Концерт состоялся 30-ого октября, а заметку пишу уже под самый конец ноября, ну, так бывает. Однако не могу не отметить, что воспоминания ещё остались яркими пятнами в сознании, а значит концерт был очень хорошим и всё ещё в памяти могу как-то за что-то зацепится с того времени (Хотя записанное первое отделение концерта мне тоже помогло).
Программа была совсем небольшая и концерт промчался прямо стремительно как-то. Всего лишь три произведения, которые сами по себе не очень длинные-то. Первые два примерно по 20 минут и третье идёт 30 минут. Даже антракт на 15 минут казался среди этого очень длинной паузой. В первом отделении произведения были больше приближены к непосредственной дате и посвящению концерта. Первая композиция — симфоническая поэма «Мцыри» авторства Отара Тактакишвили. Музыка весьма необычная и немного странно воспринимается конечно, есть в ней что-то рваное немного. Конечно это не Джон Адамс, всё же это сглажено и более музыкально в понимании обычного слушателя. Однако в этой симфонической поэме есть много каких-то резких моментов, которые разрывают устоявшуюся мелодию и меняют её. Образы быстро сменяют друг друга, но в них есть общая часть — массивность. Буквально вся музыка пропитана движением рек таким бурным и опасным, отвесными скалами Грузии. Даже лирические моменты в мелодии кажутся отяжелёнными. Наверное, в этом есть яркое отражение самой поэмы «Мцыри» в тихом монастыре юноша ищет воли и свободы, он чувствует это отягощение, но природа опасна. Хоть в начале и кажется, что перед тобой раскинулась свобода — опасность подстерегает везде, особенно под звёздным небом в горах. Художественная картина интересна по своей задумке, но в исполнении мне чего-то не хватило. Я видела, как Феликс Коробов эмоционально очень дирижировал и чувствовалось в каждом жесте, что он просит больше звука от оркестра. Подобное я видела на записи одного из концертов с Теодором Курентзисом. Когда дирижёр просто падает в оркестр, интенсивно жестикулируя и прося: "Звука дайте!", то это читается и от этого чувствуется, что что-то не то происходит. Кульминацию немного не дожали всё-таки музыканты, а хотелось прямо разрыва, смерти и воспоминания горького о воле, такой близкой и при этом такой далёкой одновременно. Одни ударные выдавали мощь, а остальные как-то даже скромничали. Не было ощущения, что идёт необходимый сдвиг по динамике, сдвиг в музыке. Немного грустно конечно, что не раскрыл оркестр до конца это произведение, хотя это БСО. Оркестр с историей и интересным составом, ведь в нём настолько разный возраст, что даже не верится этому. Есть как совсем юные музыканты, так и те, кто уже полностью поседели. Занятное пересечение поколений, которые творят вместе.
Вторым произведением была сюита из музыки к драме «Маскарад».
Как новый вальс хорош! в каком-то упоенье
Кружилась я быстрей - и чудное стремленье
Меня и мысль мою невольно мчало вдаль,
И сердце сжалося; не то, чтобы печаль,
Не то, чтоб радость...
Теперь я поняла, почему и зачем оркестр экономил силы, ведь в сюите прямо разошлись все. Мощь звука вальса со всеми нюансами. Какие идеальные были оттенки, от захватывающего форте, до совершенного пиано прямо шёпотом. Первая часть закружила в вальсе и слова Нины идеально описывают музыку. Моё сознание сразу же перенеслось в какой-то зал с сотней людей, где всё кружат и кружат пары, унося и меня в свой вальс, что в этой танцующей толпе как-то даже теряешься. После вальса — ноктюрн. Это как песня без слов, точнее слова есть в солирующей скрипке. Немного тягучая мелодия, которая идеально создаёт образ главной героини Нины. Эта часть в исполнении БСО погрузила в уже совсем другой образ. Перед глазами сразу появляется хрупкая девушка с забранными волосами и бледной кожей, большие глаза смотрят внимательно из-за маски, а с худой руки падает браслет. Как будто бы все люди вокруг неё замирают и размываются и видим только её. Исполнение было весьма хорошим и без лишнего драматизма, образ девушки был главным, а не её судьба. Мазурка получилась контрастной, как и вальс. Полный звук с небольшим люфтом, всё как надо и танец, который всё уносит. Вот только мы смотрели на девушку, а тут нас толкнули и мы оказались в гуще танцевальных событий. Постепенно танец надоедает и вновь по музыке мы переходим к чему-то более личному. Совсем короткий романс больше открывает героиню слушателю и мне очень нравится, что не было чересчур утрирования какого-то, не было вселенской трагедии. Да, это драма в оригинале и поэтому многие уходят прямо в страдания, но ведь эта музыка Хачатуряна не про это. Мелодии сюиты — это образ толпы и образ Нины. Мы видим то одних героев, то других, но при этом здесь нет места смерти. Эта драма придёт потом и не в сюите из музыки к драме. Именно поэтому, как мне кажется, сюита завершается галопом. Конечно в нём уже есть кое-какие намёки, ведь он совсем уносит за собой, теряя в толпе гостей, но всё же большая часть красок этой музыки — яркая. На концерте мне казалось, что музыка была прямо на грани возможного исполнения, темп очень тонкий и грозился уйти в совсем уж быстрый, но музыканты сдержались и от этого исполнение вышло таким, каким должно быть. Забавно было, когда три тромбониста, уже немолодых между прочим, поднимали инструменты высоко в разные стороны на своём небольшом соло. Этот момент конечно напомнил какой-то джаз-бэнд и со стороны смотрелось очень забавно. Среди этой кутерьмы была очень аккуратная каденция кларнета, перетекающая в соло флейты. Звучало очень красиво и напоминало прямо островок спокойствия в этом безумии. Если подводить итог, то Хачатурян удался и как-то даже немного заиграл новыми красками.
Кончено когда речь идёт о каких-то литературных событиях, то выбор программы очевиден. Я хотела послушать Хачатуряна, на него и шла как раз, но второе отделение меня даже больше зацепило. Звучал Шостакович и его музыка к кинофильму «Гамлет». Конечно выбор странный, но они это привязали тем, что писатель очень любил английского поэта и «Гамлет» был тем произведением, которое он действительно ценил. Для меня привязка очень странная и видно, что особо над концертом не заморачивались. Хотя я всё же рада, что была эта сюита, поскольку я даже не знала, что Шостакович написал такую музыку. Ощущения после этой композиции остались смешанные. С одной стороны, мне было кое-что непонятно и надо было ещё раз переслушать, а с другой это весьма занятное произведение, мощное и точно придётся по сердцу многим зрителям.
Для себя я отметила перекликание с музыкой Шварца, видимо, ученик вдохновлялся свои учителем и от Шостаковича позаимствовал кое-какие моменты по настроению и построению музыки. Сюита состоит из 8 частей и каждая отмечена какими-то цепляющими и запоминающимися фрагментами. По большей части музыка угнетающая и страшная. Она пробуждает вот это волнение и страх того, что вот-вот жизнь уйдёт от тебя. Для себя выделила первую часть и то, как немного поперёк музыки были удары. Хотя даже не так, это музыка была поперёк ударов, которые описывают всю действительность пьесы великого поэта и драматурга. В других же частях можно услышать какие-то волшебные фрагменты или даже мистические, когда, например, в третьей части шла перекличка рояля с малым барабаном. Естественно было и что-то средневековое в некоторых фрагментах и от этого прямо хорошо на душе становится, ведь композитор старался в кино продемонстрировать эту атмосферу.
В некоторых фрагментах можно найти что-то более торжественное, но по большей части это страх. Причём он всячески подчёркивается: удары коробочки в слабую долю, невероятное пианиссимо просто на кончиках пальцев, диссонансы. В конце концов, колокола, которые кричат о смерти Офелии (Естественно перед этим было соло скрипки, которое точно нам обозначило, что это образ девушки). Финальная часть — прямо балетная смерть по классике. Кричит медь о смерти, струнные это всё нагнетают. В какой-то момент кажется, что уже всё должно быть, но нет. Накрывает слушателя новая волна звука, тут уже и литавры подключаются и что-то такое утробное у виолончелей. Однако самое ценное в самом исполнении — финальный удар и полная тишина. До тех пор, пока Феликс Коробов не поднял оркестр, никто в зале даже не шевельнулся и тишина просто висела в воздухе. Это ли не нечто особенное? Я считаю, что такого нетерпеливого слушателя вот так захватишь — высшее мастерство. Когда звук финального аккорда растворился в зале, только тогда все осознали, что что-то закончилось. Такие исполнения бывают очень редко и я испытываю особую радость, чувствуя вживую такое единение оркестра, слушателя и музыки.
Вот такая вышла заметка о давно прошедшем концерте. Хочется ещё рассказать о некоторых прошедших концертах, надеюсь, что скоро получится это сделать в новых заметка о культуре.