Удивительное дело, но Конституционный Суд РФ нанес решительный удар по основной скрепе, укрывающей факты домашнего насилия от общественности - массовому замалчиванию фактов оного. Ведь те, кто охотно применяет право сильного к своим чадам и домочадцам - люди необыкновенно трепетные, с честью и достоинством, а рассказы пострадавших об их эпичных деяниях задевали тонкие струны души и могли испортить их в общем и целом безупречную репутацию.
Но не тут-то было!
Дело, рассматривавшееся Конституционным судом, имело в свое время большой резонанс, потому что было связано не только с семейным насилием, но и с похищением ребенка.
Суть такова: согласно материалам дела, Елена Боголюбская была замужем за Олегом Гершманом, в 2014 году у них родилась дочь. В браке муж неоднократно использовал супругу вместо боксерской груши, и, не выдержав такого быта, с 2016 года Боголюбская от мужа ушла.
Чтобы "бывшей" жизнь медом не показалась, расстроенный Олег Гершман в 2017 году похитил и увез дочь в неизвестном направлении, и несколько месяцев мать ничего не знала о судьбе девочки. В 2017 же году следствие объявило его вместе с ребенком в розыск. В 2018 году правоохранительные органы обнаружили Гершмана в Белоруссии, а дочку вернули матери.
Олег Гершман был найден при участии Интерпола, опасались, что этот человек, имеющий двойное гражданство России и Израиля, может увезти дочь туда, и найти ребенка станет сложнее.
Вся история развода с похищением тут.
А в 2019 году Елена Боголюбская на своей странице в Instagram (входит в корпорацию Meta, признана экстремистской и запрещена в России) написала два сообщения, в которых рассказывала о фактах семейного насилия со стороны мужа в отношении нее и в отношении их общей дочери. После этого Гершман почувствовал себя оскорбленным и подал к Боголюбской иск об опровержении сведений, порочащих его честь и достоинство, и о взыскании компенсации морального вреда.
Да-да, морального вреда!
Суд в г. Лобня иска Гершмана не удовлетворил, но мужчина оказался крайне настойчив и, наконец, добился частичного удовлетворения своих требований в Верховном суде.
И тут уже г-жа Боголюбская пошла выше, обратившись в Конституционный суд с просьбой проверить ст. 152 Гражданского кодекса (ГК) на соответствие ст. 29 (ч. 1, 3 и 4) и 45 Конституции. Согласно оспариваемой статье ГК, гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности», а Конституция в указанных статьях гарантирует свободу мысли и слова, а также защиту прав и свобод. Заявительница посчитала, что решение Верховного суда попрало её конституционное право говорить о пережитом опыте. А опыт, увы, имелся.
Конституционный суд, рассмотрев все обстоятельства данного дела, вынес решение, что ст. 152 Гражданского кодекса соответствует Конституции, но при рассмотрении дел, подобных делу Боголюбской - Гершмана, суды должны тщательно исследовать все обстоятельства, и уж если насилие было, и оно фиксировалось органами правопорядка, то жертва имеет полное право о нем не молчать.
Решение, надо сказать, весьма положительное, ибо молчание во всех случаях работает против жертв - и на стороне "кухонных бойцов" и "домашних диктаторов".
И только один вопрос не дает мне покоя - какая честь может быть у человека, столь специфически относившегося к своему ребенку и его матери? О чем он вообще?
НепоДзензурное традиционно тут:
https://vk.com/public199851025
или тут
https://old-venefica.livejournal.com/
Сарказм в уксусе, йад с перцем, окололитературные изыскания и прочие деликатесы, взращенные на отечественных реалиях