Когда сипаха или янычара по-турецки называли Дели («безумный») – это было почетное прозвище, означающее его невероятную смелость. Когда же так величали правителя, это была позорная кличка. Так, например, в свое время в Османской империи звали русского царя Петра за то, что ему вздумалось строить флот на озере. Вот и своего собственного султана Ибрагима I османы называли именно так, и он порой совершал действительно странные поступки.
Ибрагим был одним из младших сыновей Ахмеда I и его любимой наложницы Кёсем, и сохранил жизнь только по случайности. Братья, севшие на трон раньше него, оставили конкурента в покое: первый – потому что тот еще был ребенком, второй – потому что мальчик явно повредился умом.
Буквально с младых ногтей Ибрагима держали в небольшой комнате под домашним арестом – такая была практика в то время, когда османские султаны уже перестали избавляться от своих родственников. Потом он стал постарше, и его перевели в лучшие условия, но юноше прислуживали только немые евнухи.
Из-за такого отношения наш сегодняшний герой всегда испытывал страх за свое будущее. Тем более, что его брат Мурад IV считался одним из самых суровых османских правителей. Поэтому, когда он отдал богу душу, и к Ибрагиму пришли царедворцы с новостью, что все закончилось, и он теперь сам сядет на трон, султан не поверил и стал царапаться и кусаться, и прекратил истерику только после того, как ему продемонстрировали тело брата.
После получения власти его главной обязанностью было дать стране наследника. Но выросший в одиночестве молодой человек боялся близости с женщиной. Его мать подключила лучших врачей и потчевала его снадобьями для укрепления мужской силы. Это дало необходимый эффект – с тех пор Ибрагим не пропускал даже простушек из числа служанок. Но это было наименьшим из его странных поступков.
Когда одна из его наложниц шепнула султану, что другая девушка ему не верна, Ибрагим Дели устроил дознание и подверг всех своих одалисок допросам «третьей степени». Но ни одна из них не призналась в преступлении, и тогда хозяин повелел зашить их в мешки и бросить в Босфор, а себе набрал новый гарем.
Он любил драгоценности и даже собственную бороду украшал бриллиантами, несмотря на давно опустевшую казну. Во время его правления в империи случались сильные холода, и зимой замерзали даже проливы, соединяющие Черное и Средиземное море. Всемогущий султан повелел устлать свой дворец соболиными мехами, а как-то раз приказал побрить дворцовых кошек и одеть на них специально сшитые шубы.
Во дворце говорили, что султан был способен удовлетворить 24 женщин за один день. Причем, делал он это одновременно в зеркальной комнате, что в Османской империи явно было не принято. Весь дворец Топкапы был переоборудован специально для игр с женщинами.
Молодой султан был склонен назначать случайных людей на высокие государственные должности. Так, простого банщика поставил во главе янычарского корпуса, а армянской наложнице по прозвищу «сахарная крошка» подарил все налоги с Дамаска. Девушка не была хороша собой – напротив, весила 150 килограмм, но султан, пресытившись худышками, полюбил такую экзотику.
Кстати, его теплые чувства к банщику не были случайностью. Ибрагим любил тайно посещать бани Стамбула, чтобы присмотреть там очередную красотку. Как-то раз он встретил дочь шейха-уль-ислама – главы мусульманского культа всей империи. Султан во всей красе предстал перед ней и потребовал, чтобы девушка вышла за него замуж. Та отказалась, и была похищена – падишах развлекался с ней, пока не надоело, после чего отправил к отцу. А тот сказал, что не оставит это дело, и не успокоится, пока султан не будет свергнут.
Так и вышло: вскоре против этого правителя восстали армия и народ, шейх-уль-ислам благословил все их действия. Ибрагим лишился головы, а на трон сел его маленький сын.