- Символ покорности, значить всё-таки? – скривился Иван, - ну а как иначе?
- Тот, кто выбрал крест символом новой, как теперь видно объединяющей религии, был совсем не дурак и не догматик, тем более, - покачал Иван головой. - Искали выгоду и как видим, нашли. Язычники с охотой шли за крестом, а не за учением. Ибо кто тогда мог читать книги? В основном слушали говорившего. И чем он был убедительней, тем любимей. А кто мог им стать? Тот, кто говорил то, что народ знал. А крест народ знал.
- Одним из главных культов древности, несомненно, культ Солнца, ибо его регулярное появление и исчезновение приносили последовательно то свет, то мрак. Солнце было возведено в ранг божества, и ему поклонялись практически все древние народы. Крест — это символ солнца. Но как видим, все стороны его одинаковые, потому что солнце круглое!
- И каждый день умирает и является, - усмехнулся Иван. – Чем не чудо?
Древнейшим способом добывания огня являлось трение двух деревянных брусков, расположенных крест-накрест. Ещё до недавнего времени канаки из Новой Каледонии, чтобы получить огонь, терли друг о друга два куска сухого дерева (меньший — из мягкого дерева, больший — из твёрдого).
- Вот кому надо давать Нобелевскую премию, - усмехнулся Иван.
- И две перекрещивающиеся черты стали таинственным и божественным символом огня-спасителя. Это изображение, высеченное на мегалитических памятниках и на гробницах, встречается уже в доисторические времена. И позже у многих народов священным считался только огонь, полученный трением.
- Мдаа, и тут власть, хоть и церковная, под себя подстраивает веру, - поморщился Иван и закрыв книгу, поставил её на место.
- Вот, на ко согрейся, - появился с кружкой дымящегося чая Хранитель. – Поделишься, где был?
- Поделюсь, - кивнул Иван, принимая кружку.
- Ну тебя парень и занесло, - покачал головой Хранитель, выслушав рассказ Ивана. – Это ты получается, в Междуречье был? И говоришь, тебе машины какие – то показать хотели?
- Не успели, - дёрнул плечом Иван.
- Значить ещё рано, - покачал задумчиво головой Хранитель. – А вот происхождение людей занятное, занятное. Не находишь?
- Очень многое можно просто списать на это тогда, - поморщился Иван.
- А ты не согласен?
- Нет. Зачем на начальном этапе развития, людям нужно было убивать друг друга? Зачем? Они же не ели себе подобных?
- Ну, - пожал плечами Хранитель, - территории охоты, собирательства отбивали, к примеру. Потом, те же пашни, селения.
- Какие территории, если они просто шли, куда глаза глядят. А пашни? Да если брать, то же Междуречье, земли хватало. А вот проводить каналы, нужны были люди и чем больше, тем лучше.
- Ну вот, набег совершили на соседей и захватили дополнительную рабочую силу, - взмахнул рукой Хранитель, усмехнувшись.
- Ни сходится, - мотнул головой Иван. – Раба нужно было кормить и охранять, раз. Второе, соседи обидятся, тоже нападут. Три – рабы плохие работники.
- И что тогда?
- Лучше объединить усилия, - развёл руками Иван. – Что мы и видим. Чем крупнее селение, чем больше народа, тем выше урожайность и соответственно больше того же ячменя. Уже кому – то можно заняться ремеслом, не отвлекаясь на поле. И с кочевниками можно обменивать хлеб на мясо и кожи. И тем и другим нужен мир!
- Тогда почему стали воевать? – усмехнулся Хранитель.
- А вот тут как раз и появляется этот непонятный народ – евреи.
- Почему непонятный?
- Появившись из пустыни, они сразу стали грабить соседей. Попытались создать своё типа государства, и тут же опять передрались. Государство развалилось. Так что они делают?
- Что?
- Они разбегаются по соседям. И хитростью, и обманом проникают на все жизненно важные точки государства.
- Что ты имеешь ввиду? – нахмурил лоб Хранитель.
- Они захватывают под себя обмен товаром. Превращая его в торговлю, где начинают получать немотивированную выгоду только для себя. При этом сами ничего не производят, заметьте, - Иван поднял указательный палец.
- Затем для удобства своих операций, придумывают так называемые деньги.
Вы можете мне сказать, что это такое?
- Деньги? – Хранитель, протянув руку, взял с полки тонкую книгу и, открыв, прочитал?
“Деньги — это особый вид универсального продукта, используемого в качестве всеобщего эквивалента, посредством которого выражается стоимость всех других товаров. Деньги представляют собой продукт, выполняющий функции средства обмена, платежа, измерения стоимости, накопления богатства, образно говоря, "продукт всех товаров".”
- Продукт всех продуктов, - усмехнулся Иван. – Вот это и есть единственный продукт, что создали посредники. Я думаю те же евреи.
- Почему такой вывод?
- Всё очень просто. Как происходил первый обмен продуктами?
- Где?
- Возьмём то же Междуречье. Два раза в год, предположительно весной и осенью, - Иван поднял указательный палец. – У обеих сторон обмена появлялся излишек продукта. У кочевников шкуры и мясо, у землепашцев зерно и ремесленные изделия. Что они делали? – Иван уставился прищуренными глазами на старика.
- Менялись, наверное, - дёрнул тот плечом.
- Правильно. Съезжались в каком – то месте и менялись. Сейчас это б назвали ярмаркой. Менялись, заметьте, кто как договорится. Напрямую. И разбегались опять на полгода.
- Не совсем удобно, - усмехнулся Хранитель.
- Вот, - махнул рукой Иван. – Так называемые купцы это дело усекли и стали посредниками. Он ездили по кочевым станам, собирали продукт в течении года. Теперь кочевникам было не обязательно самим являться на ярмарку. Типа им стало легче. Но в то же время появилось широкое поле для обмана, - поднял указательный палец Иван. – Товар теперь брал купец, он же и цену устанавливал. И мог приплести что угодно. Типа твой товар теперь не пользуется спросом. Или его слишком много. Или нашли замену. Короче дурили кочевников как хотели. Естественно большинство что делали?
- Что?
- Отдавали товар за бесценок и беднели. А ещё брали привезённый купцом товар по более высокой цене. И соответственно влезали к нему в долг.
- И что из этого?
- А вот дальше уже пошла политика, - поморщился Иван. – Купец мог обиженных кочевников натравить на непокорное селение. Допустим, там поняли, что их обманывают и не стали отдавать купцу товар, ожидая весенней ярмарки. Ярмарки то не сразу исчезли.
- Это ты сам придумал? – усмехнулся Хранитель.
- Это я вспомнил, как видел по телевизору, что некоторые капиталисты, чтобы удержать цены на свой товар, сбрасывали его в овраги и закапывали, но не снижали цены.
- Ишь ты, - дёрнул головой Хранитель, - не знал.
- Дальше больше, уже деньги становятся главнее товара, - развёл руками Иван. – Кстати, мы сегодня у себя это и имеем.
- Как это? – удивился Хранитель. – Деньги ж ни съешь, ни оденешь.
- А вот так. Но вернёмся так сказать к истокам, - Иван, допив чай, поставил кружку на стол. – Деньги изначально нужны были на мой взгляд, лишь для большого количества продукта. Простому пахарю или погонщику верблюдов, они были ни к чему. Ведь эти граждане приносили на ярмарку мизер. Ну мешок ячменя или тех же фиников. Скотовод пару жеребят или овец. И всё. Зачем им деньги? Цена на товар устанавливалась тут же ярмаркой в зависимости от количества того или иного товара. Пригнали, к примеру кочевники много овец. Они дешевле. Мало, дороже. Так же и с ячменём. Урожайный год, его много, он дешевле. Засуха, дороже. Сейчас, кстати тоже так поступают продавцы, когда хотят повысить цену или наоборот, сбросить излишки товара. А вот купцы манипулировали большими объёмами. Им и нужны были деньги. К примеру, приехали они в селение. Там большой урожай. Купцы скупают всё по дешёвке. Но овец – то у них ещё нет с собой? Значить надо что – то дать продавцам? Вот тогда и потребовались эти что – то, деньги. Дальше больше. Появились купцы, перевозившие товар на большие расстояния. Почему они появились? Да потому что нужно было преумножать капитал. А перемещая капитал от скотовода к землепашцу, сильно не разовьёшь. К тому же большая часть денег стала скапливаться у верхушки, то есть у власть предержащих. Тут, чтобы повысить свою значимость, то есть ценность, купцы нашли новый эквивалент для хранения богатств. Драгоценные металлы и камни.
- А почему они повышали свою значимость?
- Это не секрет, - скривился Иван. – Уже в те времена купцов недолюбливали, мягко говоря, не только простой народ, который очень быстро понял, кто его дурит, но и правители.
- Так правители могли их просто ликвидировать, - пожал плечами Хранитель.
- Могли, - кивнул Иван, - но терпели. Терпели и пользовались услугами. А купцам приходилось, поэтому постоянно доказывать им свою нужность.
Кстати, именно купцы и стали первыми, кто отправился за тридевять земель в тридесятые царства. Как у нас говорят в сказках. Они искали новые рынки сбыта местного продукта, ну и соответственно, познав другие страны, привозили домой экзотику. Я помню, читал, что специи из-за моря, точнее из Индии ценились в Европе в одно время, чуть ли не навес золота, а то и дороже. Экзотика. Или вот Англия не знала одежды из хлопка. Не рос он там. Зато возила везде свои шерстяные изделия. Переизбыток был на внутреннем рынке. И когда купцы нашли хлопок в Азии и привезли в Европу, то многие озолотились, - Иван усмехнулся. – Таких примеров можно привезти много.
- Ты сказал, что по мере накопления богатств, то есть какого – то определённого товара, купцы предложили типа альтернативы драгоценные камни и золото и серебро?
- Ну да, а кто ещё? – пожал плечами Иван. – Всё опять очень просто. К примеру, мы имеем вождя племени скотоводов. Вот он стал богатеть. То есть его стада растут и растут. Как китайцы — вот сегодня. Почему растут? Да по закону геометрии. Но безграничные стада, это лишние заботы и хлопоты. Там и воровства будет больше и болезней и так далее проблем. А раздать стада бедным родичам жаба не даёт. Потеряю типа статус богача. И вот, для поддержания статуса и собственного утешения, начинает это богач сначала одевать лучшие одежды. Ставит лучшую и самую большую юрту. Ну и подобные бытовые мелочи. Но и они, когда – то заканчиваются. Уже сундуки ломятся от одежд, уже десять юрт стоит пустых. Что дальше? Вот тут и является купец с новым предложением, как возвеличить себя.
- Но камни открыли не купцы, - покачал головой Хранитель. – Их находили и носили уже в древности. Как мужчины, так и женщины.
- Правильно, - кивнул Иван. – Носили для чего?
- Чтобы выделиться? Нет?
- А выделиться, это что? – прищурился Иван.
-Что?
- Это как раз наш случай. Если ты чем – то выделяешься, значит, ты в чём – то преуспел, так? То есть, по - современному, ты круче. В России в лихие 90-е бандиты носили на шее золотые цепи. Это считалось показателем крутизны. Чем толще цепь, тем у тебя больше авторитет.
- Ты думаешь, что и на заре цивилизации так было? – дёрнул щекой Хранитель.
- Примерно. Предложенный купцами эквивалент концентрации богатств, как мы видим, прижился. И, кстати, расширил поле деятельности опять же для тех же купцов. Взять рейды корабельщиков. Что они искали в первую очередь в новых землях? Уж, наверное, не ячмень. А то бы так уж рьяно бросились осваивать Америку.
- Что ты хочешь сказать?
- Если бы встретившие корабли испанцев американские аборигены не показали б им что у них много золота, то навряд ли они потом опять туда вернулись, - усмехнулся Иван. – Гонять корабли через штормы за бананами, не много охочишь нашлось бы. Да и стоили б эти бананы дороже самих кораблей. Согласны?
- Наверное? – пожал плечами Хранитель. – Если я правильно понял, вы обвиняете деньги в ожесточении людей?
- Не деньги, а тех, кто их ввёл в обиход.
- Но деньги же сыграли определённую роль и в развитии человечества, не согласны?
- Это, как у нас говорят: бабушка надвое сказала, - развёл руками Иван. – Кто знает, каким путём развивался бы человек, если б не деньги?
- Наверное, до сих пор бегал голышом по лесу? – усмехнулся Хранитель.
- А вы считаете, что деньги позволили построить ему Пирамиды по всему миру и колонные дворцы по Ближнему Востоку и Средиземноморью?
- Я такого не утверждал, - поднял ладони, улыбаясь, Хранитель.
- А кто их построил тогда и когда? А я думаю, не деньги ли как раз и сбили человека с более разумного пути развития. Они-то как раз и появились после Пирамид и тех дворцов с висячими садами Междуречья, А?
Ответить Хранитель не успел. В глубине хранилища звякнул серебряный колокольчик.
- У меня новый посетитель, - улыбнулся он извиняюще. – Ты посидишь или пойдёшь?
- Я ещё не дочитал, - показал Иван на лежащую на столе книгу.
- Ну, читай тогда, читай. – Хранитель ушёл, а Иван взял книгу в руки.
“Борьба за выживание было долгой и беспощадной. Погибло большинство крупных животных. Что творилось в океанах, мы не знали. Единственная наша подводная лодка осталась подо льдом южного полюса. Мы пытались смягчить климат, используя планетарную энергосистему. Кое – что нам удалось. Но большинство установок в северном полушарии пострадали. Не улетевшие биологи собрали оставшихся людей в нескольких, на их взгляд пригодных для жизни точках и помогли развить продовольственную базу. Рассчитывать на технику и высокотехнологичные технологии не приходилось. Без энергии они просто погибли. Поэтому пришлось учиться делать всё руками. Надо отдать должное, люди всё понимали и охотно учились. Учились жить без техники. Мы строили примитивные дома из камня и глины, добавляя рубленную траву. Капали мотыгами каналы, для орошения полей. Строили дамбы, чтобы река не размывала в половодье эти поля и наши дома. Постепенно, от поколения к поколению, всё дальше уходили воспоминания об улетевших, превращаясь в легенды и сказки. Мы выжили и продолжали жить. И глядя в небо, особенно ночью, видели другие звёзды и мечтали, что когда-нибудь к нам вернутся те, кто улетел. Но прилетели другие. Наши враги. Корабль, то ли летел слишком быстро, то ли запоздал с торможением, влетая в атмосферу Радаги, но на орбите он взорвался. Разбрасывая куски обшивки и несколько спасительных шлюпок.
То, что это были враги, мы узнали по появлению драконов. Они попытались нападать на наши селения и даже подчинить некоторые, нагнетая страх своими размерами и способностью плеваться огнём. Но было их мало. И мы сумели с ними справиться, используя остатки оружия наших предков.
Теперь мы смотрели на небо с опаской. Боясь, что оно снова пришлёт нам врагов. Но время шло и небо никого не присылало. Опасность появилась оттуда, откуда не ждали. Из пустыни.
Кроме наших постоянных поселений в долинах плодородных рек, на других территориях тоже жили люди. Потомки тех, кто захотел остаться в дикой природе. И изучая её, приспособить для жизни человека. Таких было ни много, но и не мало. Они мирно сосуществовали с земледельцами. Тем более, что делить им в принципе было нечего. Одним хватало для посевов, долин рек, другим холмов и степей для выпаса скота.
Но однажды, из пустыни вышло племя. Оно не пасло скот, но и не стало заниматься земледелием, попав в долину. Они стали воевать. Сначала разграбили своих соседей. Но проев разграбленное, попытались грабить дальше. И тут соседи их наказали. А чтобы приучить пришельцев к труду, разобрали по разным селениям. Прошло несколько лет, и никто не заметил, что пришельцы так и не научились растить хлеб или пасти скот. Зато они стали посредниками между людьми в процессе обмена продуктами труда. А вскоре прибрали к рукам и власть. Но жажда наживы и власти сгубили их. Даже между собой они не смогли договориться. Так мы узнали, что такое людская война. До этого мы сражались лишь с Драконами.
- Всё как в сказках, - поморщился Иван. – Где Дракон, там воровство, наезды и сражение. Не зря на гербе Москвы князь поверг дракона. Наверное, ещё прилетали? Или Месопотамия не так уж и далеко была от Московии по времени? Раз Дракона русичи знали.
Иван задумался, прикрыв глаза. Вдруг табурет под ним сильно качнуло.
