Нынче как будто 1 января. Тихий какой-то, застывший день. Почти нет людей на улицах. В центре — да, наверное, немало. А на окраинах единицы.
Девочка на корточках стоит крепость из круглых снежков.
Руками налепила? Конечно, руки замёрзли, даже через варежки.
Нет, вижу, что держит у колена снежколеп.
Но всё равно ведь надо вытащить снежок, уложить его в крепость.
Играет сама, тихо, смиренно возле своего дома.
Супружеская пара возится с новым тёсом. Переносят во двор. Но меня заметили, посмотрел хозяин на меня внимательно, сощурился.
Зачем я тут иду, чего мне нужно?
Зачем делаю вид, что хочу отвлечь их дела?
Я сделал вид, что не хочу отвлекать.
Хозяин сделал вид, что поверил мне.
Потом долгое время никого. Никого, никого, потом собака в курточке, хозяйка, и пошли нули прилепляться к единицам, десять человек, двадцать, а потом опять как-то почти все рассеялись.
Не очень-то хочется гулять, одиноко.
То одиночество, которое даже не располагает послушать что-нибудь.
Даже почудилось мне, что могу добрести до парка, но куда там.
Просто промял круг по микрорайону.
Уже когда я подходил к дому подошёл ко мне Игнат Сергеевич.
Хотел бы что-то сказать, да махнул рукой и дальше пошёл.
А взмах-то его остался. Повисел некоторое время в воздухе перед моим носом и растаял.
Такой уж день.
