Я из кукловладельцев, чьи школьные годы пришлись на 90-е. То время, когда в стране стали появляться куклы на модельных телах, завозимые челноками из Китая, и даже первые «фирменные» отделы Mattel, посвященные исключительно Барби, Кенам и аксессуарам к ним. Мой папа был газоэлектросварщиком, мама – уборщицей в школе; понятное дело, что о приобретении для меня фирменных кукол разговоров даже не начиналось. В специализированный отдел Mattel на территории галантерейного магазина я ходила регулярно на экскурсии, что называется «глаза продать». Где-то глубоко в детском сердечке теплилась надежда, что «вот однажды», но уже в том возрасте я понимала, что кукольные цены в чудесном ярко-розовом магазине явно не соответствовали возможностям бюджета нашей семьи.
Соседка тетя Таня – кукольный коллекционер
Первые куклы на модельных телах я получила в подарок от соседки. Она собирала кукол – недорогих Wendy, Sandy, куколок в национальных костюмах. Как-то я набралась смелости и напросилась к тете Тане в гости посмотреть ее кукол. Их было относительно немного, но все очень уютные.
Через какое-то время тетя Таня позвонила к нам в дверь и передала мне Мими. Куколка была простой, без гнущихся ручек-ножек, но стройной и очень милой. У зеленоглазой шатенки было стройное тело, прошивка «ирокезом» и взгляд в сторону. Тем не менее, Мими мне нравилась: я шила на нее наряды (как умела), мы участвовали в дворовых кукольных играх.
Позже ко мне из коллекции тети Тани переехала спортсменка Sandy в кислотно-зеленых лосинах, курточке-ветровке и розовой маечке с рисунком из пайеток. У этой «каштанки» ножки гнулись на щелчки, а в мягких ручках были проволочки, позволяющие менять положение. Если у моих подруг проволока периодически прорывалась из-за активного сгибания-разгибания, мне удалось сохранить куклу в целости, несмотря на игры с ней.
Сейчас я уже не помню, как мотивировался подарок в лице Мими, но вот Сэнди стала «поминальной» куклой, когда у тети Тани умер папа.
Собирала бутылки, чтобы купить Барби
Помню, случилась у меня детская трагедия: на рынке продавали Барби всего за 1000 рублей. По тем деньгам сумма все равно приличная, но в сравнении с Маттеловскими отделами, где самые простые куклы стоили от 5000-6000 рублей до запредельности, это казалось дешево. Точно такую куклу я видела у одноклассницы на уроке труда (мама девочки тогда вышла замуж за итальянца и ей привозили кукол из зарубежа). Рыночная красотка была с «нюансом» - на личике был то ли дефект литья, то ли окрашивания – выглядело это как будто извилистые темные полосы. Я была готова принять эту куклу даже с ее несовершенствами, слезно упрашивала маму мне ее купить. Мне удалось даже затащить родительницу к заветному прилавку, но в покупке мне было отказано. Мне тогда было жутко обидно, ведь я была готова хотя бы на несовершенную мечту, но даже так не получила желаемого. ТАКАЯ ВОТ ДЕТСКАЯ ТРАВМА!
Примерно через полгода на нашем рынке я увидела еще одну Барби. Сейчас я понимаю, что это был жуткий гибрид, но главным стало ее лицо – я буквально влюбилась в ее загорелую глазастую мордашку с фиолетовыми тенями и белозубо улыбающимися красными губами! Эта куколка стоила уже 3000 рублей, но я все равно решила, что хочу ее себе!
Сдавать стеклотару в тот момент было единственным для меня способом получить собственные деньги. В погоне за мечтой, собирала бутылки на улице и даже – о, ужас! – иногда выуживала их из урн. Мальчишки моего возраста могли разгружать на рынке арбузы, дежурили с ведрами и тряпками на автостоянках, предлагая автовладельцам помыть машину. Я была ребенком-интровертом и активно предлагать взрослым какие-то услуги даже не помышляла, выбрав «тихую стеклотарную охоту», благо пункт приема был в соседнем дворе.
Приехал мой дядя и все разрулил!
Какими-то невероятными стечениями обстоятельств мне тогда удалось накопить аж 1000 рублей, а странная кукла-гибрид все еще лежала на рыночном прилавке продавца в своем целлофане. Я ее регулярно навещала, и уже настолько примелькалась владелице прилавка, что она, только завидев меня, начинала посмеиваться «Она еще тебя ждет!».
Потом к нам в гости приехал мамин старший брат. Дядя Толя – военный в отставке, у него всегда было все четко и понятно. А если непонятно, то «Мурзилку надо внимательнее читать!» — это относилось ко всем инструкциям, параграфам и прочим вещам, которые ребенку следовало освоить. В кухонном разговоре моя мама обмолвилась, о том, как я на рынке караулю странную куклу с лицом из солярия. Дядя выяснил состояние моего кукольного бюджета и перед отъездом выдал недостающие средства. Родственника мы потом проводили на вокзал, а на следующий день я с утра помчалась выкупать свою красотку!
Кстати, члены моей семьи так и не поняли моих восторгов по поводу этой «двуцветной» девочки, но мне было неважно – я достигла цели и осуществила мечту. Нет, я осознавала, что девочка не совсем «породистая», но она смогла перекрыть основную потребность. Я решила, что когда-нибудь у меня будет и настоящая Барби из гламурного розового магазина, но ее я уже хотела получить в качестве «финального аккорда» моих кукольных хотелок.
PS: уже будучи взрослой тетей:
- узнала, что моя странная рыночная Барби была отнюдь не единственным экземпляром.