Мариничева Кристина Александровна, одна из учениц Мамитовой Натальи Александровны, с 2017 года работает в школе с детьми с нарушением слуха.
«Что меня привело в такую школу? Чистая случайность: на информационном стенде факультета (физико-технический) увидела объявление о вакансии на должность учителя математики и физики в школу для глухих и слабослышащих детей. На тот момент работала в общеобразовательной школе. Объявление это сразу запомнилось и не давало покоя. Мысли были двоякими: первое, о чем подумала - как интересно, в моем окружении нет людей знающих и владеющих жестовым языком, как будет приятно помогать ребятам изучать математику и физику на непривычном для меня языке; второе - было очень страшно, как я могу прийти в такую школу без знания жестов, азбуки, и вообще как быть рядом с ними. Была уверена, что не справлюсь. Рассказала будущему мужу об объявлении, что очень интересно попробовать, но страшно. Он не стал отговаривать, а просто поддержал. "Не попробуешь, не узнаешь". Так я и решилась позвонить директору школы и договориться о собеседовании. Встретила меня Уварова Наталия Викторовна, если бы не её огромная поддержка, то я после первой недели ушла бы...
И вот я уже 7 лет работаю с детьми с нарушением слуха разной степени. Совершенно не жалею о своем выборе, т.к. за это время я встретила много замечательных, добрых, отзывчивых людей.
В первый год работы я пошла на курсы по изучению русского жестокого языка к Мамитовой Наталье Александровне. Благодаря её работе, мне удалось побороть страх перед общением с глухими.
Получила ли я новое от работы с глухими и слабослышащими людьми? Конечно. Четко и понятно формулировать свои мысли на уроках - очень ценное умение). Самое приятное это, когда ребенок читает материал и не понимает, что ему хотят сказать, а ты всё можешь объяснить. И счастливы все, дети - что узнали новое (то, что за пределами нашего класса они не услышат и им не объяснят), а ты от того, что смог показать как это легко и понятно, и им тоже под силу это выучить и знать)
Научились ли мои дети чему-то у меня? Наверное, да. Ведь я пришла к ним без знания жестов абсолютно, но они терпеливо это приняли, спокойно воспринимали мои ошибки и исправляли. Понять, что нам тоже сложно, им удалось.»