизнь не с точки зрения количества купленных ботинок или поменянных авто, а с точки зрения того, что мы из себя представляем как духовные единицы. И представляем ли что-то вообще...

И покупать не первые и даже не вторые, а пятые ботинки в тот момент, когда молодые и красивые ребята гибнут на фронте, - оно, конечно, можно, да и кто бы кого ругал за собственные деньги, как говорится. И все эти личные аргументы вида "а при чем тут я", "а какая связь" тоже, конечно, можно включить. Однако какая все-таки зримая разница масштабов и потенциалов в этом, на мой взгляд! Какая наглядная разница между Божьим даром и потребительской яичницей по акции...