4.
Мать уже была при полном параде для похода в поликлинику, а дочь всё ещё не выходила из комнаты.
— Аня, Анька! Мне тебя ещё долго ждать? — прокричала она из зала.
— Сейчас, мамочка, сейчас. — Аня с трудом находила вещи и натягивала их на себя. Старалась всё одеть правильно, чтобы лишний раз не огорчать мать.
Прошло десять минут, а дочь всё ещё не показалась из комнаты. Ася занервничала, её с работы отпустили только на три часа, и всё же решила заглянуть в детскую, чтобы поторопить дочь.
— Сколько можно копошиться? — вскрикнула она так, что дочь вздрогнула. Ася бросила взгляд на голенькие ножки девочки и голос её стих. Она подошла поближе, провела по ножке и поняла - синяки, которые уже не красные, а жёлтые, взяла дочь за запястье, загнула кофту, а там это же самое. Села на кровать рядом с дочерью и спросила:
— Кто тебя избил? Что ты опять натворила? Кто-то в школе да? А ну-ка, ну посмотри на меня, — девочка повернулась на голос матери.
— Прости забыла ... — пыл Аси поутих, когда дочь на неё посмотрела. — Признайся мне Аня, только честно, кто, а главное за что тебя избил?
— Мамочка, никто меня не бил ... Это я сама, сама ... Из школы шла и на лестнице в парадной запнулась. упала.
— Не хочешь значит говорить ... Ясно! — Ася посмотрела в окно. Она думала, как правильно поступить. Везти дочь в таком состоянии в больницу было опасно - следы явно от побоев, а если врачи подумают, что мать избила своего дитя? За это и статью можно получить! Она решила повременить с походом в поликлинику, а дочь оставить дома, пока следов от синяков не останется.
— Так, поход в поликлинику отменяется! — сообщила она дочери и убежала на работу.
Маленькая девочка обрадовалась, что осталась дома одна. Самым безопасным местом Аня считала кровать, встать с которой она боялась. А на кровати могла полежать. посидеть и снова полежать.
— Может папка снова ко мне придёт? Мы с ним поговорим... — понадеялась она. Сняла с себя одежду, легла в кровать, закрыла глаза, но как ни старалась ничего не видела, пугающая темнота застилала её глаза.
— Папка, папк, ну приди ко мне пожалуйста! Приди! Я с тобой так поговорить хочу ... Так хочу ... — просила она. Из глаз хлынули слёзы. — Мне так плохо без тебя, очень плохо. Даже мишка, твой мишка остался в деревне. Присмотри за ним пожалуйста, очень прошу! — Аня думала, что отец пусть где-то там на небесах непременно должен услышать её слова. Даже, если она его не видит, но он тут где-то рядом с ней. Она это знает. Она это чувствует.
Аня начала разговаривать, как ей казалось, с отцом.
— Пап, а давай, давай я тебе всё расскажу ... Всё... Слышишь? Ты, если хочешь молчи, а я тебе всё расскажу. И она начала местами печальный рассказ ...
Рассказывала ему всё, что чувствует, что с ней в последнее время происходит. Вспоминала их счастливые моменты из жизни, как им хорошо было вместе там дома, в деревне. Плакала, смеялась, а местами просто улыбалась. За разговорами не заметила, как пролетело время и старшие девочки вошли в комнату.
— Польк, смотри! Наша приблажная, сама с собой разговаривает? — хихикнула Анжелика. И бросила в Аню одеждой, лежавшей на полу. — Прибирать за собой не забывай!
— Подожди Анжелика! Тебя сегодня спрашивали на биологии? — Поля взяла здоровой рукой сестру за запястье и привела нас вою кровать.
— Ну!
— Про строение речного рака?
— Ну! Я же выучила! — с гордостью ответила Анжелика.
— Пять поставили?
— Ну!
— Тебе снова ничего не понятно?
— Нет!
— Наша маляка предсказывать может!!! — сделала вывод Полина.
— Ну-с, маляка! Что мне сегодня учить? — крикнула Анжелика.
— Не знаю ... — пожала плечами Аня, я сегодня ничего не знаю. И, вправду, внутренний голос Ане ничего не говорил.
— Хм, я знаю, Полька! Мне сегодня можно ничего не учить. Меня завтра не спросят! — хихикнула Анжелика. Сёстры стукнулись по-дружески ладошками и занялись своими делами, совсем не обращаю на Анну, только Полина краем глаза на неё иногда смотрела, не раз хотела подойти поближе к девочке, но останавливалась, смотрела на загипсованную руку и думала:
— Кто знает, что у неё может быть на уме? Вдруг что-нибудь ещё накаркает? Нет, с меня хватит!
Так потянулись томные дни маленькой девочки. Вечером ей приходилось слушать насмешки сестёр, а днём - лежать одиноко в кровати. Но это для Ани казалось намного лучше, чем каждый день получать тумаки, да и уборкой по дому её девочки больше не заставляли заниматься, всё делали сами.
Только через два дня после отъезда Дмитрия Анатольевича поздним вечером зазвонил с треском домашний телефон. Заставил всех вздрогнуть и замереть на месте. Первой к телефону подбежала Ася и сняла трубку, затем к ней подбежали и старшие девочки, Аня осталась лежать на кровати.
В трубке слышался мужской голос, который долго Ася что-то объяснял, её глаза бегали из стороны в сторону:
— Что там тётя Ася? .. Что произошло? Ну, говорите! Говорите! — перебивая друг друга тараторили девочки.
— А, Димы больше нет ... — это было всё, что смогла вымолвить Ася. Держала трубку у груди и съезжала по стенке.
— Это малявка всё накаркала? — ударила кулаком о стену Анжелика и разъярённая ворвалась в детскую.
Подняла на кровати одеяло, но девочки там не оказалось.
— Выходи! За свои слова отвечать будешь! Решила и нас без отца оставить? Ты хоть понимаешь, что сейчас в нами будет? Как мы жить теперь будем? — Анжелика заглянула в шкаф, под занавеску и кровати, но девочки там не нашла.
— Выходи говорю, малявка! Я же знаю, что ты тут! — снова повторила Анжелика.
В комнате послышались всхлипывания, девочки заглянули под Анину кровать и за руку вытащили девочку. Только от рукоприкладства сестру снова остановила Полина.
— Не делай этого! Она наказала себя сама! Кто знает, как с ней сейчас её мамаша поступить? Может сдаст её в детский дом, а сама себе нового богатенького буратино найдёт? Зачем ей нужна такая обуза!
— Нет! Я не хочу в детский дом! — ещё громче заревела Аня.
— Хочу .. Не хочу ... Тебя и спрашивать никто не будет! Ясно же, — Полина озиралась на дверь. — Что твоей маме от нашего отца только деньги нужны были! Строит из себя такую добрую, милую мачеху, а к родной дочери даже не подходит!
— Не говори так про мою маму!!! Нет, моя мама любит меня! И, никогда, никогда меня не сдаст в детский дом!
— Ну, если не в детский дом! То в интернат для слабовидящих точно! — предположила Анжелика.
Анюта запрыгнула на кровать, забилась в угол, укрыла голову подушкой, сверху одеяло, отвернулась к стенке, высунула нос и лежала, молча проглатывала солёные слёзы.
Продолжение следует ... Подпишитесь на канал, чтобы не пропустить!
Начало:
Предыдущая часть: