Положение статьи 19 (часть 1) Конституции Российской Федерации "все равны перед законом и судом" означает, что при равных условиях субъекты права должны находиться в равном положении (из Определения КС от 6 декабря 2001 г. N 255-О). Полагаю, это разъяснение КС не допускает противоречивого применения к гражданам ФКЗ "О Конституционном Суде РФ" при оценке соответствия их обращений требованию о допустимости. А как на деле?
В предыдущей статье я вкратце рассказала о предмете моего очередного обращения в КС (от 25.06.2023 г.) и одном из обстоятельств его отклонения Определением от 20.07.2023 г. №2144-О.
В названном решении КС не упомянул ни о результатах применения оспоренных мной норм ФКЗ О КС РФ, ни об обстоятельствах их применения, не привел ни одного из доводов моей жалобы. Так создано ложное впечатление, что я оспаривала нормы абстрактно. Зачем?
Полагаю, чтобы сделать ключевое заключение о ненарушении оспоренными нормами моих конституционных прав. Дать такое заключение в контексте обстоятельств моего дела в КС законных оснований у суда, видимо, не нашлось. А обращению моему, вероятно по жребию, снова выпал отказ. Потому нужно было создать необходимые основания для признания и этого обращения не отвечающим требованиям закона о допустимости.
Но такое признание в контексте определения №2144-О обнаруживает противоречие высокого Суда собственному толкованию нормы Конституции РФ о равенстве всех перед законом и судом (см. цитату в начале статьи).
Ключевое заключение КС для отклонения моего обращения
Итак. В решении от 20.07.2023 г. №2144-О высокий Суд абстрактно разъяснил мне, к чему оспоренные нормы закона его обязывают. Заключил, что они
«призваны обеспечить достижение целей конституционного судопроизводства и не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права И.И. Котловой, которая […]». И отклонил мое обращение как не отвечающее требованиям закона о допустимости.
Прямого утверждения, что цели конституционного судопроизводства были достигнуты и мои конституционные права были соблюдены в моем деле (или при принятии Определения от 30.03.2023 г. №14-ПРП) в результате применения Судом оспоренных мной норм ФКЗ О КС РФ, решение КС №2144-О не содержит.
Противоречия конституционного правосудия
Между тем, абстрактный нормоконтроль по обращениям граждан противоречит собственной позиции Конституционного Суда РФ, высказанной им ранее в Определении от 11.03.2021 г. №379-О по делу другого заявителя.
Отклоняя указанным определением обращение, высокий Суд разъяснил, что, в силу требований статьи 125 (пункт "а" части 2 и пункт "а" части 4) Конституции РФ, статей 96 и 97 ФКЗ О КС РФ, по жалобе гражданина КС не вправе оценивать конституционность оспариваемого им положения «вне связи с его применением в конкретном деле с участием заявителя, т.е. в порядке абстрактного нормоконтроля» (см. последний абзац листа 5 определения КС №379-О).
Или, к примеру, Определение КС от 29.09.2015 №1839-О с разъяснениями положения статьи 125 (часть 4) Конституции РФ во взаимосвязи с нормами статей 96 и 97 ФКЗ О КС РФ. В нем КС указал, что жалоба подлежит отклонению как не отвечающая требованиям ФКЗ О КС РФ о допустимости, «если оспариваемый закон затрагивает права и свободы граждан, но оснований полагать, что он нарушает конституционные права и свободы заявителя в его конкретном деле, не имеется» (см. листы 3 и 4 определения КС №1839-О).
Эта позиция КС согласуется и с его такими неоднократными разъяснениями о допустимости жалобы:
«жалоба признается допустимой, если имеются признаки нарушения прав и свобод заявителя в результате применения оспариваемого нормативного акта в конкретном деле с участием заявителя» (Определения КС от 28.04.2022 N 903-О, от 19.10.2021 N 2132-О, от 28.09.2021 N 2007-О и другие).
Так почему же в моем случае КС оценивает конституционность оспариваемых мной норм ФКЗ О КС РФ в порядке абстрактного нормоконтроля?
Почему в моем случае КС сам превращает мое обращение в абстрактное?
Почему замалчивает и не опровергает названный мной в обращении результат их применения в деле, завершившемся Определением №14-ПРП?
Почему обращения одних граждан КС признает недопустимыми, если оспариваемый ими закон не нарушает их конституционных прав в их конкретном деле, а мое – вне связи с моим делом?
Почему сам Конституционный Суд РФ ставит меня в неравное по сравнению с другими гражданами положение перед законом, применяя по-иному, чем в их случае, норму о допустимости обращения, установленную статей 97 ФКЗ О КС РФ?
Может, власть Конституционного Суда РФ абсолютна, и он действительно отменил статью 19 Конституции РФ (подобное предположение мной высказано и здесь)?
P.S. Для справки – ниже основания моего обращения, по которому принято Определение КС от 20.07.2023 №2144-О.
Делитесь, уважаемые читатели, своим мнением по поставленным мной вопросам и похожим опытом в комментариях, а статьей – в соцсетях и мессенджерах, а также со своими адвокатами!
Быть может, наше многоголосье окажется услышанным Президентом РФ – гарантом Конституции РФ, прав и свобод граждан. В одиночку мне этого не удалось. Об этом своем опыте я расскажу позднее.
Если мой рассказ интересен, кликните по пальцу вверх!
Подписывайтесь на мой канал и знакомьтесь с продолжением моей истории конституционного «правосудия»!