Закрутилась с домашними делами и долго руки не доходили до большой коробки с фотографиями. Давно её надо было разобрать и куда - нибудь пристроить, хоть на шкаф закинуть. Дом маленький и явно перегружен вещами, книгами и прочим нажитым имуществом.
Коробка к моему удивлению была разобрана мною. Фотографии лежали в отдельных пакетиках с надписями. Много советских открыток с разными праздниками, теперь такие не отправляют, поздравляют в основном по телефону. А раньше ждали бумажных писем и красивых открыток, складывали их, копили, берегли. Я не могу, например, выбросить мамины письма или письма мужа, которые он писал мне в самом начале нашей совместной жизни.
В коробке было много разных писем, их было значительно больше фотографий. Привлекло моё внимание письмо с незнакомым почерком. От кого это? Надо же! От соседки, с которой мы жили на одной площадке. Письму 30 лет, всего - то....
Много мы, офицерские жёны с маленькими детьми, хлебнули в начале 90х. Мы жили в Голубой дивизии. Почему её так называли, толком не знали, но ходила легенда, что у первого комдива была голубая палатка. Это был небольшой городок в Читинской области - Борзя - 3. Это был заменяемый район, год службы шёл за полтора, и через пять лет полагалась замена в другой регион. Но в девяностые годы замену ждали дольше, разваливалась не только армия, но и страна. Мы прожили с мужем и детьми семь лет, а кто - то ещё больше.
Письмо датировано 17 января 1994 года. Мои соседи - это Людмила, учительница в школе, её муж Вася, майор на тот момент и двое детей - 8 и 11 лет.
Здравствуйте, Юля, Вова, Настюша и маленький Вовка!
С Новым годом вас всех! Всех благ и радостей, удачи во всё новом году! А нас новый год не очень дружелюбно встречает. Мы приехали сюда в Борзю из отпуска(я брала за свой счёт и ездили все вместе). 11 января утром вошли в холодную, сырую квартиру без тепла и света. Так по сей день и сидим. В квартире 10 градусов, холодновато, ходим в пальто, спим одетыми, готовим в других домах, а когда и на паяльной лампе в коридоре на кирпичиках. С дороги не помылись, не отдохнули, сразу окунулись в эти борзинские проблемы. Неделя уже такая. Такое чувство, что кошмар этот никогда не кончится. Уже и к холоду вроде привыкать стали. Едим всё, что готовится побыстрей и попроще.
На работу ещё не выходила и не знаю, как выйти. Как утром встать в темноте и холоде, привести себя в порядок, выглядеть...Как собрать детей в школу, чем - то накормить, успеть приготовить. А надо привыкать, как - то входить в ритм повседневной жизни здесь. После отпуска очень трудно. Сначала злилась, плакала, а толку -то. За меня никто не будет делать.
Сегодня суббота, к понедельнику обещали сделать свет, что - то с кабелем, роют вокруг дома с черепашьей скоростью. На улице мороз 25, 26, 27 градусов. Дома батареи холодные, обогреватель не включишь. Вася не выдержал, ушёл на охоту.
Юль, ну в общем ты сама помнишь здешнюю жизнь без света и тепла. Дивизию расформировывают, так что к лету и мы будем собираться к отъезду. Но будущее очень неясное, ненадёжное. Впереди будет предостаточно тревог. С квартирой у нас по - прежнему, не обменяли. Был один вариант на Читу, но Вася не хочет.
Дети учатся нормально, у Олега тоже русский язык хромает. Лена учится хорошо, ездит ещё в художественную школу, ей нравится. А вот музыку настроены бросить. Вторую четверть были в деревне, не занимались. Будем продавать пианино к радости папы Васи. Я сдалась. Жаль ребёнка. Ездить три раза в музыкальную школу и три раза в художественную, а ведь морозы. Олег ездил несколько раз на бокс в спортивную школу в город. Потом я не пустила. Были слёзы, уговоры...Всё это было осенью, сентябрь, октябрь, а в ноябре мы уехали в отпуск.
В школе тоже холодно, три дня не учимся до понедельника.
В магазинах как обычно. Всё дороже, чем на Западе. (Западом у нас называлась европейская часть России) Масло сливочное - 3800, масло шоколадное - 4800, сметана - 2500, сыр колбасный - 8100, яйца - 1200, хлеб - 513 рублей. Больше я пока ничего не видела, куры страшные - 4500, колбаса самая ужасная - 3800, а другая получше - не знаю, не видела, а в город не ездила. Дома холодно, на улице тоже, не до магазинов.
У нас в подъезде на первом этаже живут местные. В подъезде грязь, свалка, провода болтаются. Везде развал. Вечером бичи мотаются, часто обворовывают квартиры. Что - то письмо моё мрачноватое вышло. Дали бы свет, и всё было бы прекрасно.
Мы скучали без вас очень и очень долго. Часто вспоминаем всех, особенно маленькую голубоглазую ариечку. Настенька, спасибо тебе за рисунок, очень понравился.
Вот такое письмо. Вспомнилось многое. Как сидели в темноте со свечками, дети соседские приходили к нам, одним страшно, родители ещё на работе были. Выключался свет, сразу выключалось отопление и вода. За два часа квартиры выстужались, зимы в Забайкалье бесснежные, но с ветрами и морозами. Дети дома ходили в тёплых меховых жилетках и валенках, или в нескольких тёплых носках. Такая кроличья жилетка, которую носила двухлетняя дочка, лежит у меня до сих пор как память о тех холодных днях.
Казалось бы, конец двадцатого века, но какая непростая была у нас жизнь.