Цитата:
- Для начала что есть "покаяние"?... осознание грешником своих грехов перед Богом... Результат покаяния — пребывать в честности с самим собой".
На мой, субъективный взгляд, это не верное суждение и расходится с Духом Христовым.
Я поясню, о чём речь.
Как известно, Евангелие (благовестие) начинается с того, что Христос выходит на свое общественное служение, проповедуя Царство Божие. «Покайтесь, ибо приблизилось Царство Божие». Если мы окунемся в библейское прошлое, то увидим, что первые 5 книг Торы не говорят о Боге как Царе. Не говорят о Царствие Божием. И лишь со временем Судей и книге Царств, а затем более активно со временем пророков и Вавилонского пленения - Израиль начинает говорить о Едином Боге – Царе. Пророки говорят о том, что все народы признают Единого Бога Своим Царем и Господом, а не только народ еврейский. Но, как это обычно происходит на протяжении всей истории человечества, удержаться на духовной высоте понимания оказалось невозможным. Со временем идея Божественного царства заменяется на мессианскую, приземленную идею того, что царство – это царства земное, в котором Израиль должен править миром (хилиазм). Евреи ожидали Мессию не в образе смиренного учителя-плотника, а в образе грозного царя Освободителя.
Христос начинает свое социальное служение не с поднятия флага для борьбы с завоевателями, а с призыва «покаяться, ибо приблизилось Царство Божие». «Покаяние» – с греческого «метония», означает изменение ума, изменение мироощущения.
Рекомендую: "О граде Божьем" блаженного Августина.
Я хочу напомнить о том – собственно христианском – смысле покаяния или обращения, который вам, вероятно, хорошо известен. Покаяние, в отличие от раскаяния, от угрызений совести, обращено не в прошлое, а в будущее.
Обычно, когда думают о покаянии в духовной перспективе, начинают с греческого слова «метанойя» – перемена ума (его и передаёт церковнославянское «покаяние»). Вокруг «перемены ума» строятся разнообразные тонкие и глубокие рассуждения. Но исходный, библейский смысл гораздо проще и прямее.
"Обратиться – значит просто повернуться, перевести глаза – на то (или на Того), чего (или Кого) по разным причинам ты прежде не видел. Особенно ясен этот смысл в евангельских рассказах (так «каются» или «обращаются» те, кто встречает Христа, – Магдалина, добрый разбойник) и в раннехристианской литературе («Повесть об Иосифе и Асенеф»). Речь идёт не об «уме» и о его «перемене». Это буквально физический жест: человек обернулся в другую сторону: он смотрел на одно – и вдруг обернулся и увидел другое. Прежде, чем он обернулся, его окликнули. Так обыкновенно бывает с покаянием и обращением: инициатива принадлежит не нам. Ожесточение – это отворачивание (как о фараоне сказано, что «сердце его превратилось», то есть отвернулось, а Захарии ангел обещает, что его сын пройдёт, «чтобы вновь обратить сердца отцов к детям»). Речь идёт просто о том, что человек обернулся, а скорбь о своём прошлом – это уже второе. Покаяние или обращение – это сначала изумление и великая, неведомая прежде радость, и уже потом, как у Закхея, желание поправить сделанное. Увидеть нечто такое, что, прежде чем устыдить, восхищает. Любит тебя, обещает любовь и чудо. Слёзы обращения – радостные слёзы. В ранних христианских памятниках покаяние изображают в слезах радости. Это не слёзы стыда, не слёзы чистосердечного признания. У человека теперь есть чем жить, он потрясён, он «как от обморока ожил» – и потому ему кажется совсем не так невыносимо, даже естественно «половину имения моего отдать нищим и, если кого чем обидел, воздать вчетверо», как обещает Закхей (Лк19:8).
И больше не кажется невероятным «впредь не грешить» (Ин8:11)".
Я согласен с А.И. Шмаина-Великановой