Набережная Нюхавн стала местом, куда я любил возвращаться. Кажется, что она действительно притягивает абсолютно всех туристов, которые оказываются в столице Дании. Их не смущает ни дождь, ни ветер, когда совместными усилиями этих проявлений стихии причал, где находится касса, в которой продают билеты на экскурсии по каналам, на какое-то время оказался залитым водой, и они, заботливо утеплившись и вооружившись зонтами и плащами-дождевиками, прогуливались по набережной, а затем отогревались в многочисленных барах, кафе и ресторанах.
Я же, не являясь любителем хмельного напитка, просто ходил и рассматривал геометрию прижавшихся друг к другу, словно образцовые армейские шеренги, разноцветных домов вместе с внешними атрибутами на стенах, которые частенько заставляли улыбнуться и были связаны с морем. Правда, старался все же это делать тогда, когда дождя не было и выглядывало солнце.
Оттуда я доходил до паромного причала и направлялся к Королевскому театральному дому (Det Kongelige Teater – Skuespilhuser) – авангардистской конструкции 2008 года постройки, значительная часть которой находится над водой.
Как-то раз, когда было особенно ветрено, я там отогревался – в фойе можно было купить кофе.
А уже оттуда я направлялся по набережной Ларсенс-пладс (Larsens Plads) мимо так называемых Желтых складов (Det Gule Pakhus) и бывшего Вест-Индского склада (Vestindisc Pakhus), в котором сейчас располагается Королевский музей гипсовых слепков и скульптур (Den Kongelige Afstøbningssamling), где собрана коллекция из более чем 2000 экспонатов от античных времен до эпохи Возрождения, к своему старому приятелю – ZincGlobal – железному великану, о котором я уже писал в своих предыдущих заметках о Копенгагене.
Отсюда хорошо видна колонна Ивара Хюитфельдта, воздвигнутая в 1886 году в память об адмирале и моряках с датско-норвежского корабля HDMS «Даннеброге» (Dannebroge), гибель которого относится ко временам Великой Северной войны. Напомню, что в той войне против Швеции Россия и Дания были союзниками.
Этот маршрут стал для меня в определенной степени обычным. Оттуда я проходил мимо памятника королю Фредерику IX по мосту Гефион (Gefionbroen) к одноименному фонтану и огорчался тому, что не могу увидеть его во всем великолепии: ни в свой первый визит в Копенгаген, в октябре, ни сейчас, в январе, фонтан не функционировал, и мне приходилось довольствоваться созерцанием скульптурной группы, которую составили Гефион и четверо превращенных ею в быков сыновей.
Дальнейший маршрут был также хорошо мне знаком, и я мог ориентироваться в своем передвижении с закрытыми глазами.
Буквально в двух шагах от фонтана находится англиканская церковь Святого Албана, и я в очередной раз рассматривал элементы ее архитектуры.
Завершался мой обход традиционной прогулкой по крепости Кастеллет (Kastellet) с бастионами. Наверное, мне повезло: это место оказывалось практически безлюдным, что органично отвечало моему настроению.
Как-то раз недалеко от этих мест я обнаружил небольшой ресторан датской кухни под названием Petersborg. Как оказалось, в первой половине XVIII века в этом здании находилось консульство Российской империи, а в 1741 году открылся и ресторан. Многие моряки из Санкт-Петербурга облюбовали это местечко, что и дало ему название, сохранившееся до нашего времени.
А еще я полюбил прогулки по мостам и набережным каналов Копенгагена, когда минутами разглядывал то, что открывалось моему взору. Помните, я называю это взоротерапией?
Безусловно, я не преминул заглянуть и на площадь Амалиенборг (Amalienborg), где располагается одноименная королевская резиденция.
По всей видимости, в то время как раз ожидалось появление не иначе как особы из королевской семьи, ибо на площади скопилось большое число пеших гвардейцев, которые несут службу в карауле, и представителей конной полиции.
Полчаса ожидания завершились приездом какой-то персоны в карете, запряженной шестеркой белых лошадей, но узнать, кто же все-таки приехал, мне не удалось.
Каждый день из пяти проведенных мной в городе я навещал Русалочку, сделав это своего рода ритуалом и частью пеших прогулок, вспоминал детство и сказки Андерсена и удивлялся тому, что, давно став взрослым человеком, сохранил в себе живые воспоминания тех лет и в чем-то остался ребенком.
В свой последний вечер я пришел попрощаться с Русалочкой и застал ее в полном одиночестве, чего не было во время всех предыдущих визитов. Освещенная лучом прожектора, она все так же всматривалась вдаль, оставаясь верной своим чувствам и надежде на протяжении лет, перетекающих в десятилетия и разменявших второе столетие. Бронзовая статуя несла всем нам мысль о том, что остается вне времени: о добром, высоком и настоящем.
Тишину январского вечера нарушил слабый звук брошенной в воду монетки как знак моей надежды когда-нибудь вернуться в столицу Дании. До новой встречи, Копенгаген!
Статья и содержащийся в ней материал (текст и фотографии) носят исключительно познавательный характер. Автор не использовал, не использует и не будет использовать их ни в рекламных, ни в коммерческих целях (монетизация не активирована).
# Дания # Копенгаген # природа # путешествия # рассказы #