Премьер-министр Албании Эди Рама заявил, что хочет создать в Тиране суверенное микрогосударство для исламского ордена Бекташи. Суверенное государство ордена Бекташи будет располагаться на 27 гектарах и иметь собственные границы, паспорта и администрацию. Рама сообщил, что суверенный анклав станет «новым центром умеренности, терпимости и мирного сосуществования».
Лидер бекташи Эдмонд Брахимай (Баба Монди) поддержал инициативу. «Орден Бекташи, известный своим посланием мира, терпимости и религиозной гармонии, обретет суверенитет, подобный Ватикану, что позволит нам управлять автономно с религиозной и административной точки зрения», - говорится в заявлении ордена.
Орден дервишей Бекташи (дервиши – это исламские аскеты-мистики, подобные христианским нищенствующим монахам) был основан в Хорасане (Восточный Иран) суфием Хаджи Бекташ-и-Вели. Считается, что основатель ордена не молился и не соблюдал правил шариата. «Бог ничего не запрещает; вот почему он дал нам разум», - считают бекташи. Основа учения ордена заключается в уважении к другим и терпимости, а Коран и шариат бекташи воспринимают аллегорически. Бекташизм распространился в Османской империи (в начале XIX века членами ордена было большинство янычар), особенно в балканских провинциях империи. Бекташи в Османской империи становились в основном бывшие христиане, недавно принявшие ислам, и желающие исповедовать его в максимально приемлемой для себя форме. На Балканах бекташизм воспринял обряды крещения и исповеди, а также ритуальное (и не только ритуальное) употребление вина.
Бекташизм воспринял некоторые шиитские идеи, и иногда считается ответвлением шиизма, но он довольно далек от ортодоксального шиизма, исповедуемого в Иране. Он ближе к еретическим шиитским течениям, основанным на веротерпимости – таким, как бахаи в Иране и алевизм в Турции.
В Турции после уничтожения корпуса янычар бекташизм подвергся гонениям, однако укрепился среди албанцев. Албанские бекташи приняли активное участие в албанском национальном движении. В 1925 г. лидер Турции Мустафа Кемаль (будущий Ататюрк) запретил все религиозные ордена, и руководители бекташей перебрались в Албанию, ставшую всемирным центром бекташизма. В 1945 г. к власти в Албании пришли коммунисты, подвергшие преследованиям все конфессии, а в 1967 г. вообще запретившие религию.
В 1991 г. коммунизм в Албании рухнул, и албанцы начали возвращаться к религии. В настоящее время примерно половина албанцев исповедует ислам, в т.ч. от 5 до 10% - бекташизм, остальные придерживаются католичества (на севере) и православия (на юге). При этом надо учитывать, что жесткий атеистический режим ослабил религиозность албанцев. Массовое строительство мечетей и медресе, осуществленные в Албании в 1990-2000-х гг. на деньги арабских монархий, нравится не всем албанцам, и еретический бекташизм для многих албанских мусульман – это некий компромисс между возвращением к исламу и сохранением национальной идентичности.
Сунниты, составляющие большинство албанских мусульман, относятся к росту числа бекташи с опасением. В Македонии, где албанцы составляют больше трети населения, суннитская община, при поддержке властей, в 1994 г. разгромила бекташи, и захватила их церемониальный комплекс в мечеть. Другой комплекс, «Бекташи Арабати Баба теке» в Тетово, был сожжен. В Косово албанские боевики-сепаратисты сожгли бекташский комплекс во время войны 1998-99 гг. В Албании подобное невозможно из-за покровительства ордену со стороны властей.
Стоит вспомнить, что в Албании в 1914 г., через два года после объявления независимости, произошло восстание мусульман, требовавших возвращения страны в состав Османской империи (вспомним, что турецкий султан являлся халифом правоверных). А бекташи, напротив, с оружием в руках выступили за независимость, на стороне приглашенного на престол германского принца Вильгельма Вида. Память об этом жива в Албании.
Эти примеры говорят, что бекташи не воспринимаются албанцами-мусульманами в качестве некоего объединяющего центра. В политическом плане бекташи, скорее, ближе к христианам.
Создание суверенного «государства Бекташи» вряд ли привлечет албанцев-христиан, и наверняка не вдохновит албанцев-мусульман. На что же рассчитывает премьер-министр Эди Рама (выходец из влиятельного католического племени Мирдита)? По-видимому, на привлечение албанцев-мусульман, склоняющихся к поддержке национального исламского течения, а не ортодоксального, представленного в основном арабами. Вероятно, Рама и часть албанской элиты опасаются как распространения радикального ислама, так и духовного подчинения мусульманской общины арабским и турецким проповедникам.
Бесник Синани, научный сотрудник Центра мусульманской теологии при Тюбингенском университете и соучредитель Института Конак в Тиране, говорит: «Нельзя забывать, что албанское правительство было вовлечено в различные мировые, основанные на религии, политические конфликты. В настоящее время в Албании находится организация, которая ранее была признана террористической организацией Соединенными Штатами, «Моджахедин-и-Хальк», которая стремится свергнуть иранское правительство. Она принимает и членов Движения Гюлена, которое в Турции считается террористической организацией».
Таким образом, Албания дает приют именно еретическим группировкам, раскалывающим как шиитскую («Моджахедин-и-Хальк»), так и суннитскую (движение «Хизмет» Гюлена) общины. Надо иметь в виду, что «Моджахедин-и-Хальк» и «Хизмет» - не просто политические движения, но и особые течения в шиизме и суннизме.
Неудивительно, что Мусульманская община Албании заявила, что считает инициативу Рамы «опасным прецедентом для будущего страны», и подчеркнула, что является единственным официальным представителем ислама в Албании.
Интересно, что не все бекташи в восторге от предложения Рамы. Бывший президент Илир Мета призвал лидеров ордена не поддаваться использованию в рамках этого предложения, которое он считает способом для премьер-министра Рамы отвлечь внимание от проблем страны, в частности, от коррупции. Но это, скорее, связано с борьбой двух политиков: Мета выступает против всего, что предлагает оппонент. Кстати, вскоре после заявлений Меты он был арестован по обвинению в «коррупции, отмывании денег и сокрытии имущества».
Албания вступает в Евросоюз, и усиление позиций арабских стран и Турции албанской элите совершенно ни к чему. Элитная группа, стоящая за Рамой, не может рассчитывать на переход албанцев-мусульман в христианство: албанские племена исторически придерживаются ислама или христианства, и переход в другую конфессию маловероятен, поскольку на бытовом уровне воспринимается как переход в другое племя, что невозможно. Конечно, сейчас албанские племена сильно перемешаны между собой и урбанизированы, и прежние деления ослабели, но полностью не исчезли. Поэтому резкое усиление Бекташи в качестве национального вероисповедания (для албанцев-мусульман, поскольку христиане его не примут, но будут воспринимать без антипатии) годится как инструмент европеизации Албании.
Альберт Ракипи, председатель Албанского института международных исследований, пишет: «Не все государства, население которых является мусульманами, являются государствами, основанными на исламе. В таком государстве идеологией организации государства является религия, то есть ислам, и в большинстве случаев ислам также служит организующей идеологией общества». Вместо этого идея сначала связывает идеологию бекташи с религиозной культурой, которая придерживается ценностей уважения и принятия «другого» - уникальный вариант ислама, который выделяется своей культурой толерантности и сосуществования. Вера и община бекташи исторически также служили мостом единства и сотрудничества между мусульманами и христианами». Государство ордена Бекташи в Албании стало бы продвижением страны и, с культурной и экономической точки зрения, необычайно привлекательно, считает Ракипи.
И все-таки создать для Бекташи собственный «Ватикан» у Рамы вряд ли получится: для этого придется менять конституцию, и преодолевать сопротивление суннитской общины, составляющей около 40% албанцев, и имеющей депутатов в парламенте. Но сам вброс этой идеи вызвал горячие дискуссии в албанском обществе, и рост интереса албанцев к Бекташи. Можно предположить, что «Ватикан» создан не будет, но статус Бекташи повысится и получит другое юридическое оформление. Если Мусульманская община Албании уже не сможет заявлять о себе как о единственном законном представителе албанских мусульман, это уже будет большим успехом Рамы и его сторонников.