***** Книга опубликована с разрешения правообладателя на авторство
Самое прекрасное, что мы можем испытать, – это тайна.
Татьяна сладко потянулась, нехотя открыла глаза и по привычке бросила взгляд на будильник.
- Пуфик меня убьёт! - Она уже готова была вскочить с кровати и пулей лететь на тренировку, как вдруг вспомнила, что вчера их беспощадный тренер в кои-то веки расщедрился и дал всей команде долгожданный день отдыха.
Когда бешено забившееся сердце, наконец, успокоилось, девушка поправила подушку, повернулась на бок и блаженно прикрыла глаза.
Прошло минут пятнадцать, прежде чем стало ясно, что заснуть не удастся, однако вставать из тёплой постели тоже не хотелось.
- По прогнозам метеорологов, сегодня должно быть не слишком морозно и солнечно, - принялась размышлять спортсменка. - Можно будет просто пройтись по трассе и ещё более тщательно рассмотреть все особенности каждого спуска и подъёма. Спору нет, трасса шикарная, но малознакомая, и, как любит говорить массажист команды, могут быть нюансы.
Девушка попыталась отогнать от себя навязчивые мысли о грядущих соревнованиях и приказала себе:
- Стоп! Пять месяцев вставала ни свет, ни заря и «пахала как раб на галерах». В конце концов, я могу себе позволить хотя бы в день отдыха лишний час понежиться в постели и не думать о соревнованиях? - Татьяна в очередной раз прикрыла глаза и попыталась представить себе что-нибудь очень приятное и не связанное с биатлоном.
- Вот только весь фокус в том, что не думать о биатлоне я уже не могу - С грустью констатировала девушка.
Татьяна Третьякова, член сборной России по биатлону, приехала в Ширяево чуть больше недели назад. Через три дня здесь должны были стартовать ответственные международные соревнования, и она, вечно вторая, теперь очень надеялась на то, что в этот раз ей, наконец, повезёт и удастся прийти к финишу первой. Тем более, сейчас у неё на то были веские основания.
Последние полгода, забыв об элементарных житейских радостях, она ежедневно тренировалась с такой жертвенной самоотдачей, что смогла вызвать одобрение даже у вечно недовольного своими подопечными тренера. Девушка вспомнила вчерашнюю тренировку и довольно улыбнулась.
- Третьякова, боюсь сглазить, но к решающему этапу ты подошла просто в идеальной форме. - Вячеслав Сергеевич трижды поплевал через левое плечо.
За последние три года это был первый случай, когда Пуфик, как девушки биатлонистки за глаза называли своего наставника, вдруг просто взял и похвалил кого-то из своих подопечных. Привыкшая к ежедневным разносам Татьяна, в груди которой от неожиданности всё затрепетало, стыдливо покраснела и опустила глаза.
- Это ещё что за бабские штучки? - Поведение всегда выдержанной Третьяковой показалось тренеру странным, отчего он быстро и жёстко добавил: - Смотри у меня, Татьяна! Если тебя на трассе развезёт от эмоций или подведут нервишки ….
Он не посчитал нужным пояснить притихшим спортсменкам, что за этим последует, а только, обведя девушек тяжёлым взглядом, рявкнул:
- Всё! Тренировка закончена.
Три года назад, когда председатель олимпийского комитета клятвенно заверил спортивную общественность страны о том, что вскоре в красивейшем уголке Жигулей на территории заповедника Самарская Лука будет построен один из самых современных в Европе горнолыжных комплексов, мало кто поверил его словам. Однако прошло совсем немного времени, и в местечке около села Ширяево, где в своё время, сражённый красотой могучей Волги и обрамлявших её Жигулей, великий Репин писал своих «Бурлаков на Волге» закипели строительные работы.
Только что открывшийся комплекс моментально вызвал к себе небывалый интерес не только со стороны спортсменов – профессионалов, но и множества простых любителей зимнего отдыха, потянувшихся сюда из разных концов страны. Более того, что особо радовало руководство комплекса, здесь всё чаще можно было встретить целые группы любителей горнолыжного спорта из избалованной Европы и даже из далёких США и Австралии.
Спортивный комплекс, построенный по последнему слову техники и расположившийся на живописных склонах Жигулёвских гор, предоставлял неограниченные возможности для тренировок и отдыха как только что вставшим на лыжи любителям, так и маститым профессионалам, повидавшим на своём веку ни один фешенебельный и известный во всём мире горнолыжный комплекс. Если камнем преткновения всей российской туристической индустрии издревле были плохие отели и неумелое обслуживание, то вышколенный персонал Ширяево приводил в восторг даже слишком привередливых западных туристов.
- Танька, Жигули – это райское место! – Ещё более полугода назад с восхищеньем рассказывала спортсменке её одноклассница Люда Коротич, объездившая почти все горнолыжные курорты Франции, Австрии и Швейцарии и совсем недавно побывавшая в Ширяево. – Там так круто!!! Альпы просто отдыхают! Официально комплекс откроется только через месяц, но лучшие люди нашей страны его уже опробовали.
- Судя по всему, вы с Вадиком себя к ним тоже причисляете? – Поинтересовалась тогда Татьяна.
- Ах, брось! – Махнула рукой на слишком принципиальную одноклассницу Людмила. - Мы, конечно, не олигархи, но уж точно не из последних.
Татьяна знала эмоциональность своей одноклассницы и не сразу поверила её восторженным рассказам. Однако стоило ей самой увидеть Жигули, как она сразу поняла, что восторженная жена полуолигарха Вадика, в своё время хитрым образом урвавшего неплохой кусок народного достояния, оказалась абсолютно права. Такой девственной и таинственной природы Татьяна Третьякова, объездившая со своим оружием и лыжами почти полмира, действительно нигде не встречала. Заснеженные склоны, покрытые лохматыми и уходящими в небо елями, завораживающий блеск снега, напоминающий хрусталь, и чистейший воздух, казавшийся каким-то необыкновенным и даже вкусным, напоминали описание рая. Только не того, где вечно тепло, а зимнего и какого-то земного.
Ей приходилось читать о пьянящем воздухе, не понимая, как такое может быть. И только попав в Жигули, она поняла, каким «вкусным» и кристально чистым может быть горный воздух.
- Закончу спортивную карьеру, куплю здесь маленький домик и заживу в этой красоте вместе с мамой и Стрелком, - решила она тогда.
Татьяна села на кровати, подняла вверх руки и потянулась так, что услышала звук расходящегося на пижаме шва.
- Ничего себе новая пижама. Похоже, я правда в неплохой форме! - Сказала спортсменка вслух и принялась искать ногами тапочки.
Левая оказалась рядом с кроватью, и нога сразу нырнула в её тёплое нутро, а вот правой не оказалось не только рядом с кроватью, но даже на всём прилегающем к ней пространстве.
- Будто сквозь землю провалилась, - подумала Татьяна, после чего, стараясь казаться строгой, крикнула своему любимцу. - Эй, Стрелок, признавайся, куда утащил тапочку?
Вскоре стало ясно, что кот не только не думает отзываться, но даже не собирается показываться ей на глаза.
- Позавчера за все твои проделки мне крупно досталось от дежурной по этажу. Думаешь ,приятно слушать, когда тебя отчитывают и грозят всякими карами? И если бы ты был благодарной скотинкой, то не воровал бы у меня тапочки, а приносил их мне прямо в постель. Как чашечку утреннего кофе.
Поняв, что её нравоучения не достигают цели, Татьяна наклонилась и заглянула под кровать.
- Судя по всему, придётся искать не только тапочку, но и самого паршивца, - сделала она неутешительный вывод.
Несколько дней назад сердобольная девушка подобрала на улице бездомного с ободранной мордой и надорванным ухом, но не сломленного жизнью кота, сумевшего в доли секунды обаять её своим жизнелюбием и умением в нужную минуту собраться и добиться поставленной цели.
С момента их встречи прошло чуть больше суток, а она уже не представляла, как могла жить без этого наглого, но такого нежного создания. От воспоминаний о том, с каким трудом она сначала отмывала этот «ходячий скелет», а потом ещё несколько часов оттирала от брызг «вековой» грязи стены и зеркало в ванной комнате, озабоченность на лице девушки сменилась улыбкой умиления. Ей живо вспомнились мельчайшие детали событий тех дней.
Стоило девушке засунуть кота под струю тёплой воды, как изрядно потасканный кавалер местных кошек принялся что есть мочи орать и упираться всеми четырьмя лапами. При этом он не упускал шанса как можно больнее укусить и оцарапать благодетельницу, решившуюся на подобную экзекуцию.
- Ну ты наглец! Я же для тебя стараюсь, - выпустив найдёныша из плена махрового полотенца и ища глазами аптечку, попеняла ему Татьяна, руки которой были исцарапаны в кровь.
Отряхнувшись, «ходячий скелет» начал дрожать с таким несчастным видом, что девушке пришлось взять его к себе в постель и попытаться отогреть под тёплым одеялом. Нагловатый найдёныш здесь тоже не сплоховал. Он тут же примостился у тёплой и упругой девичьей груди и громко замурлыкал.
Прошло всего пять дней, а заметно округлившийся кот уже в полной мере почувствовал себя баловнем судьбы. Он уже не кидался на любой съедобный кусок, за который ещё неделю назад готов был драться ни на жизнь, а на смерть. Более того, теперь он даже изредка позволял себе отвергать вкусные подношения, шедшие нескончаемым потоком от девушек - спортсменок. Ведь теперь он стоял на довольствии хорошо питавшейся команды, носил гордое имя Стрелок и в буквальном смысле слова наглел на глазах.
Каждое утро, сидя на плече спасительницы, кот появлялся в кафе отеля. Осмотревшись, он спрыгивал на пол и начинал громко мяукать, требуя, чтобы девушки - спортсменки кормили его исключительно с руки. Это наглое создание вальяжно передвигалось от одного столика к другому до тех пор, пока не превращалось в некое подобие пушистого и готового вот – вот лопнуть шара. Закончив заниматься обжорством, «наглая скотинка» даже не пыталась утрудить себя моционом, а укладывалась прямо посреди кафе , совершенно не реагируя на появление людей, вынужденных перешагивать через эту распластанную тушку. Когда в кафе появлялись ребята спортсмены и с хохотом, часто сопровождавшимся не совсем приличными репликами, сдвигали кота ногой в сторону, Стрелок нехотя приоткрывал глаза и лениво мяукал в след обидчикам.
Некоторые девочки спортсменки делали попытки взять кота на руки и отнести его к себе в номер. Но даже здесь «наглая скотинка» ухитрялась проявлять свою независимость и свободолюбие. Когда его осторожно брали на руки, хитрое животное почти не сопротивлялось, но стоило девочкам дойти до дверей своего номера, как, казалось бы, мертвецки спавший Стрелок быстро спрыгивал с рук и бежал к номеру Татьяны. Редкие попытки девушек затащить Стрелка к себе в комнату силой всегда заканчивались оцарапанными руками и носами неудавшихся дрессировщиц. На какие бы уловки ни шли обитатели отеля, чтобы подружиться с настырным котом, он всегда оставался преданным одной Татьяне. Стрелок ночевал только в её номере, свернувшись пушистым клубком у неё в ногах. Днём же предпочитал сидеть на плече девушки и наблюдать оттуда за всем происходящим.
- Девчонки! Он даже смотреть на нас предпочитает только свысока. Презирает, наверное, - как-то отметила одна из спортсменок.- Всё время сидит у Таньки на плече, как попугай капитана Флинта!
Девушка в очередной раз покрутила головой, пытаясь найти глазами пропажу. Лёгкое шуршанье, донесшееся с подоконника, заставило её повернуться к окну.
- Только не это! - Почти выкрикнула девушка. – Ещё одного скандала из-за порванной занавески я не вынесу!
Стрелок сидел на подоконнике за красивым и, судя по всему, достаточно дорогим тюлевым занавесом и совершенно не реагировал на возмущённые возгласы хозяйки. Сейчас он напоминал каменного сфинкса, внимательно наблюдавшего за чем-то за окном. - Если мне скрепя сердцем разрешили приютить в отеле бездомного кота, то уж разбитых цветочных горшков и изодранной занавески мне точно не простят, - решила девушка и с угрозой в голосе крикнула: - Слезай оттуда немедленно! Или получишь вот этой тапочкой. Татьяна попыталась снять с ноги тапочку и в этот момент услышала странный гортанный рык кота.
- Что, испугался? - Более миролюбиво обратилась она к своему любимцу. – Слышал поговорку: «Не бегай от биотлониста, умрёшь уставшим!». Так что, когда я тебя зову, будь добр, откликайся.
Спортсменка подошла к окну и рывком отодвинула занавеску. Стрелок с гортанным рыком и страшным шипеньем запрыгнул ей на плечо, больно вонзив в него свои когти. Татьяна вскрикнула от боли и хотела сказать несколько бранных слов своему любимцу, но тут же замерла в оцепенении. Её широко раскрытые глаза смотрели на то, что так испугало непослушное животное. За окном её двенадцатого этажа медленно проплыло сначала огромное птичье крыло, а затем показался такой же огромный хвост.
Она пришла в себя только тогда, когда Стрелок, сильно оттолкнувшись от её плеча, спрыгнул на пол.
- Знала же, что неимоверное напряжение последних месяцев ещё аукнется, но всё равно продолжала истязать себя тренировками, - попеняла себе спортсменка, а потом добавила, - Ну что, Третьякова? Тебя можно поздравить? Уже до галлюцинаций натренировалась. Не иначе как с крыши свалился кусок кровли, а тебе огромная птица померещилась.
Хозяйка кота направилась к входной двери, отперла её, но неожиданно о чём-то вспомнив, вернулась к кровати. Присев на её край, она поманила Стрелка. Кот нехотя вылез из своего укрытия и запрыгнул к ней на колени.
- Вот так, Стрелок, даются в наше время победы, - гладя любимца, пожаловалась спортсменка. – Каждое соревнование испытывает на прочность не только тело. В первую очередь оно испытывает твою психику. Это же надо такое придумать? Птица. Да у этой птицы размах крыльев должен быть как у маленького спортивного самолёта. Нет! Надо идти завтракать и на свежий воздух, а потом....
Выгнувший спину и зашипевший Стрелок не дал ей высказать мысль до конца. Он с быстротой молнии юркнул под кровать и снова издал гортанный рык.
- Что случилось на этот раз? – Девушка повернулась к окну и замерла в ужасе.
В окне показалась огромная голова птицы, немигающей глаз которой пристально рассматривал Татьяну. От испуга девушка не могла двинуться с места и только с криком закрыла лицо руками. Ей казалось, что она кричит так, что уже подняла на ноги всю гостиницу или, по меньшей мере, весь этаж. Но, как оказалось, в этот момент из её открытого рта странным образом не донеслось ни единого звука.
Татьяна почувствовала, как кот трётся о её ногу, и открыла глаза. Набравшись храбрости, девушка с замирающим от страха сердцем посмотрела сквозь стекло на улицу. Однако там было всё как обычно. Припорошенные снегом деревья, небольшие группы отдыхающих, с утра пораньше устремившиеся в сторону канатной дороги, и трудолюбивые дворники с гудящими снегоуборочными машинами.
- Неужели опять показалось?
Татьяна взглянула сквозь стекло на покрытые снегом склоны и в очередной раз замерла от страха, увидев пролетавшую над ними птицу. Казалось, та летела над самыми верхушками деревьев, неся в клюве что-то похожее на тряпичную куклу.
- Расстояние достаточно большое, а видно её хорошо, - прикинула девушка, начиная приходить в себя. – Значит, птица должна быть не просто большой, а огромной.
Настойчивый стук в дверь прервал её размышления и заставил быстро задёрнуть занавеску. Татьяна вдруг вспомнила, что она до сих пор ходит по номеру в разошедшейся по шву пижаме, поэтому юркнула в постель и, прикрывшись одеялом, крикнула:
- Войдите! Открыто!
- Третьякова, опять режим нарушаем? – Стал вычитывать подопечную вошедший в комнату тренер. – На завтраке во сколько положено быть?
Судя по всему, Пуфик хотел продолжить свои нравоучения, но, взглянув на её лицо, озабоченно спросил.
- Татьяна, ты в порядке?
- Да. А что?
- У тебя лицо, как у только что окочурившегося жмурика.
- Вячеслав Сергеевич! Где Вы нахватались этого жаргона? - Девушка обмоталась одеялом и сделала попытку встать, чтобы посмотреться в зеркало.
- Лежи, не вставай! – Грозно приказал тренер. - Сейчас доктора к тебе подошлю.
- Не надо доктора. У меня правда всё в порядке. Честное слово! А лицо…Оно у меня со сна всегда такое.
- Что-то не замечал, - всё ещё недоверчиво сказал тренер, которому не единожды доводилось видеть и спящих, и только что проснувшихся подопечных.
- Я просто не услышала, как зазвонил будильник. Подумала, что проспала, и немного расстроилась. Вы же не прощаете опозданий.
- Ладно, коль не шутишь, - Пуфик ещё раз взглянул на спортсменку, но, судя по всему, так и не удовлетворился её объяснением. – Ты у нас вроде бы не любительница ночных тусовок, а выглядишь так, будто всю ночь где-то таскалась.
- Ну, Вячеслав Сергеевич…
- Ладно. Сегодня даю полную свободу, но завтра…. Если плохо пробежишь, шкуру спущу! Понятно?
- Понятно, - тихо отозвалась Татьяна.
- Понятно… , - передразнил её Пуфик, - а мне вот с тобой многое не понятно. Стрелок ты, Татьяна, честно скажу, редкостный. И в этом плане претензий у меня к тебе нет. К слову сказать, за всё время работы у меня был только один такой уникум. Если бы ему в чеченскую руку не оторвало, всех бы на Олимпиаде сделал! Парень в тайге рос, а там, как известно, каждый мужчина – охотник. Ты вот хоть не охотница, а в нашем деле тоже уникум. Только в отличие от него дистанцию бежишь из рук вон плохо.
Татьяна, не переставая думать о своём видении, виновато опустила глаза.
- Давай, иди в столовую, да не переедай там, - тренер в очередной раз внимательно посмотрел в лицо девушки и приказным тоном добавил: – Ты можешь, в конце концов, дать себе жёсткую установку на победу?! Хватит уже быть вечно второй.
- Прийти второй тоже не каждому удаётся, - возразила Татьяна в надежде, что Вячеслав Сергеевич сейчас разозлится, смачно выругается и покинет её номер.
Однако на этот раз тренер среагировал не как обычно, и только назидательно сказал:
- Хорошо быть второй только мышке. Потому что сыр в мышеловке достаётся именно ей. Нам же с тобой пора золото получать. Олимпиада не за горами. Ты поняла меня, Третьякова?
- Я постараюсь сделать всё, что от меня зависит, - с решимостью в голосе сообщила Татьяна навязчивому наставнику. - После завтрака обязательно пройдусь по трассе и ещё раз досконально рассмотрю её особенности.
- Вот и умница, - обрадовался смене её настроения Пуфик. – Трасса, я тебе скажу, загляденье. Теперь верю, что не зря наш олимпийский комитет свой хлеб ест. Чтобы откопать такое классное во всех отношениях место, не только умение, ещё талант надо иметь! Рельеф местности просто уникальный, а уж что касается природы - вообще молчу! Это тебе не заезженные Альпы. И даже не сочинская Красная поляна. Здесь всё намного круче.
Лёгкий стук в дверь прервал восторги тренера.
- Я могу убрать Ваш номер? – Спросила заглянувшая в номер горничная, тащившая за собой пылесос.
- Минут через пять, - ответил Вячеслав Сергеевич и, обратившись к Татьяне, добавил. - Давай, не залёживайся. День отдыха тоже нужно проводить с пользой для дела.
- Извините, - горничная попыталась закрыть дверь, но пылесос не давал этого сделать.
- Да не закрывай ты!- Бросил Пуфик худосочной горничной.
Тренер подхватил застрявший в дверях пылесос и, резко сдвинув его в сторону, вышел из комнаты, плотно прикрыв за собой дверь.
Стоило ему удалиться, как Татьяна тут же вскочила с постели и с осторожностью подошла к окну.
- Стрелок, ты опять здесь? – Удивилась она, глядя на то, как кот, как ни в чём не бывало, снова примостился на подоконнике. Она не стала прогонять любимца, а только спросила.
- Может быть, хоть ты мне объяснишь, что это было?
- Тань, привет, - Алёна Говорова подсела за столик к подруге и принялась составлять на него многочисленные блюда со своего подноса. Заметив, что подруга по команде явно не в себе, она попыталась её успокоить.
- Вижу, уже тоже успела попасть под раздачу? Плюнь и разотри! Пуфик на меня с утра пораньше чуть ли ни матом наорал, но аппетит у меня, как видишь, не пропал. Ещё кто-то из слишком умных древних сказал: «Собака лает, а караван идёт». - Она взглянула на опустевший поднос и озадаченно спросила. - Что это с ним, не знаешь? С самого утра ко всем цепляется.
Татьяна, вновь погрузившаяся в воспоминания о странной птице, вздрогнула, когда позади себя услышала голос незаметно подошедшей Говоровой.
- Каждый день новшества. Раньше всё на столе оставляли, а теперь ещё поднос им отнеси. Кстати, ты когда к следователю пойдёшь?
- К какому следователю? – Не поняла Татьяна, закашлявшись.
- Пуфик сказал, что приехала полиция из Самары, и следователь будет опрашивать всех свидетелей. - Лена с силой забарабанила кулаком по спине подавившейся Третьяковой.
- Свидетелей чего? – Татьяна вытерла выступившие на глазах слёзы.
- Ты что, ничего не знаешь? - Удивилась Говорова. – Весь спорткомплекс об этом гудит. Девушка из съёмочной группы пропала.
- Какая девушка?
- Светленькая такая. Ты должна её помнить. В день приезда мы ещё в фойе с их киногруппой столкнулись.
- Это когда путаница с номерами была? – Начала припоминать Татьяна.
- Да. Пропала как раз та, что должна была жить в твоём номере.
- Как пропала?
- Я точно не знаю. По слухам, у них где-то недалеко от трассы съёмки. Режиссёр на неё за что-то наорал. При всех и в достаточно грубых выражениях. А у неё через три недели должна быть свадьба с парнем, который исполняет одну из главных ролей. Жених тоже при разборках присутствовал, но, говорят, за невесту не заступился. Опять же, по слухам, она психанула и, бросив своему женишку: « В таком случае не только о свадьбе, но и обо мне самой забудь!» рванула в лес.
- Круто! – Одобрила Татьяна.
- А что жених?
- Вроде сделал попытку её догнать, но режиссёр потребовал, чтобы тот вернулся на площадку. Короче, хватились её только после обеда, когда понадобилось что-то из реквизита. Она там то ли костюмером была, то ли завхозом. Прочесали всё на том месте, в сторону которого она побежала, но девушку не нашли. Как всегда, всё начало обрастать слухами. Говорили, что сначала её следы на снегу были отчётливо видны, а потом резко пропали. Будто она в этом месте взяла и взлетела. В номере отеля она тоже не появлялась. Короче, теперь все на ушах. Представляешь, такое ЧП накануне международных соревнований! - От возбуждения рассказчица поперхнулась и закашлялась.
- Давай постучу, – предложила ей Татьяна.
Алёна решительно подставила подруге спину.
- Спасибо, дорогая, не дала умереть раньше времени. Что-то мы с тобой на пару давиться начали. Это не к добру.
- Ешь медленнее, - посоветовала Третьякова.
- … приехала полиция, из района поисков всех выгнали и начали с собаками весь склон прочесывать. До трассы от этого склона рукой подать, так обслуга трассы вой подняла, что из-за запрета не успевают трассу к соревнованиям подготовить. Киношники тоже орут. У них, видишь ли, фильм почти готов и осталось переснять всего несколько эпизодов, а их на место съёмок не пускают. Короче, все в бешенстве. Следователь Пуфику сказал, чтобы до часу дня все наши его посетили и дали показания.
- Если девушка в горячках взобралась на гору, а потом, споткнувшись, скатилась оттуда кубарем…– Стала размышлять Третьякова. - Какие тогда от неё следы? Мне кажется, что она пересидит где-нибудь в лесу свой нервяк и вернётся.
- Танька, ты сегодня какая-то пришибленная. Сама подумай, как пересидит? Ночью минус семнадцать было. Наверняка уже замёрзла и окочурилась. Если только окольными путями в Москву не рванула. Ты всё-таки зайди к следователю. Пуфик велел всем нашим сегодня у следователя отметиться, чтобы завтра с тренировки никого не дёргали.
- Ладно, зайду. Я сегодня наметила по трассе пройтись, пойдёшь со мной?
- Неа. Мы с Надеждой договорились на горнолыжную базу съездить. Там, говорят, такая красотища! Мы всё по ложбинам и пригоркам нарезаем, а горнолыжники под облаками парят и всей этой красотой сверху любуются.
- Какая здесь всё-таки красота! - Не удержалась от восторга Татьяна.
- И не говори. Всё какое-то уникальное и таинственное. Кстати, Надежда у кого-то какие-то научные книжки выпросила, чтобы про эту уникальность с научной точки зрения узнать. Второй день читает и нас просвещает. Уже всем уши прожужжала про какие-то магнитно - торсионные поля и земные пласты. Вчера девчонкам целую лекцию прочла о том, почему в Жигулях ветер дует именно в ту сторону, куда надо, и почему деревья здесь растут именно так, как сам Бог велел. Что я тебе рассказываю? Ты сама её знаешь. Надька пока до сути не докопается, ночь спать не будет.
- Она ещё год назад со мной своей мечтой поделилась. « Окончу, - говорит, - университет, в науку пойду. Мой руководитель дипломной работы говорит, что у меня дар исследователя. Вдруг мне на роду написано великим учёным стать?» Мне кажется, она действительно им станет. Усердия у неё и в спорте, и в получении знаний хоть отбавляй.
- Тань, мы тут с девчонками посоветовались, - Говорова вытерла руки салфеткой, - и решили, что когда ты с биатлоном закончишь, обязательно должна будешь в цирк кошек устроиться.
Третьякова с недоумением посмотрела на подругу.
- Ты же гений дрессуры. Куклачёв номер два.
- Вам что, делать нечего, как только меня обсуждать?
- Нет, ты прямо скажи, - не унималась подруга, - что ты такое со Стрелком сделала, что он даже на кошек перестал засматриваться? Ходит за тобой по пятам, как преданный пёс. Охраняет. Ведь плохое слово про тебя при нём не скажи. Сразу за ногу цапает и до крови дерёт. Не удивлюсь, если он с тобой даже в гонке будет участвовать.
- Пусть участвует. Может быть, хоть он вторым не придёт.
- Не паникуй, - успокоила её Говорова. – Ты сейчас в сногсшибательной форме, а в стрельбе тебе всегда не было равных. Ни у нас, ни за рубежом.
- Умеешь ты, Алёнка, с утра настроение поднять.
- Так что, Третьякова, надежда только на тебя. Нам с Надей пора со спортом заканчивать и начинать устраивать личную жизнь. Я уже замуж хочу и детишек рожать, а Надька в свою науку рвётся. Какое-нибудь открытие мечтает сделать.
- Вы что, после олимпиады решили из биатлона совсем уйти? – Удивилась подруга по команде.
- Ты не болтливая, поэтому скажу. Думаю, что уйдём ещё раньше. До олимпиады.
- А как же команда?
- Это уже не наши проблемы. Пусть Пуфик молодняк напрягает. Устала я что-то беговой лошадью быть и его понукания слушать.
- Вы с Надеждой моложе меня, и у вас ещё всё впереди.
- Да ладно тебе. Ты сама-то веришь в то, что я смогу победить? Способности у меня чуть выше среднего и выше головы я вряд ли когда прыгну. Это ты у нас снайпер, а я, если дыхание сразу восстановить не удаётся, сначала мажу, а потом лишние круги наматываю.
- С таким настроем ты действительно ничего не выиграешь. И Надю своим пессимизмом расхолаживаешь.
- Явление третье. Те же и он! - С ехидцей в голосе изрекла Говорова.
Татьяна ещё не успела повернуть голову, как услышала назидательные слова Пуфика.
- Девоньки, я же просил вас не переедать!
- Эти тарелки ещё от предыдущих едоков остались, - быстро и не моргнув глазом, соврала Алёна. Она вскочила со своего места и быстро попрощалась с тренером.
- Вот что я хотел тебе сказать. - Тренер подсел к столику Татьяны. – Ты, когда пойдёшь осматривать трассу, обрати внимание на спуск у четырнадцатой отметки. Коварный, скажу тебе, поворотик. Возможно, именно там будет решаться судьба гонки.
- Вячеслав Сергеевич, я Вам клятвенно обещаю. Сейчас доем йогурт, оденусь теплее и на трассу.
- Тогда бывай, - Вячеслав Сергеевич поднялся со стула, легонько шлёпнул девушку по плечу и направился к выходу.
У него немного отлегло от сердца. Лицо девушки опять выглядело как обычно, и даже настроение, похоже, было не плохим.
Стрелок, свернувшийся клубком на кровати, нехотя приоткрыл глаза.
- Предлагаешь немного поваляться после завтрака? Я, признаться, начинаю завидовать твоей беззаботной жизни.
Кот будто бы понял слова Татьяны, потянулся и опять закрыл глаза.
- Ладно. Уговорил, - согласилась с любимцем Татьяна. – Заодно прочту хотя бы несколько страниц. Соревнования соревнованиями, а к сессии надо готовиться.