Мы находились в обоюдном напряжении несколько станций – метро отсчитывало свои «осторожно двери закрываются» с неумолимой неизбежностью. Сколько прошло времени - не могу сказать, только произошло что-то необыкновенное - электричество пронзало меня, точнее ее электричество проходило по моим жилам и я чувствовал его движение. Я ощущал, как у меня от головы идет какой-то невообразимый импульс, который через каждую мою мембрану проводит ток, заставляя реагировать на все это мое тело. Видел ли кто-то еще, как мы смотрим друг на друга - наверное нет, нам было не до того, чтобы наблюдать или хотя бы посмотреть за кем-то. Расстоянием между нами были два пассажира, которые сидели уткнувшись в свои смартфоны, все продолжалось очень недолго – легкое движение и я постепенно переместился к ней чуть ближе – кто-то освободил место совсем рядом с ней, я встал совсем впритык, буквально смотрел на нее сверху вниз и она смотрела как-то необычно - вроде прямо на меня, вроде переключая взгляд на что-то еще, неизвестно куда. Я, должен был что-то сказать, но не мог, точнее даже не попробовал, мне было необыкновенно комфортно и в тоже время необычно – напряжение (желание?) потихоньку набирало обороты, и я это чувствовал.
Но она - что происходило с ней? Что она чувствовала? Был ли у нее кто-то, а может быть у нее никого не было и это было только мое предположение, и она не к кому не уезжала и ни от кого не уезжала. Может она проститутка? Даже как-то не подумал об этом и тут же понял глупость этой мысли, - они не обладают таким выражением на лице – особенно с утра - не источают внутренней радости изнутри.
Она сделала жест - попытку встать с сиденья, я непроизвольно отклонился чуть дальше от нее, давая возможность ей встать. Но она не встала и уронила платок. Я сразу инстинктивно рыпнулся за ним вниз – рука скользнула вдоль ее ног и схватила платок на полу, но, проходя мимо ее ноги, не могла не коснуться ее – нежный шелк ее колготок, которые я погладил тыльной стороной руки, просто свел меня с ума.
Насколько я понял, это движение свело с ума и ее. Она так и не попыталась встать еще раз, а я не пытался ничего сделать и даже передать ей поднятый платок. Почему платок? Платок - это тоже необычно – сейчас платками почти никто не пользуется – только люди старшего поколения, которые по привычке еще используют это устаревшее приспособление для отправления своих ритуалов наведения красоты. Так продолжалось еще одно «двери закрываются».
Я просто улыбнулся и не смог не сказать глупость: «Очаровательная дама! разрешите Вам преподнести ваш платок». Страшная глупость - почему я это сказал – сам не понял, неужели не смог ничего другого сказать, более человеческого. Но в принципе, как основа для контакта, эта фраза могла подойди. А она слышала??? Скорее догадалась, чем услышала.
Далее последовала попытка встать – на этот раз более успешная – она преодолела силу тяготения и встала с дивана. Оказавшись буквально в нескольких сантиметрах от меня произнесла: «Большое спасибо, можете меня проводить».
Мне показалось, что все как-то удивительно просто. Или я себе внушил, что она произнесла данную фразу? – «Можете меня проводить», скорее всего, она этого не говорила, но весь ее вид и взгляд говорил: «Можете меня проводить». Она задела меня своим бедром, и я молча двинулся за ней на очередной остановке.
Мы двигались в не очень заполненном вагоне достаточно близко, чтобы чувствовать дыхание, но в тоже время не соприкасаясь и не оказывая никакого давления друг на друга. Только потом я понял, что на бычка набросили веревку и ведут его на бойню, причем он не сопротивляется, а идет, радостно помахивая хвостом. У него нет никаких желаний, кроме того, как идти на бойню и для этого не прилагаются никакие усилия – просто все совершалось само собой.
Я двигался за ней как зачарованный, несмотря на все окружающее – я был вне себя – нет я полностью понимал, что я делаю и зачем, но в тоже время я чувствовал, что мне надо идти вслед за ней. Какая это станция? Я так и не понял – не услышал объявления, но я никогда не был на этой станции - хотя практически всегда передвигался на метро. Эскалатор – я встал сзади нее – только на одну ступеньку ниже - между нами оставалось несколько сантиметров, а иногда, когда колебания воздуха или эскалатора были чуть сильнее, мы слегка соприкасались. «Как тебя зовут?» - сказал я. Да скорее всего сказал, ведь я сказал, как меня зовут - это точно, и она несколько раз меня называла по имени, которое я произнес, а я ее несколько раз называл – «Городская нимфа».
Городская нимфа? Или нет я называл ее по имени, но какое у нее имя? – я так и не понял, называла ли она его, или просто я забыл его. Или называл ее ГН, итак мы поднимались на эскалаторе, в руках у нее была сумка. Да, она у нее была – она не могла исчезнуть, – ведь когда она сидела в вагоне метро сумка у нее была точно. Так мы и двигались к выходу – несколько ступенек эскалатора она прошла, точнее пролетела, а за ней и я. Дальше несколько метров и выход на улицу – это слишком, мы двигались как во сне или точнее как теленок, ведомый на бойню? Ведомый Городской нимфой!
Что со мной происходило – я сам не понимаю, было ли так в предыдущие охоты - да, наверное, так и было, но в тот раз было абсолютно новое наполнение – знал ли я, что это охота? Да, знал. Знал ли и понимал, что происходит обычное влечение, которому очень трудно что-то противопоставить? – да, знал, смотрел сто раз в кино, читал двести раз в книгах, тысячу раз испытывал в жизни, мог ли я разложить ситуацию по полочкам? – да, мог, мог ли четко предвидеть, что произойдет через несколько минут? – да, мог, а точнее абсолютно четко видел, но что-то неизбежное тянуло меня вперед, заставляло совершать один за другим неправильные поступки и ставить под угрозу свою жизнь.
Знал, что дичь впереди меня, точнее я - дичь в очередной ра, и необходимо менять ситуацию и переходить в разряд охотника, иначе все может плохо кончиться.
Самая обычная женщина, она довела меня до состояния «Х», когда мною руководят лишь животные инстинкты, и я больше не могу чутко расставлять приоритеты и реагировать на ситуацию. Необходимо было срочно выходить из ступора, менять ситуацию и начинать охоту.
Итак, мы начали двигаться от метро по переулку куда-то вглубь домов – я не понимал, куда мы движемся, был ли это жилой квартал? - Да! Какие-то дома были по разным сторонам переулка, и она шла чутким, но уверенным шагом, словно каждый день движется этим переулком. Я догнал ее и взял за руку - она посмотрела мне прямо в глаза – она была значительно ниже меня ростом. Ее взгляд говорил о том, что она готова здесь же прильнуть ко мне и стать со мной единым целым.
В этот момент меня впервые окатила волна ледяного пота, что происходит? Что же я делаю, какой – же я охотник? Сейчас меня будут окончательно лишать разума, и я буду уничтожен – в лучшем случае как охотник, но судя по всему, просто прекращу свое бренное и дурацкое существование, поскольку мне воткнут нож в горло или ударят по голове молотком.
Она продолжала двигаться в направлении к 12- этажке, стоявшей немного вдалеке, к ней вела протоптанная дорожка, по траве, посаженной осенью, но уже изрядно вытоптанной благодаря «удачной» планировке, – четко вопреки идущему потоку.
Так, держа ее за руку, я продвигался вперед, а она, глядя мне в глаза, находясь вполоборота к намеченному концу маршрута – дому, мы двигались вперед.
Представить нас со стороны я могу только теперь и это вызывает у меня приступ смеха – наше движение было действительно очень смешным – рак и каракатица одновременно, движущиеся вперед, а может быть назад, но вскоре мы потихоньку доковыляли до нового места (до места схватки) - так это должно было называться – понимали ли мы в тот момент, что действительное место нашей схватки будет квартира, в которую мы так бескомпромиссно стремимся вдвоем.
(продолжение следует)