Путь через ущелье завершался, конец прохода был все ближе. Наконец, стены разошлись, и он ступил на землю Колодца Вендриенов.
В воздухе ощущалась гарь, тошнотворно-сладкие нотки гниения.... Смерть.
Скалы позади задрожали, с грохотом обрушившись за его спиной. Кайрос сказал свое слово и тонны породы запечатали ущелье, словно точка в конце приговора.
Дороги назад нет.
Вершитель судеб решил немного выдохнуть перед продолжением похода, оглядеться. Где-то впереди расположен лагерь Опальных. Пока из ориентиров лишь видна невероятной высоты башня, рукотворное украшение этой местности. Можно сделать небольшой привал, ведь впереди еще долгие, такие неровные и неверные дороги Колодца. Унылый холодный ветер воет среди горной котловины, нагоняя тоску. И воспоминания.
А началось все несколько лет назад, когда он был по другую сторону закона, и попался на своих темных делишках на Севере. Точно такой же, безрадостный, безнадежный ветер выл вокруг, когда его кошки-мышки со слугой суда Кайрос подошли к логическому финалу в темном переулке. Однако, не зря он в своих кругах был известен умением найти выход из критической ситуации, не освещая оный выход холодным блеском клинка. Не сказать, что все участники переговоров были довольны, т.к. он мог не только мёду налить в уши, но и грамотно угрожать. Язык подвешен хорошо, как люди говорят.
Вот этот самый язык-то и позволил ему избежать, казалось бы, неминуемой кары. Собрав волю в кулак (не спасти себя, так хоть уйти на высокой ноте) он произнес целую речь в свою защиту, и этим так впечатлил Вершителя, что тот принял решение пощадить его. Надо полагать, что о том небывалом происшествии среди слуг закона пошла молва, да такая, что на его случай обратил внимание сам Архонт Правосудия, Адъюдикатор Тунон, правая рука самого Кайрос.
Он-то, Тунон, и взял его под свое крыло. Но с условием. Мол, все мы знаем, что ты виновен. Твои речевые кульбиты вызывают восхищение, но виселица - вот она. Не оступись на службе.
Да....
С тех пор он сам - Вершитель судеб, один из прислужников Адъюдикатора. Судья и палач в одном лице. В его памяти намертво впечатаны законы Кайрос, а все те, кто осмелятся преступить черту - его цели.
Непривычно поначалу было оказаться "по эту сторону" закона. Впрочем, у нового положения имелся и ряд преимуществ. Например, теперь не нужно было действовать все время в тени, ведь на его стороне была вся мощь государства. Империя, расширяясь день ото дня, не была спокойным местом. Ропот, волнения, грозящие перерасти в мятежи... не говоря уж об обыкновенной преступности. Гибкому уму, имеющему склонность к властности, было где разгуляться. Первыми, кстати, нашли свою участь его бывшие подельники.
Жесткие, а иногда жестокие, руки Вершителей твердой хваткой удерживали в повиновении подданых Кайрос, коих становилось все больше.
К моменту, когда он начал свое служение, уже четвертое столетие шла война. И оставался непокоренным лишь крохотный клочок земли, полуостров, где разместились небольшие, но гордые королевства горных Ярусов.
И вот, армии Кайрос подошли к их границам. Последний уголок континента, неподвластный Владыке, был обречен. А голос недавно испеченного Вершителя, набравший ощутимый к тому времени вес, отправился в последний завоевательный поход вместе с вторгшейся армией. И сыграл в ее действиях немалую роль.
Необходимость присутствия Вершителя судеб в действующей армии не могла его удивить. В силу своего... гм... прошлого ремесла он был осведомлен об особенности устройства войска государева.
Армия Империи состояла из двух равнозначных частей.
Первая - это легион Опальных, железная рука Кайрос. Буквально. Железо - удовольствие дорогое, знаете ли. В наше время в ходу бронза, если вы вдруг не в курсе. А Опальные - немногочисленная, но стойкая пехота, закованная в железные доспехи, рубящая врагов государства железными мечами, защищающая его железными щитами и скованная, к тому же, железной дисциплиной. А их командир - Архонт Войны Грейвен Аше, могучий маг и любимец своих воинов. Еще бы! Этот Архонт магической силой чувствует мучения и боль каждого своего солдата, исцеляет их, где бы они ни были. При такой тесной связи он ощущает практически отцовские чувства к каждому своему бойцу. И они отвечают взаимностью. Не зря их лозунг: "Грейвен Аше хранит!"
И, между прочим, слава Архонта началась задолго до событий в Ярусах. Когда-то он сам был одним из последних военачальников еще независимого Севера, успешно сопротивлявшегося вторжению армад Кайрос. Очень успешно. Так успешно, что Аше лично убил предыдущего Архонта Войны Кайрос. Впрочем, силы были слишком неравны. И быть бы ему убиенным, но, впечатленный, Кайрос благосклонно принял капитуляцию Грейвена Аше. Бывший борец за свободу стал верным соратником и новым Архонтом Войны. Впрочем.... верным ли? Гм... Владыка тоже не забыл мятежного прошлого Аше, вверенные ему войска носят с тех пор имя Опальных.
А вторая часть войска - это Алый Хор. Кровавая орда. Они не знают, что такое строй, дисциплина. Они многочисленны, свирепы, не знают милосердия даже в его самых зачаточных проявлениях. Лишь верность Кайрос и своему командиру сдерживает эту изгвазданную в крови, чужой и своей, саранчу. Накатываясь багровым приливом на врага, Хор теряет многих, но многих же и находит. У оставшихся в живых после поражения врагов есть выбор - стать частью орды или умереть. А верность новообретенных братьев и сестер держится на крови тех, кто выбрал второе. Лишь убив своих бывших однополчан, соседей, отрезав себе все пути в прежнюю жизнь, можно спасти себя и стать частью Хора. Ровно так же, как когда-то начал свое служение его основатель.
Архонт Тайн - Голоса Нейрата - властный, недюжинного ума, любящий заговоры, имеющий маниакальные наклонности. В прежние времена был членом знатного рода Нейрата с Севера. Когда в их земли явились войска Кайрос, будущий Архонт сообразил, куда ветер дует. Вырезав свою семью, Голоса присоединился к завоевателю. Уже давно никто не может сказать, осталось ли в Архонте Тайн хоть что-то человеческое. Под двуликим шлемом лишь полыхает изумрудное пламя, а еще известен Нейрата тем, что поглощает души врагов. Потому и зовут его не Голос, а Голоса, ибо души поглощенных продолжают жить, но в вечном рабстве и подчинении внутри личности Архонта. Интересно... что будет Кайрос делать, когда война все же окончится. В битвах Хор и Голоса полезны, но вот в более мирное время станут огромной опасностью для Империи.
Разумеется, столь разные по своему духу воинства необходимо было уравновешивать, не давать только одному все влияние и всю славу от побед. И в непростые моменты, когда двое командующих были неспособны договориться, в дело вступал он. Вершитель судеб.
В первый год войны в Ярусах войска Кайрос осадили Город-Бастард, расположенный на севере полуострова, у самого его основания. Богатый, живущий торговлей город, крупнейший в этой части света, снарядил против нас армию наемников. Однако, это оказалось ошибкой. Он, Вершитель, отдал на военном совете предпочтение Опальным и Грейвен Аше не подвел. Легионеры играючи прошлись через них никчемных наемников. Железо вновь показало себя не в пример лучше золота.
Впрочем, хоть основная тяжесть и легла на плечи легионеров, Хор тоже принял участие в разгроме врага. По своему обыкновению, орда давила грозной, но беспорядочной массой, неся серьезные потери. И после падения Города Вершитель позволил Алому Хору поживиться на предмет пополнения среди многочисленных военнопленных, хоть Опальные и хотели распорядиться ими по-своему.
Адъюдикатор Тунон поселился в опустевшем Тронном зале Города-Бастарда, чтобы лично следить, насколько прочно устанавливается миропорядок Кайрос в новых землях, а завоевание Ярусов продолжилось. Пошел второй год войны.
Армии отправились на юг полуострова, к Распутью Летианы. Эта местность богата железными рудами, что придавало ей значение особой важности. Сюда Тунон направил Скованных Горном - магов, владевших особым, мало кому подвластным даром. Своей магией они умели защитить себя от невероятных температур, необходимых для качественной обработки железа, они единственные, кто мог превратить руду в металл. А Вершителю тогда было поручено отладить дело добычи железа для Империи в новообретенном месторождении. И надо же было такому случиться - именно здесь решила обосноваться служащая Голосам (как говорили слухи - не очень охотно) Архонт Песни - Сирин. Ее магическая песня поработила часть местных жителей, собрав их в культ имени себя. Пришлось наводить порядочек, отправив всех культистов выветривать свои заблуждения в боях во славу Кайрос в составе Алого Хора.
В конечном итоге, разрешив все противоречия, Вершитель передал управление над Распутьем Опальным. Настал третий год.
Последней и самой серьезной силой Ярусов оставалось королевство Оплот. Тяжелейшие бои шли месяц за месяцем, но королевство никак не сдавалось. Чтобы не ожесточать сопротивление местных, он отказал Хору в возможности набирать новых рекрутов среди мирных жителей. Кампания третьего года непозволительно затягивалась. Начались перебои с продовольствием. И тогда Кайрос принял решение стереть непокорное королевство с лица земли. Он записал Эдикт Бурь - могучее заклинание, которое должно было сотворить мощнейшие ураганы на всей территорией Оплота. Он же, Вершитель, принял тогда решение, позволившее сохранить многие жизни. Ведь он знал, когда Буря начнется. Именно ему выпала тогда честь провозгласить Эдикт и обрушить гнев Владыки с небес на непокоренный Оплот. Он предупредил его жителей и те, кто успел, покинули пределы королевства. А потом... Потом те, кто остались, превратились вместе с ним в руины.
Война в Ярусах завершилась. Вершитель отправился в Город-Бастард, впереди было много работы, а Тунон не оставлял его руки бездеятельными.
Шло время, с юга Ярусов долетали беспокойные слухи о готовящемся мятеже, но на них не обращали должного внимания. Ведь всего три года понадобилось, чтобы скопом сокрушить все королевства на полуострове.
"А зря", - невесело подумал Вершитель. Восстание разразилось, да еще какое. На его подавление выставили обоих его старых знакомых - Аше и Нейрата. Да вот что-то не справляются они, снова собачатся между собой, вместо того, чтобы заняться делом. И теперь он здесь, а переброшенная через плечо дорожная сумка снова и снова притягивает мысли. Ведь в ней он несет свиток с новым Эдиктом.
Пожалуй, пора продолжать путь, хватит ворошить воспоминания. Он засобирался в дорогу, но прервался, так как услышал неподалеку от себя громкий оклик. Вершитель обернулся на звук.
Продолжение следует.