В этом году исполнилось 15 лет с момента воссоздания института военных и морских священнослужителей. О своем труде «Петербургскому дневнику» рассказал иерей Евгений Циклаури, не раз бывавший в горячих точках. Помогает он и бойцам, которые принимают участие в специальной военной операции.
«В 2009 году, после того как наш правящий архиерей посетил воинскую часть, где нужен был священник, издали указ о назначении выпускников Духовной семинарии на существующие должности помощников командира по работе с верующими военнослужащими. Так я получил распределение служить Богу и Отечеству в Вооруженных силах», – вспоминает отец Евгений.
«ДЛЯ МЕНЯ ЭТО БЫЛ ЗНАК»
Сначала укомплектовывали заграничные части. Поэтому первым местом службы отца Евгения стала российская авиабаза «Кант» в Киргизии. Кроме того, ему предстояло окормлять личный состав всех соединений, воинских частей и объектов Минобороны России и других силовых структур, дислоцированных на территории республики.
Евгения Циклаури не случайно направили в Среднюю Азию. Он родился в городе Ленинабаде Таджикской ССР. Владеет киргизским и узбекским языками, знает местную культуру. Было понятно, что такой священник, несмотря на молодость, дров не наломает.
То, что стал священником, отец Евгений считает промыслом Божьим. Он рос в семье, большинство членов которой относили себя к мусульманам, хотя до поры до времени строго не придерживались канонов ислама.
«Мой друг был пономарем в храме Архангела Михаила, – рассказывает Евгений Циклаури. – В один из дней в 1997 году мы возвращались с тренировки. У друга было какое-то дело в алтаре, и он попросил меня подождать. Так в 15 лет я впервые оказался в церкви. Минут через сорок я пошел по храму. Стал рассматривать иконы. Помню, меня поразила тогда манера письма – обратная перспектива, когда в центре оказывается человек, подошедший к образу. И первая икона – архангел Михаил. Мне показалось, что он смотрит на меня особенно. Для меня это был знак».
Позже Евгений Циклаури принял таинство крещения, помогал в алтаре, стал чтецом, пел. И постепенно влился в литургическую жизнь. В семье на это отреагировали остро. Но со временем смирились с таким выбором. Крестились мама Евгения, тетя и сестра.
А в 2017 году была командировка в одну из горячих точек. Почти три месяца в должности помощника командующего российской группировкой по работе с верующими. Как раз в это время соединение возглавлял командующий войсками Западного военного округа генерал-полковник Андрей Картаполов.
«Он сказал: надо ставить поклонный крест в честь погибших воинов России, честно выполнивших свой долг, – добавляет отец Евгений. – Установили 9-метровый крест. Во время освящения произошло чудо – небо затянуло облаками, пошел снег. Хотя даже зимой в тех краях (а все происходило в феврале) это очень редкое явление. А тогда вообще стояла жара под 35 градусов. Это был знак – вскоре освободили один из ключевых городов».
УВИДЕЛ СВОИМИ ГЛАЗАМИ
Недавно, уже во время специальной военной операции (СВО), в зоне боев к отцу Евгению подошел командир подразделения, состоящего из мусульман, и попросил – поскольку нет имама – просто поговорить с ребятами о духовном.
«Мы вместе провели более трех часов, и в конце они попросили окропить все вокруг святой водой», – вспоминает отец Евгений.
Службу в зоне СВО он несет с июня 2022 года. По его словам, за эти два с лишним года остро ощутил, что происходящее – это настоящая священная война за наши исторические, духовные и культурные ценности.
«Своими глазами видишь этот открытый сатанизм. Запретили Русскую православную церковь Московского патриархата. И это не просто разрыв церквей. Это отказ от канонического, правильного восприятия этого мира. Следующий шаг – начнут венчать однополые браки, – считает отец Евгений. – Для нашей церкви порок – это порок, грех – это грех, есть истина и есть ложь. Потому для многих стран Русская православная церковь – кость в горле. Эта война – защита. Но церковь не может взяться за оружие. Зато это может сделать воин, который принял присягу служить Отечеству и Богу. А мы молимся за них каждый день».
Как рассказывает собеседник «Петербургского дневника», люди на передовой кардинально меняются. У человека появляется необходимость больше узнать о своей вере. В таких условиях все, что было не нужно, отпадает быстро. Все становится общим. И к вере начинают относиться иначе.
«Многие крестятся, в тыловых зонах венчаются с женами, которые приезжают, язычники приходят к единому Богу – Господу нашему Иисусу Христу. Вопросов много. Всякое в жизни у людей бывало. И потихоньку отвечаешь. И когда ты с ними рядом, они верят, потому что ты сам здесь и не можешь лгать. Ты рискуешь вместе с ними ради Отечества и веры, – отмечает отец Евгений. – На одном из направлений в густом лесу я увидел костер и две группы наших солдат. Подошел сначала к офицерам, а потом к контрактникам. Провел с ними всю ночь. А утром все попросили причастия. Ради этого можно служить».