Квартирный вопрос разрушил многие отношения. Казалось бы, когда между людьми есть любовь и взаимоуважение, забота друг о друге и желание помочь друг другу, то мало что может разрушить их отношения. Однако материальные блага очень часто оказываются яблоком раздора между, казалось бы, самыми близкими людьми.
Лариса уже много лет не общается с матерью и начинать не планирует даже сейчас, когда уже пожилой и не слишком-то здоровой женщине нужна помощь от единственной дочери. Причиной такого плохого отношения, по мнению матери, является квартира, которая, в общем-то, никогда её дочери и не принадлежала, а значит, и обижаться не на что. Лариса же считает, что мать её предала, не меньше, и дело тут не столько в квартире, сколько в наплевательском отношении, причём, не только к родной дочери.
Ларисе было пять лет, когда родители разъехались. Вступая в брак, они были ещё очень молоды и явно не готовы к взрослой жизни, но довольно быстро случилась беременность, и молодоженам пришлось стараться уживаться друг с другом. Получалось плохо. Они часто скандалили, это помнила даже Лариса, которая была ещё очень маленькой, и какие-то моменты прочно врезались в память. Справедливости ради, родители не устраивали драки, но ругались много, часто и громко, иногда билась посуда и летали стулья, это было редкостью, но тем не менее, Лариса это запомнила. И, когда ей было пять, родители не выдержали и решили разводиться. На тот момент семья проживала в двухкомнатной квартире отца, которая была у него ещё до брака, но маме с маленькой Ларисой было, куда уйти. Они переехали к бабушке, тоже в двушку.
Несколько месяцев после разъезда родители Ларисы никак не могли найти время, чтобы официально развестись. То работа, то праздники, то болезни, то ещё что-то. Правда, чтобы навестить Ларису, папа время находил. Не часто, в выходные на пару часов, но это лучше, чем ничего. Папа неизменно приносил сладости и забирал Ларису на прогулку. В одну из последних встреч мужчина был очень грустным и даже плакал, обнимая дочь, а после, приведя девочку домой, увёл маму на долгий разговор. Лариса была ещё маленькая и ничего не понимала, но через несколько дней после этого случая мама приехала с работы и сказала, что папа заболел и лежит в больнице, и завтра они поедут к нему. На следующий день мама отпросилась с работы, Лариса не пошла в садик, и они поехали к папе.
И вид папы на больничной койке тоже прочно врезался в её память. Папа вроде выглядел как обычно, но разговаривал почему-то тихо и очень печально. Лишь несколько лет спустя Лариса узнала, что отца забрала коварная болезнь, которая почти никак себя не проявляла, которую слишком поздно диагностировали, и которая слишком быстро прогрессировала.
Разговор родителей Лариса тоже запомнила. Тогда она ещё плохо понимала, о чем шла речь, но и мама позже рассказала ей о том, что Лариса - наследница папиной квартиры. Вернее, пока только на словах. Завещание отец написать не успел, и, так как родители были ещё не разведены, его единственной наследницей оказалась мать Ларисы. И папа в больнице очень просил, чтобы эта квартира стала собственностью Ларисы, когда та станет взрослой. Мама пообещала. А через пару недель отца не стало.
Став наследницей квартиры, мать решила не переезжать. Жить с бабушкой на подхвате было очень удобно. А вот дополнительная копейка со сдачи квартиры не помешала бы. Ремонт там был хороший, мебель тоже неплохая, даже вкладывать ничего не пришлось, чтобы квартира начала приносить доход.
- Ничего, сильно квартира от сдачи не пострадает, - рассуждала мама при бабушке и Ларисе. - Как раз за столько лет на ремонт поднакоплю, ближе к Ларискиным восемнадцати все сделаем, переоформим, будешь жить, доча, в своей собственной квартире.
Так Лариса росла с полной уверенностью, что у неё есть своя квартира, где она будет строить жизнь, когда вырастет.
Время шло. Когда Ларисе было десять, умерла бабушка. Квартира, в которой они жили, досталась маме. Отцовская квартира сдавалась и приносила деньги, мама работала и ещё получала какие-то пособия на Ларису, денег маленькой семье хватало с лихвой. И так было до тех пор, пока в их жизни не появился отчим. Ларисе тогда было тринадцать.
Сначала мать встречалась с ним где-то за пределами квартиры, а потом в один прекрасный день она привела его домой и представила его дочери, как своего жениха. Сказала, что они теперь будут жить вместе. Лариса приняла отчима нейтрально. Особых востргов по этому поводу не было, но и возражений не было тоже. Однако так было лишь сначала. Дальше Лариса начала подозревать, что отчим не слишком то порядочный человек.
У матери и отчима была свадьба. Скромная, но деньги на неё мать взяла из своих накоплений, которые планировалось потратить на ремонт квартиры покойного отца Ларисы. Уже сильно позже Лариса узнала, что отчим в свадьбу не вкладывался, потому что накоплений не имел, кредиты ему не давали из-за неофициального заработка, а свадьбу, вроде как, больше всех хотела именно мама, так как с первым мужем свадьбы не было вовсе, так, лишь банальная роспись. Но Лариса то помнила, как активно отчим участвовал в подготовке, разумеется, только словесно, и большую часть гостей составляли именно его родственники и друзья.
Это было лишь первым звонком. Далее Лариса обнаружила, что после того, как мать вышла замуж, им стало не хватать денег. Хотя, казалось бы, должно было быть наоборот. Мужчина же в доме появился, добытчик. Но нет. Работа добытчика заключалась в периодических шабашках, которые часто зависели от погоды. Зачастую Лариса приходила домой из школы, а отчим был уже дома. Само собой, больших денег он домой не приносил, да и Бог с ними, Лариса с матерью не очень-то нуждались в деньгах, но аппетиты у отчима были нехилые. В еде он был требователен, и на продукты стало уходить гораздо больше денег, чем раньше. Одежду ему часто покупала жена, а если организовывались какие-то семейные поездки, то платила за них именно мама, потому что отчим сразу больших сумм на руках никогда не имел. Справедливости ради, он не пил, на маму не кричал, скандалов у них почти не было. По дому тоже помогал и к Ларисе не придирался. И этого было достаточно, чтобы мама была от его без ума. Розовые очки мамы не позволяли разглядеть, что её муж был из той категории людей, которые "мягко стелят, да жестко спать". Он с улыбкой и кучей комплиментов вынуждал маму тратить деньги в никуда, при этом сам в семейный бюджет вкладывался скудно, и часто толкал маму на ненужные траты. Например, когда Ларисе было четырнадцать, мама пообещала ей купить её первый телефон на окончание учебного года, а в итоге отчим отговорил её от этого, и они купили новый телевизор и dvd-проигрыватель к нему с кучей дисков, хотя старый телевизор работал отлично. Тогда между Ларисой и отчимом случился первый крупный скандал. Телефон Ларисе купили лишь через полгода, и, отсрочив покупку такой важной вещи, мать наказала свою дочь за её протест.
Самый главный конфликт случился, когда Ларисе было пятнадцать. В один прекрасный день мать пришла с работы уже довольно поздно, Лариса в своей комнате готовилась ко сну. Вероятно, думая, что она спит, мать и отчим вели разговоры в проходной комнате, которая одновременно служила им спальней.
- Сегодня арендаторы выселились, - рассказывала мама. - И Слава Богу. Устала уже от соседей про шум слушать. Да и квартиру они потрепали знатно. Обои и линолеум как собаки подрали, стол сломан, кровать сломана, краны все текут... Ужас. Ремонт надо делать, мебель обновлять. Думаю, либо сейчас сделать лёгкий косметический ремонт, сэкономить, и дальше сдавать ещё три года, либо сразу делать нормальный для Ларисы, чтобы дважды не корячиться, но тогда уже сдавать страшно будет. Как считаешь? - спросила мать у отчима.
- Не знаю, тут надо подумать, - ответил отчим. - А может, и вообще не стоит там ремонт делать?
- Почему это?
- Я тут недавно случайно наткнулся на объявление о продаже квартиры. Трёшка, просторная, в хорошем районе, от центра недалеко. И цена приятная. Не хочешь задуматься о расширении жилплощади? Лариска уже взрослая, в квартире тесно, мы ещё и спим в проходной комнате. А я ещё, кстати, не старый и думаю о том, чтобы завести совместного ребёнка. Квартира-то побольше для этого нужна.
- Если я пойду в декрет, мы с ипотекой пролетим, - фыркнула мать, явно не поняв сначала, на что намекает отчим.
- А зачем ипотека? У тебя две двушки в не самых удачных районах. Денег с их продажи как раз хватит, чтобы купить отличную трёшку!
- Да ты что! - возмутилась мать. - У меня квартира только одна, вот эта, в которой мы живём! Вторая - Ларискино наследство, и по-другому не будет.
- Так новая квартира так же стала бы её наследством! - не уступал отчим. - Мы же не вечные, как ни крути.
- Нет, этот вариант никуда не годится, - отрезала мама. - О расширении подумать можно, но не таким путем.
- Как скажешь, - внезапно покладисто согласился отчим.
Лариса слушала разговор с замиранием сердца. И как же она обрадовалась, когда услышала, что мама не продаст её квартиру. Предложение отчима продать её наследство очень разозлили Ларису, кто он такой, чтобы распоряжаться квартирами, к которым он отношения не имеет?! Благо, мама все же отстояла свою позицию, и Лариса была безмерно благодарна ей за это.
Каким же огромным было её разочарование, когда через пару месяцев мама почему-то очень радостно объявила, что скоро они переезжают в новую трёшку. На двушку, которой они живут, уже имеются покупатели. Со дня на день должна состояться продажа и переезд.
- Откуда деньги на трёшку? - еле слышно, от шока, спросила Лариса.
- Я продала свою вторую квартиру, - спокойно ответила мать. - Эту продадим, и хватает на новую квартиру, я уже часть денег внесла. Ещё и останутся деньги, компьютер тебе купим.
Подсластить пилюлю не получилось. Лариса начала плакать.
- Это была моя квартира! Моя! Папа оставил её мне! Как ты могла её продать?!
- Твоя квартира? - вышла из себя мать. - По документам она моя! Я тебя вырастила, я тебя кормила, одевала, обувала и учила! Считай, что эта квартира - вклад отца в твоё содержание на протяжении всех лет. Да и мне какая-никакая моральная компенсация за то, что он за несколько лет брака все нервы мне вымотал!
Это уже была какая-то новая информация. Мать всегда говорила, что они с отцом оба наделали ошибок. Всегда признавала, что они просто не сошлись характерами, а не кто-то перед кем-то виноват. А теперь иначе запела. Какие-то обиды нашлись спустя 10 лет. Откуда это все взялось? Лариса помнила их с отцом скандалы, и они оба были там хороши. Да даже если и есть у матери обиды, разве должны они стать причиной того, чтобы лишить своего ребёнка такого хорошего старта в жизни, как своя квартира?
- Нечего убиваться, - отрезала мать, глядя на слезы Ларисы. - Новая квартира все равно твоим наследством станет со временем. И уже не какая-то убогая двушка, а отличная трёшка. Для тебя же лучше.
Лариса так не считала. Она планировала съехать от матери сразу после окончания школы, так как жить с отчимом все же было некомфортно. Да и она искренне желала матери долгих лет жизни, а иметь собственное жилье хотелось как можно скорее. К тому же, мало ли, мать с отчимом решать завести ещё детей, которые отношения не имеют к её покойному отцу, но будут так же претендовать на квартиру, которую купили за его счёт. В общем, Лариса не ожидала от матери такой подлости по отношению к себе, она посчитала это предательством и не меньше.
Их отношения с тех пор сильно сильно испортились. Лариса с матерью общались сквозь зубы, ругались из-за каждой мелочи, с отчимом тоже стали часто ругаться, так как Лариса считала его виноватым в сложившейся ситуации и прямо говорила ему об этом. Жить в такой атмосфере было невыносимо.
Переезд состоялся, но Ларису вообще не радовала новая красивая и просторная квартира. Она ненавидела эти стены и хотела поскорее их покинуть. Компьютер, кстати, мать с отчимом купили, но Ларисе запрещали им пользоваться за её поведение. Это стало причиной новых скандалов. После почти года постоянных ссор Лариса покинула эту квартиру.
Желая как можно скорее переехать, Лариса не стала оканчивать 11 классов, а ушла после девятого. Поступила на бюджет, заселилась в общежитие и почти сразу устроилась на работу. Она была готова рвать и метать, лишь бы не жить с матерью и её мужем. Конечно, чтобы поступить в колледж, Ларисе требовалось участие матери, ведь она была несовершеннолетней. Но мать неожиданно не оспаривала решение дочери. Она лишь часто фыркала и приговаривала, что сейчас Лариса перебесится и вернётся домой, под мамину юбку. Но дочь не вернулась.
Было тяжело. Учёба, совмещенная с работой, давалась трудно, но постепенно Лариса привыкла и научилась жить в новом для себя ритме. С матерью они созванивались редко, видеться же перестали совсем. Даже на праздники вместе Лариса домой не ездила. На два месяца лета между курсами, когда жить в общежитии было нельзя, Лариса снимала самую дешёвую комнату, какую находила, и приходила туда только для того, чтобы переодеться и принять душ. В остальное же время она работала везде, где только могла.
Четыре года колледжа пролетели быстро. Сразу после Лариса устроилась на работу по специальности и начала получать высшее образование заочно. Тогда же она познакомилась с молодым человеком, и спустя полгода они решили съехаться. Сняли совместно недорогую, но приятную квартиру.
Спустя ещё два года молодые люди решили пожениться. Приняли решение не устраивать пышное торжество, а просто расписаться и посидеть вдвоём в ресторане. Причина такого решения была проста - экономия на всем, чем только возможно, лишь бы скорее накопить на первоначальный взнос по ипотеке. Лариса познакомилась с родителями своего жениха и, нехотя, повела его знакомиться с матерью, предварительно согласовав с ней визит. Отношения матери и дочери теплее не стали, но Лариса посчитала, что хотя бы познакомиться её мать и будущий супруг были обязаны. Встреча прошла напряжённо, мать не одобрила решение дочери не отмечать свадьбу, да и в целом выглядела не очень-то довольной все два часа, пока принимала гостей. Лариса так же обратила внимание, что между матерью и её мужем отношения довольно холодны. Возможно, причина плохого настроения матери крылась в этом.
Вскоре молодые поженились. Спустя почти год взяли в ипотеку двухкомнатную квартиру. Спустя ещё год Лариса ушла в декрет. Они не планировали, но вышло, как вышло. Решили, что справятся, как бы трудно ни было.
А трудно было. Декретные были маленькие, а зарплата у мужа не резиновая. Хватало по минимуму. Платёж по ипотеке, коммуналка, самые необходимые продукты, подгузники и лекарства дочке - вот и вся зарплата. На одежду приходилось откладывать и ужимать другие расходы. Свекры иногда помогали, но они люди небогатые, сами помощи не просили - и на том спасибо. Помогали друг другу делом, в основном. Свекровь брала к себе внучку, чтобы дети могли отдохнуть, а Лариса с мужем ездили к родителям на генеральную уборку по необходимости. Мать Ларисы никак в её жизни не участвовала. Лариса перестала звонить матери даже изредка, а та и сама не спешила набрать номер дочери. Это было даже к лучшему. В минуты отчаяния Лариса думала, какой могла бы быть сейчас её жизни, не продай мать её квартиру. Как минимум, половина зарплаты мужа не уходила бы на платёж по ипотеке. Лариса никак не могла отпустить обиду на мать, и, наверное, было даже хорошо, что они не общались.
Немного легче стало лишь через несколько лет. Дочка пошла в садик, Лариса вышла на работу, мужа повысили. Так как свекровь Ларисы взяла на себя все больничные с внучкой, Лариса смогла больше времени уделить работе, и это не осталось незамеченным. Женщина получила повышение, на работе её ценили. И спустя два года, Лариса уходила во второй декрет уже немного спокойнее, понимая, что они со всем справятся.
Беда пришла, откуда не ждали. В один прекрасный день Ларисе позвонила подруга её матери и сказала, что та в больнице. Оказалось, что в последние годы отношения матери и её мужа складывались довольно скверно.
И вот их ссоры и скандалы достигли логического завершения. Развод. А чтобы совсем добить жену, отчим сказал, что будет делить имущество в виде трехкомнатной квартиры. А что, нажито ведь в браке. Матери после таких новостей стало плохо с сердцем, её увезла скорая. А ей всего пятьдесят лет, и Лариса не припоминала, чтобы мать когда-либо жаловалась на сердце.
После звонка Лариса набрала номер матери. Впервые за много лет. Лариса и спросить не успела, как та себя чувствует, как мать тут же начала плакать о том, что потеряла своего любимого, и причитать, как же она одна теперь будет жить. Терпеливо выслушав мать, Лариса решила высказаться насчёт квартиры. Сказала, что, возможно, можно нанять хорошего адвоката, собрать документы и доказать, что отчим к квартире не имеет никакого отношения, чтобы он не получил ничего, на что мать очень возмутилась:
- Как это "отношения не имеет"? Мы в браке были, и деньги он домой приносил, и покупку мебели вкладывался, и в ремонт! По справедливости все должно быть! Вот только как я теперь без него...
Мама опять расплакалась, а Лариса положила трубку. Она хорошо помнила, какие деньги в дом приносил отчим, и как он "вкладывался". Там вклад - курам на смех, но раз мать считает по-другому, её право.
Спустя время мать и отчим развелись, продали квартиру, мать часть своей половины денег потратила на восстановление здоровья после развода, пока временно жила у подруги, а затем купила однокомнатную квартиру в не самом привлекательном районе. На большее не хватило. Это все, что знала Лариса о жизни матери на тот момент. Они по-прежнему не общались.
Общения матери захотелось через пять лет. Она вышла на пенсию, осела дома и ей стало скучно. Она начала чаще звонить дочери, напрашиваться на приглашение в гости. Лариса же делала вид, что не понимает намёков. Она просто выслушивала мать, её бесконечные жалобы на здоровье, её намёки на то, что было бы неплохо Ларисе и её дочери приехать к бабушке, да помочь что-нибудь. Сначала слушала это спокойно. Затем в ней начало вспыхивать раздражение. И в один прекрасный момент Лариса не выдержала.
- Хватит мне звонить, - отрезала она. - Ни я, ни моя дочь к тебе не поедем, и помощи от нас не жди. Когда-то давно ты променяла меня, свою дочь родную и единственную, на абы какие штаны в доме. Во всем его слушала, во всем ему потакала. Память моего отца предала, нарушив свое обещание, меня предала, оставив без помощи и поддержки. Даже не интересовалась, как я жила все эти годы, все вокруг своего мужика бегала, да в рот ему заглядывала. А теперь мне уже не нужна твоя поддержка и помощь. И ты их от меня тоже не жди.
- Так вот ты какая, - возмутилась мать. - Родную маму готова выкинуть из своей жизни из-за какой-то квартиры?!
- Если ты думаешь, что это лишь из-за квартиры, то это твоё право. А мне уже все равно.
Лариса повесила трубку. Вытерла слезы с глаз. Обида слишком долго сжимала её сердце. То, что она так долго хотела сказать матери, прозвучало только сейчас, но, если смотреть здраво, то мать она потеряла уже очень давно. И дело ведь действительно не в квартире, как таковой, но Лариса сомневалась, что мать это когда-нибудь поймет.