Начало:
Предыдущая глава:
Оглядел всё безобразие, которое устроил с бандосами. М-да, весело живём. То, что это только передышка и скоро сюда заявятся ещё гости по наши с Оливией души я не сомневался. Вопрос стоял - что делать? Ответ вроде бы очевиден, надо менять место дислокации. Но как далеко я сумею убежать, вернее увести Оливию и самое главное - куда? Где её прятать? Наш УАЗ они вычислили и скорее всего по камерам уличного и дорожного наблюдения, а это значит подключились к базе МВД. Значит у них есть кто-то в полиции, кто работает на них. И если я опять куда поеду на УАЗе, то меня без проблем опять вычислят. И ещё одно. А если они захотят здесь старикам отомстить? Или ещё что сделать? Сожгут на фиг тут всё. Место глухое. На помощь старикам никто не придёт. Оружия у меня теперь много. Вот только боец один. А как говорится - один в поле не воин... Или воин? Место тут идеальное для засады, при въезде в деревню. Пока стоял, размышлял, к подворью подтянулись двое стариков - Силантий и Петрович. У Силантия в руках была двустволка, горизонталка. А вот у Петровича натуральная трехлинейка времён революции и гражданской войны. Даже штык имелся.
Зайдя во двор, Силантий присвистнул, а Петрович забористо выматерился.
- Вот ничего себе, Антошка! - Выдохнул Петрович. - То-то я слышу стреляют.
- Было дело. - Кивнул я. - А вы чего, на помощь пришли?
- Ну так стреляли же у тебя тут. - Ответил Силантий. - Ну Петрович и прибежал ко мне, с дедовским винтарём. Зазноба то твоя не пострадала? А то жалко, красивая деваха.
- Не пострадала. В подполье сидит. Вот думаю сейчас, что с этими делать? Закопать их надо в тайге. И машину куда-то деть. А вы и не видели тут никого, если кто спрашивать будет. Бандиты это. Они Оливию взять в заложники хотели.
- А чего думать? - Усмехнулся Петрович. - Загрузить их в ихний джип, да утопить в болоте. Там такая трясина, что пятиэтажный дом утонет и никто его не найдёт.
- И далеко трясина?
- В паре километров отсюда. Мы по осени там клюкву собирали раньше. - Ответил Силантий. Петрович кивнул, подтверждая слова односельчанина.
- Да, недалеко тут. Клюкву и правда там собирали. Только я уже года два, как туда не ходил. - Сказал Петрович. - Старость то она не радость. Хоть и два километра, да ходить уже тяжело. Чувствую, скоро старуха с косой явится.
- Да ладно, Петрович. Ты ещё молодцом. А старуха с косой подождёт. - Улыбнулся я, глядя на старика. - Вон винтовка у тебя какая. Наверное штурм Зимнего помнит?
- Конечно помнит. Деда это моего. Он её с Гражданской привёз. И да, в семнадцатом то в Питере был и Зимний штурмовал. Апосля с Юденичем воевал и с Колчаком, в составе пятой армии. - Петрович улыбнулся и нежно погладил трехлинейку. - Хорошая она. Надёжная. Ты не смотри, что ей сто лет. Она ещё сто прослужит. Изготовлена в 1911 году в Туле. Во как. И бой у неё до сих пор хороший.
- Петрович, а дедушка не привез случаем с Гражданской пулемёт? Максим, например? Или Льюис какой-нибудь?
Оба старика засмеялись.
- Ишь ты, каков молодец. Пулемёт ему надо. - Покачал головой Силантий.
- Не, Антоша, пулемёта нет. - Ответил Петрович.
- Жаль. Но ладно. -Усмехнулся я, представив себя за рукоятками "Максима" в папахе с красной лентой и рядом Оливию, подающую пулемётную ленту, в кожаной комиссарской куртке и кожаной фуражке с красной звездой. Аля комиссарша. М-да, это было бы эпическое зрелище. - Поможете мне, этих в машину запихать?
- Поможем, чего не помочь-то? - Кивнул Петрович и прислонил винтовку к стене дома. Силантий поставил туда же свою двустволку. Я брал мертвого за руки, подтаскивал к джипу. Старики хватали его за ноги и мы запихивали труп в салон машины на заднее сиденье. Когда заталкивали туда четвёртого, к дому подошли две бабульки - Баба Вера и Баба Пелагея.
- О, Господи, спаси и помилуй! - Воскликнула бабушка Пелагея крестясь.
- Антон, а Оливия цела? - Задала вопрос баба Вера.
- Цела. В подполье сидит. Специально её оттуда не выпускаю. Чтобы не видела всего этого. Уберу сейчас их отсюда, потом выпущу.
- Ну слава тебе, Господи. А эти, сразу видно, наглые такие. Про тебя с Оливией спрашивали. Только я им ничего не сказала. - Сказала баба Вера. Потом спросила, кивнув на машину. - А этих куда? В болото?
- А куда ещё-то, Вера? В болото, там им самое место, душегубам. - Ответил за меня Петрович.
- Господи, что делается-то! - Качала головой бабушка Пелагея.
- А чего делается? Ничего не делается. Ты, Пелагея, вообще ничего не видела. И мы не видели никого. - Тут же встрял в разговор Силантий. - Никто к нам не приезжал. Как говорит мой внук, нет тела, нет дела. Правда, Петрович?
- И то верно. Никого не видели и ничего не слышали. От греха подальше.
- Всё это хорошо. Вот только там знают, куда эти четверо поехали. Не дождутся их, обязательно приедут. И уже не вчетвером. И я даже не знаю, что они тут вытворить могут. Я бы уехал прямо сегодня. Но как вас оставить? - Вздохнул, глядя на стариков.
- А чего они нам сделают то? - Удивилась бабушка Пелагея.
- Да всё, что угодно. Я ведь почему стрелять начал, они хотели к Вам, баб Вера, ехать. И пытать Вас, чтобы узнать где мы с Оливией? А сейчас за гибель своих дружков саму деревню спалить могут.
- Ты поэтому за пулемёт то спрашивал? - Спросил Петрович.
- Ну да. Место у вас тут хорошее для засады, на опушке, где дорога из леса на деревню выходит. Ну ничего. Пулемёта нет, зато есть два автомата. От них остались. И патроны есть. Так что будем ждать "гостей дорогих". А сейчас мне на болото надо, этих похоронить. И от машины их избавится. Со мной вызвался поехать Силантий, дорогу показать.
Дорогой то направление было назвать трудно. Больше тропинка. Но джип мощно грёб всеми четырьмя колёсами, снося по дороге молодые деревья, если не удавалось их объехать. Бампер я сломал. Хотя мне было наплевать, я же не собирался машину оставлять себе. Вскоре из леса выскочили на болото. М-да, довольно большое. Наверное, когда-то здесь было озеро, да заболотилось оно.
- Антон. Вот здесь трясина прямо возле берега начинается. Ты не смотри, что якобы травка растёт. Ступишь и всё, поминай, как звали. Скотины тут столько утопло, в своё время, когда деревня полная людей была. - Сказал мне Силантий. - Вешка старая видишь стоит. Вот за ней сразу берег то и переходит в трясину.
Действительно, из земли торчала старая палка. За ней была поляна, покрытая травой и даже полевыми цветочками. Ни за что не скажешь, что там бездна, которая только и поджидает свою добычу. Силантий вылез из джипа. Я нашел обломанную когда-то ветку. Соорудил из неё два упора. Одним заблокировал руль, чтобы машина ехала прямо, никуда не сворачивая. Вторым упёрся в педаль газа. Одновременно сам нажал на тормоз. Коробка у джипа была автомат. Завёл двигатель, он сразу взревел на высоких оборотах. Отпустил тормоз и джип рванул вперёд. Перед самой вешкой я выскочил из машины. Джип влетел на лже поляну и сразу провалился. Первым в трясине скрылся капот. Двигатель уже заглох. Мы стояли с Силантием и смотрели как продукт немецкого автопрома погружается в болото. Вскоре джип полностью скрылся в грязной жиже. Я наблюдал за разорванным травяным покровом. Постепенно покров стал сходится разорванными краями.
- Еще немного и ничего не будет напоминать, что здесь кто-то утоп. - Услышал я голос старика. - Вот так то, Антоша. Да упокоит Господь их чёрные души.
- Ладно, дед Силантий, пойдём назад?
- Пошли по малёху. Нечего здесь делать.
В деревню возвращались почти час. Дед шёл медленно, часто отдыхал. А я не торопился. Не бросать же здесь его. Когда пришли на наше подворье, увидел Оливию. В руке у неё был револьвер. Сама была вымазанная в земле. Видок у неё был довольно комичным.
- О как! А ты где девонька так вымазалась? - Удивлённо спросил девушку Силантий. Двух бабулек и Петровича не было. Скорее всего они ушли по домам.
Глядя на Оливию, понял, что она не стала разбирать кирпичную кладку и вылезла через подземный ход.
- Так я там пролезла. - Кивнула она на дом. Я решил свернуть разговор.
- Спасибо, дед Силантий. Мы тут с Оливией сами управимся.
- Ну тогда я пойду. - Силантий глянул на меня усмехнулся. Забрал свою двустволку и пошёл к себе домой. Я подошёл к девушке. Забрал у неё револьвер.
- Удивлён, Оливия. Ты полезла в подземный ход?
- Ну да. Я сидела там, сидела. Потом услышала стрельбу. Испугалась. Ждала тебя, а ты всё не идёшь. Ну я и решила вылезти. Полезла в эту дыру.
- И где вылезла?
- Там. - Она махнула куда-то за дом. - Возле речки. Пока лезла на карачках, чуть не застряла там. Но вылезла.
- Оливия, иди умойся. А я баню натоплю. Вымоешься вся полностью. И я тоже. И постираться надо.
- Антон, у тебя кровь на майке.
- Это не моя.
- А где эти, которые на джипе приехали?
- Нет их.
- Как нет? А куда делись? Уехали?
- Считай, что уехали. Грехи замаливать. - Смотрел на неё с серьёзным выражением лица.
- Ты их всех убил? - Глаза у Оливии стали размером с олимпийскую медаль.
- Мне повезло. Им нет. Так что не думай об этом. Единственное что плохо, скоро за ними другие приедут.
- Тогда надо отсюда уезжать.
- Надо бы. Но как стариков бросим? Бандиты наверняка захотят выяснить куда делись их подельники и куда сбежали мы. Начнут над стариками изголяться. Тут глушь, Оливия, заступится за них будет некому.
- А что делать?
- Засаду устроить. Тебя я спрячу, ты знаешь где. По подземному ходу ты уже лазила, знаешь куда он выведет тебя, если что. А там в лес убежишь и спрячешься.
- А ты?
- А я поиграю в индейцев и партизан. Не бойся, меня этому учили. Главное, чтобы они до тебя не добрались.
Баньку я натопил. Оливия пошла мыться первой, а я в это время проверил автоматы. Почистил их. Посчитал патроны.
- Антон! -Услышал Оливию. Она открыла дверь бани, стояла в проёме полностью обнажённая. - Попарь меня веником.
- Оливия! Ты почему голышом тут передо мной? Купальник где? Тебе не стыдно?
- Нет, не стыдно. Голой ты меня уже видел, жаль только, что не воспользовался мной. Ну ничего. Пожалуйста, попарь меня. Мне так понравилось в прошлый раз.
- Оливия, я тебя прошу, прикройся, иначе я не буду тебя парить.
- Хорошо. Я закрою себя частично полотенцем. Я тебя жду. - Она скрылась в бане. Да ёлки-моталки. Разделся оставив только трусы на себе. Взял веник, оставшийся ещё с прошлого раза. Зашёл в баню. Пистолет в кобуре оставил в предбаннике. Оливия лежала на полке, на животе. Её попа была прикрыта полотенцем. Блин, не ну... - Антон, ты чего застыл? Начинай парить.
Пришлось парить. Ей было хорошо, а для меня пытка. Но я молчал, делал своё дело. Потом она перевернулась на спину. Полотенце слетело.
- Ой, Антоша, извини. Подай мне его. Я честно не специально. - Подал ей упавшее полотенце. Она свернула его, легла на спину и прикрыла себе низ живота. Ладошками закрыла свою грудь. - Антоша, а ты чего отворачиваешься? Я тебе не нравлюсь? Я некрасивая?
- Ты очень красивая, Оливия. Но ты мой клиент. А я...
- Я знаю. Ты не смешиваешь личное с делом. Молодец, Антон. - Прервала она меня. - Настоящий стойкий оловянный солдатик, даже не смотря на то, что у тебя трусы скоро порвутся. Но ты держись, Антоша. Я смотрю на тебя, Дубровин, думаю ты будешь верным мужем. Так ведь?
- Не знаю. Я мужем ещё не был... Оливия! - Пока мы разговаривали, она убрала ладошки со своей груди.
- Хорошо, хорошо. - Опять закрыла. - И всё же ты будешь верным мужем. Это хорошо.
- Не понял? Почему для тебя это хорошо?
- Да это я так сказала. Не обращай внимания. - Я похлопывал её берёзовым веником. Она довольно улыбалась, закрыв глаза. - Антон, чего ты замолчал?
- А что мне говорить?
- Насчёт верности.
- Далась тебе эта верность. Но если любишь, то конечно будешь верным супруге. И от неё такого же ждать будешь, так ведь?
- Так. Вот только много, кто любит, всё равно иногда имеют интрижки на стороне. Ибо как сказано левак укрепляет брак.
- Тогда это не любовь.
- Это почему? - Она открыла глаза и посмотрела на меня удивлённо.
- Потому. Когда любишь, тогда отдаёшь себя всего любимому человеку. А не бегаешь по левым мадамам или по левым мужикам, это если разговор о жене идёт. Сама подумай, любить одного, а спать ещё с кем-то. Какая же это любовь? Это не любовь, это имеет другое, одно очень ёмкое название. Сказать какое?
- Не надо. Я знаю. Всё, Антон, достаточно. Я пойду остывать. - Оливия соскочила с полки и не прикрывшись вышла из бани. Села на лавочку. Вытянула ноги, опёрлась спиной на стенку бани, откинула голову и закрыла глаза. - Благодать какая.
Вышел вслед за ней. Вынес полотенце.
- Прикройся, Оливия, совесть имей.
Притащил старое корыто, но целое. Налил туда горячей воды из бани и холодной. Стал стирать свою футболку. Оливия продолжала сидеть. Смотрела на меня, и ехидно улыбалась. Полотенце убрала. Да что ты будешь делать! Ни стыда у девки, ни совести. Повернулся к ней спиной. Постирал футболку. Прополоскал и отжав, повесил сушится. Почувствовал, что сзади ко мне подошла Оливия.
- Антоша, сделай мне массаж. Я сейчас распаренная. В самый раз. - Повернулся к ней. Удивительно, но на ней был купальник. Она усмехнулась. - Всё прилично, Дубровин. Я тебя соблазняю, соблазняю, а ты всё не ведёшься на меня. Со мной такое первый раз, что мужчина на меня не реагирует. Ну так что? Массаж сделаешь?
- Ладно, пошли в дом.
Дома она легла на лавку, на живот. Сделал ей массаж. Пока делал, она тихо стонала.
- Боже, как хорошо. У тебя такие пальца, словно из железа. У меня всё тело сладко стонет под ними. - На её слова я никак не ответил. Закончив, вышел. Пошёл в баню. Надо самому помыться. За мной вышла на крыльцо Оливия. Я посмотрел на неё.
- Оливия, я иду один. Прошу тебя, не заходи, пожалуйста.
- Очень надо. - Сама улыбается. Напарился, помылся. Всё ждал когда она появится. Не появилась. Я облегчённо выдохнул. Слава богу, а то не знаю, сколько бы ещё продержался. Всё же я молодой мужчина, а она молодая и очень красивая женщина. Вечером сходил на опушку. Осматривал место будущей засады. Надо подпилить вон то дерево, но так, чтобы оно сразу не упало. Вон там засесть с автоматом. Жаль гранат нет. Оливия всё это время была рядом со мной. Я по настоящему готовился к будущей схватке с бандитами. Но жизнь внесла свои коррективы...
Продолжение:
Ссылка на мою страничку на платформе АТ https://author.today/u/r0stov_ol/works
Ссылка на мою страничку на Литнет
https://litnet.com/ru/oleg-rostov-u652331
Ссылка на мою страничку на литературном ресурсе Букривер (Bookriver) https://bookriver.ru/author/oleg-rostov