Валентина никогда бы не подумала, что жизнь со свекровью окажется таким испытанием. Год назад, когда они с мужем Виталием были вынуждены переехать к его матери, всё казалось временным спасением: трудные времена, высокая аренда, и Галина Петровна, на первый взгляд, предложила кров от чистого сердца. Но с каждым месяцем атмосфера в доме становилась всё
За ужином Галина Петровна, едва сдерживая насмешливую улыбку, произнесла:
— Ну что,
Эти слова обрушились на Валентину, как ледяной душ. Она растерянно посмотрела на Виталия, надеясь на поддержку, но он лишь молча отодвинул тарелку, словно ничего не слышал. Свекровь продолжала сверлить её холодным взглядом, и Валя поняла: это был не намёк, а требование.
Ситуация быстро вышла из-под контроля. Казалось, с каждым днём Галина Петровна придумывала для Валентины всё больше обязанностей. «У тебя же мало работы», — говорила она, пренебрежительно поджимая губы. Валя вздрагивала: теперь весь её день уходил на то, чтобы угождать свекрови. Однажды та прямо заявила:
— Валя, хочешь жить здесь? Плати!
Слова давили, как тяжёлый груз. Валя попыталась объясниться:
— Галина...
Но свекровь лишь отмахнулась:
— Мне твои мелочи никчему!
Прошло немного времени, и Валя не выдержала. Однажды вечером, возвращаясь домой после тяжёлого дня, она увидела на столе новый список покупок. Казалось, это была последняя капля. Валентина устало опустила сумку на пол, подошла к свекрови и решительно произнесла:
— Галина Петровна,...
Галина Петровна вздрогнула, не ожидая такого отпора, и на секунду замолчала, удивлённо глядя на невестку. Потом её лицо исказилось от недовольства, и она громко фыркнула.
На лице свекрови промелькнула тень уважения, хотя она тут же отвернулась, молча поджав губы. Трудности ждали их впереди, но Валентина уже знала: никакие деньги не стоят того, чтобы терять собственное достоинство.... Однажды вечером, вернувшись домой после тяжёлого дня, Валя увидела на столе новый список покупок. Она устало опустила сумку на пол, подошла к свекрови и решительно произнесла:
— Галина Петровна, — в её голосе прорвалась горечь, — как бы мы ни старались, вам всегда будет мало. Вы обещали помочь, когда мы приехали. Где эта помощь?
Свекровь, не ожидавшая такого отпора, сначала оторопела, а потом:
— Помощь? — в её голосе прозвучала едва скрываемая насмешка. — Да ты бы и дня здесь не продержалась, если бы не я! Я вас, как говорится, с улицы подобрала, крышу над головой дала. Думаешь, это так просто
Валя, уставшая и морально, и физически, потеряла последние капли терпения.
— Если бы это был настоящий дом, вы бы не считали каждую копейку, — ответила она, не отводя взгляда. — Мы с Виталием стараемся, работаем, вносим всё, что можем. Разве это не семья — помогать друг другу
Свекровь фыркнула, усмехнувшись:
— Семья… Ой, Валя, тебе не понять. Вы пришли сюда, как будто с пустыми руками, а теперь рассуждаете о семье? Думай, что хочешь, но правила здесь устанавливаю я
Понимая, что разговор заходит в тупик, Валя опустила взгляд и, сдерживая слёзы, произнесла спокойно, но твёрдо:
— Галина Петровна, тогда не держите нас здесь как должников. Мы с Виталием уже решили: будем жить отдельно. Хоть и сложнее, но по своим правилам. Спасибо вам за всё, правда… но, кажется, нам пора идти своим путём.
На лице свекрови на мгновение промелькнуло замешательство, но она быстро выпрямилась и приняла строгий вид.
— Что ж, как хотите, — холодно произнесла она. — Жизнь сама покажет,
Валя повернулась к выходу, чувствуя в душе не только грусть, но и необыкновенную лёгкость. Спускаясь по ступенькам, она вдруг ощутила, как в ней поднимается давно забытая уверенность: быть хозяйкой своей жизни — бесценно.
Поняв, что угроза «отработки» — не просто слова, Лиза решает поговорить с Виталием. Но он вечно занят на работе и снова не замечает проблем. Галину мучает идеология «семейной помощи», и теперь её требования становятся всё более невыносимыми. Лиза начинает чувствовать себя заложницей. Однажды вечером, во время очередной стычки с Галиной, женщина называет цену за «жильё»:
— Два месяца работы, как минимум. Или ты съезжаешь.
Лиза стоит в дверях, сжав кулаки. Это она потеряла самообладание, и это её мир рушится. Сердце бешено колотится. Но в этот момент появляется Виталий.
— Мам, хватит! Лиза уже давно ничем тебе не обязана.
В этой фразе его голос звучит решительно, но Лиза замечает, что его взгляд скрывает страх. Она понимает: этот конфликт может разрушить их отношения.
Тот вечер был последним. В момент отчаяния Лиза не выдержала. Она кричала, обвиняя Виталия в слабости и собственной несвободе.
— Почему ты не защищаешь меня, Виталий? Почему я должна за всё платить?
Галина встала и в ответ лишь сказала:
— Я тебе говорю, что мне нужна помощь! Ты здесь никто, и я тебя не держу.
Лиза оттолкнула её от двери и, схватив сумку, направилась к выходу. В этот момент она осознала, что так дальше продолжаться не может.
Лиза собрала вещи, не успев сказать Виталию ни слова. Она выбежала в ночь, решив не возвращаться. Виталий не остановил её, и его тень в окне стала последним напоминанием о том, что семейные узы могут сломить человека. Лиза была свободна. Но действительно ли она