Странная старушка живет в нашей деревне. Она на через дом от меня живет. Почему странная? Сколько я ее знаю, а это не мало лет, она уж такая серьезная была, такая ворчливая... Мимо не пройдешь, обязательно припомнит тебе что-то нехорошее из твоей жизни. Даже из детства твоего вспомнит... В общем с ней лучше не встречаться, обязательно настроение испортит. К старости она стала ну совсем невыносима... Издали уже видно, как искривилось ее лицо... Это она тебя увидела... А ведь не обойти ее. хочешь не хочешь мимо приходится идти. Ну не стану же я убегать от старушки... Может совсем на улицу не выходить, когда она у калитки своей часами стоит... Ну так вот... А в последний месяц или два, Николаевна совсем другим человеком стала, ну прямо не узнает ее теперь никто. Шутит, смеется, заигрывает даже со старичками местными... Что с ней такое? В общем решил я за ней понаблюдать и узнать, что с ней такое происходит...
Живёт она одна уже очень давно. Я и не припомню теперь был ли у неё муж, а детей у неё точно не было. Дождался я когда стемнело, вышел на улицу и уселся на лавочку свою. Смотрю одно окно погасло в деревне. Второе, третье. Все окна уже погасли, люди спать легли, а у Николаевны свет горит.
Перелез я осторожно через ее забор и подкрался к окошку. Заглядываю. Смотрю Николаевна сидит за столом. А на столе тарелка большая стоит с борщем и сметаны крынка. Хлеб нарезан аккуратно. Сидит но сама не ест. Ждёт кого-то.
Кого она может ждать? Если гости к ней приехали, то вся деревня бы знала.
И тут я вижу из печки вылазит маленький, чумазый мужичок. Он быстро подбежал к столу, шлепая босыми ногами по полу, и запрыгнул на колени к Николаевне.
- Ну что же ты опять такой чумазый,- услышал я ласковый голос Николаевны,- Вчера ведь тебя мыла.
- Картошку искал,- отвечает мужичок.
- Какую ещё картошку?- удивилась старушка
- Печеную, в печке,- отвечает тот
- Да не пекла я картошку, откуда ей взяться.
- А я искал,- хихикнул мужичок уплетая борщ, запивая его прямо из крынки сметаной.
Николаевна смочила водой платок и начала протирать ему лицо. Тот хныкал как маленький ребенок, когда не мог дотянуться ложкой до тарелки. И тут Николаевна вспомнила и засеменила к окошку,
- Ой, шторки то я не задернула.
Я отскочил от окна.
Вы наверно думаете, что я вот так запросто смотрел на них в окошко. Вы ошибаетесь. Я дрожал от страха как осиновый лист. И ночью я долго не мог уснуть вспоминая взъерошенные волосы мужичка и его страшное лицо.
На следующий день я встретил Николаевну в магазине. Она взяла буханку чёрного и пошла домой.
- Николаевна,- догнал я её,- а ты вроде всегда пол буханки только брала, а теперь целую берёшь? Неужели съешь?
- А что это тебя мой хлеб заинтересовал?- остановилась она внимательно на меня посмотрев
- А кто это у тебя был сегодня ночью?- прищурился я
- Ах дура я старая. Шторки то забыла запахнуть. Видел значит,- сменилась в лице старушка
Я заглянул ей в глаза и подмигнул.
- Видел Николаевна. Да ты не бойся, я умею держать язык за зубами. Кто это был?
- Домовой у меня поселился.
- Домовой?- удивился я,- А разве они бывают?
- Ты же говоришь что видел, а спрашиваешь.
- И на долго он у тебя поселился?
- Говорит что на всегда.
- А он не опасен?
- Да нет. Он же как ребенок. Ну пойду я. Сегодня щи надо сварить. Очень уж он просил.
- Николаевна,- спрашиваю,- А ты не боишься что разболтаю твою тайну?
- Да кто ж тебе поверит,- улыбнулась старушка
- Действительно,- подумал я,- Никто не поверит.
Вот так я разгадал тайну хорошего настроения, когда-то злой и ворчливой старушки.
Уже два года прошло, а Николаевна всё такая же жизнерадостная. Значит не обманул домовой. Остался жить у неё.