Кого лепить будем – снеговика или снежную бабу? Зря смеетесь, вопрос сложный, до сих пор нет однозначного ответа на то, какого пола это создание из снега. Да и лепить-то зачем? Ответ «просто так» не засчитывается, просто так даже прыщ не вскочит, а здесь целое действо.
- Кто такая Морана и почему ее так боялись
Снеговиков раньше не было, они к нам в советское время пришли, хлынули с новогодних открыток, мультфильмов и сказок – опять же того времени. Взгляд добрый, хоть и с прищуром иногда, нос морковкой, ведро набекрень – этакие помощники Деда Мороза и Снегурочки. До этого много лет назад были исключительно снежные бабы с таким характером, что держись. Оно и понятно: зима в понимании наших предков – время суровое, поэтому все, что с ним связано так и выглядело хоть внутри, хоть снаружи.
И не просто суровое – опасное. Страшно было нашим предкам за себя, за детей, за скотину, за урожай будущий. Жутко от вьюги свистящей, мороза трескучего, стылости долгой. Особенно ночью, когда гулял по свету Карачун – тот самый, про которого в Дивнолесье говорили недавно, да не один, а со своими волками-слугами. А вместе с ним, считали раньше, ходит и Морана-смерть. Где-то ее Мареной звали, где-то Мараной, но суть оставалась все той же – холодная, жестокая, безжалостная. Никого не щадила Морана, но особенно любила у жилья появляться. Подойдет к дому, дыхнет холодом, махнет рукой – и нет уже человека.
- Как Морана снежной бабой стала
Чтобы уберечь семью, скотину спасти, старались люди задобрить жестокую Морану. Кто угощением, кто уговорами, а самые находчивые на хитрость шли - лепили из снега саму Смерть вида жуткого, страшного. Надеялись, что увидит настоящая Морана себя, решит, что была уже здесь и не станет дышать холодом, мертвить все живое. Вот так и стояли у домов снежные бабы, пока на растущем солнышке не разбивала их молодежь, показывая, что не взяла Смерть верх – весна скоро!
Вслух снежные фигуры Моранами не называли. Страшные имена раньше не проговаривали, потому что их хозяева могли услышать, подумать, что зовут их, прийти, а там – только берегись! Важные имена тоже не произносили, вот самого главного хозяина лесов вообще именовали иносказательно – бурый, косолапый, медведь – тот, что про мед ведает… И уж, конечно, не считали снежных баб Снегурками – это вообще отдельный персонаж, ничего общего со страшной Мораной не имеющий, хоть и пытаются его с ней «срастить». Мол, так же из снега слеплена, так же похожа. А вот нет, другой была Снегурушка, но про то другой сказ пойдет.
- Из снежной бабы в снеговика – надолго ли?
Пока что про снежную бабу речь – холодную, страшную, но все же бессильную перед вешним солнцем, перед теплом и весельем. Таяла она, текла ручьями, вот только не печалился от этого никто, наоборот, песни пели и радовались – еще немного и точно так же кругом снег сойдет. Весной Морана не ходит – запирается за тридевять земель в вечном холоде и носа до зимы не кажет. И то, если верят в нее, считаются с ее силой. Только где ж этой силе быть, если сейчас что ни фигура из снега, то снеговик! Разве что иногда вспомнят люди про былую мощь и перенесут в снег и лед суровые черты, но вот откопают ли в памяти, как эту силу звать – это еще вопрос.