В январе 1923 года Франция и Бельгия, обвинили правительство Германии в неуплате репараций. Они ввели войска в Рурскую область. Немецкий канцлер Вильгельм Куно призвал шахтёров Рура к пассивному сопротивлению оккупантам. Забастовка горняков больно ударила по немецкой экономике: разразился промышленный кризис. Немецкий банк поднял учётную ставку до 90%, стоимость кредитов возросла до небес. По стране покатилась волна банкротств. Лишившись работы, люди вышли на демонстрации, запахло очередной революцией. Полиция с трудом наводила порядок. В августе Густав Штреземан занял ставшую смертельно опасной должность канцлера Германии. Он принял единственно верное решение: призвал шахтёров Рура прекратить забастовку. Во избежание оккупации страны, Штреземан согласился выполнить все требования Франции и Бельгии. Германия начала репарационные выплаты. От этого рухнул курс немецкой марки. Один фунт стерлингов стоил десять миллиардов марок. Штреземана считали предателем. Причём в этом мнении сошлись: