Николай Александрович Дураков (5.12.1934 — 9.03.2024)
Выдающийся советский и российский хоккеист, нападающий и полузащитник, семикратный чемпион мира по хоккею с мячом. По результатам опроса журналистов газеты «Советский спорт» признан лучшим хоккеистом страны XX века.
За свои достижения Н. А. Дураков был удостоен государственных наград Российской Федерации: ордена Мужества и ордена Почёта. Также он был награждён орденом «Знак Почёта» СССР.
Н. А. Дуракову были присвоены звания «Почётный гражданин города Свердловск» и «Почётный гражданин Свердловской области». Кроме того, он был награждён медалью Международной федерации хоккея с мячом «За выдающиеся заслуги в развитии хоккея с мячом» и медалью Госкомспорта России «80 лет Госкомспорту России». Также Н. А. Дураков получил знак отличия «Спортивная доблесть».
Карьера
В 1946 году Николай Дураков начал свой путь в хоккее с мячом в детской команде «Металлург» из Нижнего Тагила. С 1949 по 1951 год он играл за команду завода металлоконструкций, а в 1951–1953 годах выступал за «Строитель» из того же города.
В сезоне 1953–1954 годов Николай перешёл в команду «Металлург» из Нижнего Тагила. С этого момента и до 1976 года его карьера была связана с командой СКА из Свердловска.
За время своей профессиональной карьеры в СКА Николай Дураков забил более 580 мячей в чемпионатах СССР. До сих пор он остаётся лучшим бомбардиром системы СКА.
В составе сборной СССР Николай провёл 48 игр и забил 47 голов на официальных турнирах.
Король бенди
После блестящего выступления сборной СССР на чемпионате мира по хоккею с мячом 1969 года в Швеции церемония награждения состоялась в королевском замке-дворце в Уппсале. Однако, несмотря на торжественность момента, король Швеции Густав VI Адольф не смог присутствовать на этом значительном событии. Через свою пресс-службу он объяснил причину своего отсутствия, заявив, что «двум королям в одном замке будет тесно».
После завершения церемонии награждения организаторы попросили Николая Дуракова остаться на сцене. Ему вручили свиток с лентой в цветах шведского флага, что стало символическим провозглашением Николая Дуракова «королём бенди» в глазах шведской команды, которая стоя аплодировала великому советскому спортсмену.
В своём труде «Звёзды спорта» Михаил Азерный рассказывал об этом курьёзном случае, отмечая, насколько яркими и радостными были те моменты.
Позже, в 1971 году, на очередном мировом первенстве в Швеции, король Густав VI Адольф и Николай Дураков встретились и обменялись приветствиями.
Из воспоминаний Николая Дуракова
"Сколько себя помню, в русский хоккей на Урале играли все: мужики, женщины и дети. Спорт в послевоенное время был отдушиной для людей. Мы, пацаны, играли в мяч дом на дом, двор на двор, школа на школу, район на район. Катков для нас специально не заливали. Играли практически везде.
Жили скудно, и у меня поначалу даже коньков не было — играли на валенках.
Первые свои коньки я купил, уже работая на заводе. То были «снегурки» из комиссионки. Их кто-то самостоятельно переклепал на ботинки 37 размера, и, судя по отметинам, хорошо ими попользовался.
Метод катания из первого моего опыта был небезопасен: на обледеневшей дороге у переезда, где машины сбрасывали ход, мы, мальчишки, подкарауливали грузовик и цеплялись сзади за борт, стараясь сделать это так, чтобы не заметил шофер. Мне один раз за это крепко досталось, но водитель оказался мужиком отходчивым: нагнав страху, отпустил...
Мяч нам заменяла мороженая картофелина. Если и ее не было, то катали его из плотной и тяжелой губки. Заготовки для клюшек искали на болотах. Найдя кривую еловую кору, разрезали ее надвое и сушили у печки, обхаживая ножичком до приличного вида.
Иногда шла в ход и тяжеловатая береза. Бывало, мы делали крюки из дуг, украденных на конном дворе. Не достанется такая — на скорую руку строгаешь еловый стволик и сгибаешь его вершинку, как тетиву, в крюк короткой веревочкой. Буквально за пару минут получалась легкая клюшка.
Русскому хоккею тогда уже исполнилось полвека, но своих клюшек, сделанных на заводе, у него еще не было.
А у нас не было никакой специальной экипировки: фуфайка да валенки — послевоенная одежа ребят на будни и праздники.
Пока до дыр не износишь, так и не снимешь с себя. У меня поначалу с хоккеем не складывалось: я никому не был интересен из-за маленького роста. Потом на катке меня приметил тренер и взял в заводскую команду с этого начался мой профессиональный путь.
В составе сборной СССР по хоккею с мячом играл семнадцать лет. В 1957 году впервые поехал на соревнования в Финляндию.
На подгородных хуторах Хельсинки впервые в жизни увидел, как у каждого дома безнадзорно стоят большие и маленькие лыжи. А у магазинов — просто прислоненные к стене велосипеды. Видеть это было удивительно. Не меньше удивили и люди, сильно отличавшиеся от нас: одеты ярко, в общении - нестеснительны...
Перед поездкой за границу нас строго инструктировали, а за рубежом контролировали. Считалось, что советский человек (а уж офицер тем более!) должен как-то по-особому вести себя на Западе. Кроме того, нас наставляли и следить друг за другом и «случ-чего» сообщать кому следует. С этими строгостями и запретами связан курьезный эпизод: я едва не стал «не-выездным».
В 1974 году в Швеции состоялся Кубок европейских чемпионов. Мы поехали на соревнования с обычным «загранкомплектом»: два блока сигарет и две бутылки водки, разрешенные к провозу через границу. Дали нам суточные - какую-то ерундовую сумму. В шведской «уцененке» я увидел старенький автомобильный магнитофон. У нас в Союзе тогда таких не было. Загорелся купить его. Выставил продавцу свою водку с сигаретами и суточными добил сумму. Сделка состоялась. В команде показал ребятам обновку. Мы не таили друг от друга свои приобретения, умели порадоваться за товарища...
На таможне в Шереметьево нас стали проверять. Я магнитофон в отдельном пакете подложил к уже проверенным вещам, понимая, что вещь без документов лучше провезти, не афишируя. Это, конечно, заметили. Отвели, обыскали так, что пришлось и штаны снять.
И объяснительную написать... Думал, что больше за границу не выпустят. А «левый» магнитофон отобрали как незаконно приобретенный... Я же и говорю: не получается у меня работать слева!"
Музей славы Николая Дуракова находится в городе Екатеринбург, на Центральном стадионе. Похоронен на Широкореченском кладбище Екатеринбурга.