ГЛАВА СТО СОРОКОВАЯ
Не доезжая Стамбула султанская процессия разделилась. Сулейман с небольшим отрядом поскакал в окрестности Манисы на поиски сына, а Хюррем с Джихангиром приехала в Топкапы и ужаснулись последним известиям.
-Слава Аллаху, госпожа, вы приехали. -сказала Фахрие, когда султанша и Джихангир навестили Селима, которому стало значительно лучше.
Хюррем пришла в свои покои и уже там продолжала беседу с калфой.
-Значит Нурбану хотела сбежать. -мрачно изрекла хасеки. -При этом ранила отца своих детей.
-Да. -ответила Фахрие. -Два раза, но её попытки не увенчались успехом.
-Два раза? -удивилась Хюррем.
-Ох, госпожа! Что тут было! Нурбану редкостная дрянь, я всегда вам об этом говорила. Но при бегстве она сама сильно пострадала. Сейчас на неё страшно смотреть. Но так ей и надо, гнусной падали! -затрясла головой калфа.
-Так! -султанша хлопнула в ладоши. -Ну-ка, расскажи поподробней.
Хюррем села и сделала жест. Калфа тоже опустилась на диван.
-После того, как Нурбану пырнула ножом шехзаде и попыталась сбежать, то охрану усилили. -стала говорить Фахрие. -Но и тут она подкупила охранника, как потом выяснилось. Позавчера на рассвете он её вывел через старые конюшни, но дежуривший страж заметил их и поднял тревогу. Трое охранников ринулись за беглянкой, но она натравила на них двух здоровенных псов.
-Собаки? -перебила Хюррем. -Я же запретила держать тут этих животных.
-Видимо кто-то их сюда привёл. -ответила Фахрие. -Помните тот случай, когда собака напала на Айше?Это же её рук дело.
-Да! -согласилась хасеки. -А что дальше?
-Собаки напали на одного охранника и ему не слабо пришлось. Он до сих пор в лазарете. Двое других пытались их оттащить, но тщетно. Им тоже досталось от разъярённых псов, но не так сильно.
-Ох, Аллах! -осевшим голосом проговорила Хюррем, представив жуткую картину.
-Если бы не подоспел Зал Махмуд, то от стражей остались бы одни кости. -сказала калфа.
-Зал Махмуд? -переспросила султанша.
-Да, госпожа! -произнесла Фахрие с восхищенными нотками. -Зал Махмуд оказывается находился поблизости. Он подбежал и произнёс очень странные слова. Словно заклинание. И псы отпустили свою жертву. Нурбану поймали. Но она ужасно сопротивлялась. Сама начала кусаться и рычать, как собака. Потом все-таки вырвалась , подбежала к этим псинам и попыталась натравить их уже на Зал Махмуда. Но он опять что-то сказал и так посмотрел, стражники говорили, у них душа в пятки ушла, так страшно он сверкал глазами. И собаки бросились на свою же хозяйку.
-То есть... на Нурбану? -заикаясь, проговорила Хюррем.
-Да! -Фахрие с придыханием сглотнула. -Они разорвали бы её на части, но Зал Махмуд снова остановил псов.
Фахрие выдохнула и передернула плечами:
-Будь я на месте Зал Махмуда, то не стала бы их останавливать. -с ненавистью проговорила калфа.
-Это ужасно! -покачала головой Хюррем. -Где она сейчас?
-Там где и должна быть. В темнице. -немного удивлённо произнесла Фахрие. -Госпожа, вам её жалко?
Хасеки неопределенно помахала рукой.
После ужина Хюррем спустилась в подземелье. Увидев султаншу, стражи вытянулись по струнке, а потом поклонились. Хюррем знаком показала открыть железную преграду. Первым вошёл стражник, держа в руках факел. Затем шагнула султанша. Нурбану сидела в углу. При ярком свете она сначала зажмурилась, но потом её зелёные, кошачьи глаза яростно засверкали. При первом взгляде на пленницу Хюррем ужаснулась. Когда-то красивое и жоленое лицо невестки было изуродованно.
Рваные раны от когтей и зубов собак запеклись, а одежда на женщине превратилась в лохмотья. Но ни смотря на это , венецианка пускала стрелы ненависти из испепеляющего взгляда.
-Ну, что ж, Нурбану, ты вернулась туда откуда пришла. -тихо ,но чётко проговорила Хюррем. -Сейчас ты напоминаешь ту рабыню из которой я сделала госпожу. Но ты не оценила этого.
Нурбану усмехнулась кривым ртом.
-Раз вы приехали, то значит и султан здесь. Я хочу с ним увидеться. Он мне поверит. Меня оклеветали!
Хасеки изогнула тонкую бровь.
-Оклеветали? С чего ты взяла, что султан поверит тебе?
-Повелитель никогда не верил во всякие сплетни и слухи. -надменно проговорила венецианка.
-Ну, да! -Хюррем прищелкнула языком. -Ты сама невиность. Ангел во плоти. Да, уже за одну твою попытку убить шехзаде Селима, кстати отца твоих детей, тебя следует бросить в Босфор.
-Ваш сын, госпожа, жив и здоров! -язвительно пропела венецианка. -И как я слышала развлекается с новой наложницей. Симран кажется её зовут?
-Верно. -кивнула султанша. -Наконец-то Всевышний послал ему хорошую, любящую, достойную девушку.
-Да-да! -усмехнулась Нурбану. -Сколько их таких было. А я....
-А ты! -перебила её султанша. -Ты теперь для него и для всех лишь часть прошлого. Неудачный опыт для моего сына и увы, признаться моя очень большая ошибка. Когда-то я увидела в тебе умную, красивую, и как мне казалось достойную и сильную будущую султаншу, верную спутницу и друга для шехзаде, но меня постигло разочарование. Я это поняла давно, ещё, когда вы уехали в Манису. Ты начала там творить беззаконные вещи. Ты решила грязным путём идти к власти. И продолжала чинить зло по сей день. Поэтому твоя участь печальна. Повелитель казнит тебя.
-Вы не можете знать, что решит повелитель. -резко бросила Нурбану. -Да, если бы не я, то ваш сыночек давно бы спился . Тюфяк тюфяком. И всегда такой был.
-Да, Нурбану. Ты никогда его не любила. -холодно произнесла султанша. -И даже детей ты своих не любишь. За всё время ты про них ни разу не поинтересовалась. А всё потому что жажда власти ослепила тебя. Но госпожой Босфора тебе не быть. Если только госпожой его дна, где ты скоро окажешься.
-Я хочу видеть султана Сулеймана! -с напором произнесла венецианка, тряся лохматыми патлами.
-Нет, Нурбану! Султан тебя и слушать не станет. Я это точно знаю. -ответила хасеки.
-Ты старая ведьма! -презрительно прошипела Нурбану. -Я тебя проклинаю!
Хюррем шагнула к ней и резко припечатала женщину к стене, схватив ее за горло.
-Да, я старая ведьма! -оскалив зубы, проговорила султанша. -И можешь меня проклинать сколько хочешь. На меня жалкие словечки таких лахудр, как ты не действуют. -Хюррем несколько раз ударила венецианку головой о каменный гранит.
-Отпусти.. те.. Меня... -просипела Нурбану. -Вы.. Только султан решит.... Наказывать меня или... Нет..
-Ты, моя милая уже бывшая невестка, всего лишь рабыня в гареме. А в гареме я хозяйка. И никто, даже султан не может запретить мне вершить в нём закон. -Хюррем разжала пальцы, и венецианка медленно сползла по стенке. Она схватилась за голову и закашлялась.
-Я не хочу, чтобы мои внуки Исмихан и Мурад во всеуслышание узнали, что их мать ждёт казнь. Поэтому ты умрёшь тайно. Прямо здесь и сейчас. -сказала Хюррем, взирая на молодую женщину сверху.
В свою очередь Нурбану с явным страхом смотрела снизу , даже не пытаясь встать. Что-то буквально придавливало её к холодному полу.
-Вы... Вы... Не сделаете это. -глухим голосом проговорила она, поняв намерение хасеки. -А если Исмихан и Мурад узнают об этом, то не простят.
-Они не узнают. -Хюррем коротко кивнула стражнику, и тот тихонько свистнул. В камеру вошли двое дильсизов с шёлковыми шнурками в руках.
-Нет! -взвизгнула венецианка и вскочила на ноги. Она заметалась было , но Хюррем остановила её.
-Прекрати! Во всём виновата ты сама! Это твой конец!
-Нет! Нет! -заорала Нурбану. И тут же её схватили и заткнули рот. Зелёные глаза бывшей фаворитки забегали, а тело задергалось, когда ей накинули петлю на шею.
Хюррем не отводя глаз смотрела на последние судорожные конвульсии, трепыхающейся венецианской гордячки. Когда было всё закончено, то султанша обратилась к стражу.
-Положите тело в мешок и ночью бросьте в Босфор.
Мужчина поклонился ей, и Хюррем вышла из темницы, облегченно вздохнув. Она ещё не знала, что следующее утро будет тревожным.
**************************
Ранним утром защебетали птицы на деревьях в саду. Свежая прохлада витала в воздухе. По тропинке ступали две пары ног.
-Симран, любимая, какое прекрасное утро! -сказал Селим, любуясь возлюбленной.
Девушка нежно рассмеялась. Руки влюблённых переплелись.
-Шехзаде! ...Селим! -тихо проговорила Симран. -Я очень.... Ох, как это? -она забавно нахмурила лоб. -Я боюсь, чтобы ты не болеть. Ещё рано вставать. Надо лежать.
Селим обнял девушку и прижал её к себе.
-Всё хорошо, любовь моя! Я почти здоров! Не беспокойся. -прошептал он ей на ухо, одновременно целуя светлые, струящиеся волосы. Затем его губы нашли губы Симран. Сладкий поцелуй вскружил молодым людям головы.
-Помнишь нашу первую ночь? -спросил мужчина, отрываясь от возлюбленной. Симран мило покраснела и погладила принца по щеке.
-Помню. -сказала она. -Для меня первый раз... То есть всегда первый раз... Так я любить вас! То есть тебя! Селим!
-Симран! -Селим задохнулся от счастья, которое в последнее время наполняло его с каждым днём всё сильнее и сильнее.
-Моя матушка как-то мне сказала, что я когда-нибудь встречу женщину, которую полюблю всем сердцем. И вот ты пришла ко мне. Я не знаю, как жил до тебя, моя слодкоголосая Симран. Я без ума от тебя. Сколько раз говорю тебе о любви и знаю, что никогда не перестану о ней говорить.
Влюблённые снова поцеловались.
Под пение птиц и шелест листвы молодые люди говорили друг другу самые нежные слова. Симран положила голову на плечо принца и вдруг тихонько вздохнула.
-Что с тобой? Почему ты загрустила? -слегка встревоженно спросил Селим.
-Нет... Ничего. -помотала головой девушка.
-Нет-нет. Я же вижу. -мужчина настойчиво, но вместе с тем с теплотой в голубых глазах заглянул в серебристо-серые глаза наложницы.
-Просто я подумала.. -Симран запнулась.
-Что подумала? А? Скажи? -Селим провёл пальцем по нежной щеке.
-Любить ли... Вы меня, если я не могу петь? То есть....
-Ты хотела спросить любил бы я тебя, если бы у тебя не было такого чудесного голоса? -понял принца и улыбнулся. Симран робко кивнула.
-Любимая моя! Ты волшебница! Да, не скрою, твой голос с первой встречи заворожил меня. Но у тебя много и других достоинств. А самое главное ты любишь меня. Чисто и искренне. За одно только это я готов умереть.
-Ох! -выдохнула девушка. -Не надо умереть. Нет. Мне не жить без вас... Без тебя. Мой Мак-Он!
-Кто такой Мак.. Он? -Селим приподнял брови.
-Это бог! -ответила Симран. -Бог любви у нас... Мой народ. У него тоже голубые глаза, как у тебя.
-Интересно. Ты не рассказывала мне об этом. -задумчиво произнёс мужчина.
-Первый раз... -девушка опять запнулась. -Тот есть первая встреча. Моя песня. Я пела о нём. Это старая песня. Очень старая. И.. Вы.. Ты услышать её.
-Ах вот оно что! -Селим тихонько рассмеялся. -Симран! Ты понимаешь-это судьба!
-Я тоже так думать... -кивнула девушка. -Я хотела любить и ты меня нашёл!
-Симран!
-Селим!
Влюблённые в который раз раскрыли друг другу объятия.
Когда они возвращались, то остановились у маленького фонтанчика. Симран подставила руку под струю, но принц её остановил.
-Подожди! Тут где-то должен быть маленький кувшинчик.
Он обошёл фонтан, но ничего не нашёл . Селим удивлённо пожал плечами и огляделся. Затем коротко рассмеялся.
-А! Вижу! Вон на том дереве висит. -мужчина двинулся вперед. Он сделал шагов десять и снял с нижней ветки маленький, серебрянный кувшинчик. При этом он улыбнулся от воспоминаний. Михримах ещё в детстве придумала около каждого фонтанчика ставить вот такие сосуды.
Вдруг мужчина услышал сдавленный крик. Он резко обернулся. Красное платье Симран мелькнуло между деревьев.
Кувшинчик упал из рук принца.
-Симран! -закричал Селим и бросился за девушкой. Он сумел разглядеть мужскую фигуру в чёрном.
-Стой гад! -заорал принц вне себя, понимая, что какой-то негодяй уводил за собой его любимую.
-Стража! -завопил Селим, почти нагоняя преступника, выхватывая на ходу кинжал и пытаясь прицелиться.
Несколько стражей бежали с противоположной стороны. Они нагнали мужчину. Тот заметался, но свою жертву не отпустил.
-Отпусти её, подонок! -зарычал Селим. Он метнул кинжал. Стальное лезвие просвистело почти у самого уха негодяя. Он резко остановился и приставил клинок к горлу девушки.
-Клянусь Аллахом! Я убью её! -раздался низкий, глухой голос. Стражники с саблями кинулись было на противника, но послышался женский стон. Из её шеи потекла тоненькая алая струйка крови.
-Стойте! -воскликнул Селим. Всего несколько шагов отделяли их друг от друга. Принц встревоженный, задыхаясь от волнения и быстрого бега сфокусировал взгляд . Мужчина был в маске, довольно высокий и крепкий. Перепуганная Симран казалось не дышала, находясь в его лапах.
-Отпусти девушку! -произнёс Селим. Глаза его налились кровью.
-Я отпущу её! -гаркнул незнакомец. -Если вы, шехзаде, освободите другую женщину и отдадите её мне.
-Какую? -Селим несколько опешил.
-Нурбану-султан! -выпалил противник. -Иначе я прикончу вашу наложницу. Прямо здесь.
-Нурбану? -глаза шехзаде расширились, а брови поползли вверх.
-Да! Я требую немедленно!
Селим на секунду расстерялся.
-К, сожалению твою просьбу, милый человек, невозможно исполнить. -раздался спокойный женский голос.
Принц вздрогнул и перевёл взгляд. Невдалеке стояла его мать, Хюррем-султан со свитой.
-Мама? -вырвалось с губ мужчины. .-Я требую Нурбану-султан! -снова сказал незнакомец.
-Нурбану-султан мертва. -отчеканила Хюррем. -Отпусти девушку!
Рука, державшая клинок у хрупкой шеи дрогнула. Ещё секунда, и раздался стальной звук и чуть сдавленный возглас из-под маски. В одно мгновение Селим с криком набросился на мужчину.
-Селим!
-Селим!
Два женских, пронзительных голоса слились воедино. Принц и незнакомец покатились по газонной траве.
-Стража! -закричала Хюррем. -Вы что стоите?
Оторопевшие воины бросились на помощь.
Человек в маске, оставшись без оружия , пытался подмять под себя принца. Селим изловчился и вытащил из-за пояса запасной нож. Он яростно воткнул клинок в горло противника. Одновременно один из стражей всадил копьё в его спину . Мужчина захрипел, из его клокочушего горла хлынула кровь. Он завалился на бок в предсмертной агонии. Селим судорожно содрал чёрную маску. И он, и все остальные ахнули.
-Хасан-паша?
Капудан-паша, хызыр-реис издал последний вздох и упал замертво.
**********************
Баязет открыл глаза и увидел витиеватую роспись на потолке. Такая только у папы в покоях, подумал он. Мужчина приподнялся и огляделся. Он действительно в покоях повелителя. И на его ложе. Баязет искрене удивился. Как он здесь оказался? Мужчина острожно сел . Голова немного кружилась. Следущие минут пятнадцать он мучительно вспоминал последние события. Особенно ужасную борьбу на утёсе, и Рана! Его любимая Рана! Его вечный ангел-хранитель. Баязет поднялся.Он медленно направился к выходу. И тут же открылись двери.
-Повелитель! -увидев отца, поклонился принц.
-Баязет! Зачем ты встал! -проговорил султан, подходя к сыну и беря его за руки.
-Я... -Баязет вдруг смутился. Синие глаза смотрели на него как-то по-новому. -Почему я здесь?
-Я приказал. -ответил падишах. -Ты помнишь что с тобой произошло? Тебя должен осмотреть лекарь.
-Я помню. -ответил принц. -Только как я здесь оказался? И где Рана? А дети?
-Твоя бас-кадина героическая женщина. -сказал султан. -Она не отходила от тебя ни на минуту. В конце концов твоя мать приказала ей пойти и лечь спать.
-Сколько... Сколько я был без сознания?
-Почти трое суток. -пояснил Сулейман.
-Ох, бедная моя Рана! -прошептал Баязет.
-Яхья-эфенди сейчас тебя осмотрит. -поспешно проговорил султан. Он повернулся к двери и хотел было позвать Локмана-агу, как Баязет остановил его.
-Не надо, папа. Я вполне нормально себя чувствую.
-Точно? -недоверчиво спросил падишах. Баязет вдруг заметил уставший и осунувшийся вид отца.
-Папа! А как ты? Ты... Вы же приехали из Эдирне?
-Всё хорошо. -сказал Сулейман и вдруг протяжно вздохнул.
-Папа?
-Ох, Аллах! Прости меня, сынок! -совершенно неожиданно и жалобно произнёс султан.
-За что же? -удивился Баязет. Впервые в жизни он видел великого повелителя мира таким. Он даже не знал, как назвать? Беспомощным что ли?
-За всё, сынок! -прошептал Сулейман. -Я с самого детства относился к тебе не как отец... То есть я был полный идиот!
Султан бессильно опустил руки вдоль тела, на его глаза навернулись слезы.
-Папа? -Баязет не верил своим ушам и глазам. Он вдруг вновь ощутил себя маленьким мальчиком, в очередной раз, проглатывая обиду на отца.
-Я знаю, сынок,сейчас уже поздно, но прости меня!
-Папа! -выдохнул уже взрослый мужчина, отец четверых детей. Он протянул, дрожащие руки. Отец и сын бросились друг другу в объятия и оба заплакали.
-Баязет! Сынок! Сын мой! -глухо застонал повелитель. -Я не знаю, не знаю почему так относился к тебе. Мне казалось ты упрям, строптив и порой выводил меня из себя. Но в глубине души я всегда любил тебя. А, когда я получил письмо о том, что тебя хотят убить, то я словно прозрел. Меня как-будто сам Всевышний ударил в самое сердце. И показал мне, как я был несправедлив по отношению к тебе.
-Какое письмо, папа? -спросил принц, отрываясь от отца и вытирая слезы, которые всё бежали и бежали.
-Хуриджихан написала мне письмо. -пояснил падишах тоже смахивая крупные капли. -Она так же сошла с ума, как и её мать.
Баязет сокрушенно покачал головой. Мать и дочь умерли одинаковой смертью.
-Как много... Как много мы с тобой потеряли, сын! -вздохнул повелитель.
-Но ведь мы наверстаем, папа? -Баязет улыбнулся сквозь слезы. Мужчины снова обнялись.
-Ты больше других моих сыновей похож на меня, а я этого долго не видел. -грустно проговорил Сулейман. Баязет вдруг рассмеялся.
-Но мне все говорили, что я похож на бабушку. На валиде-султан.
-Я говорю не о внешних качествах. -султан улыбнулся и погладил сына по волосам. -У тебя тоже есть стальной стержень, как и у меня. И в детстве и юности я тоже был упрям, горяч и порывист. И мой отец, твой дед Селим Явуз со мной тоже не мог совладать.
-Надо же! -удивлённо протянул Баязет. -Ты никогда не рассказывал. И я привык тебя видеть спокойным и даже немного холодным.
-Я много что не рассказывал. -печально усмехнулся Сулейман.
-Значит нам есть о чем беседовать длинными вечерами. -чуть лукаво прищурился принц.
-Конечно, сынок. -кивнул султан. -А теперь все-таки я позову Яхью-эфенди! -падишах слегка похлопал принца по плечу. -Только скажи ты постараешься простить меня?
-Я давно это сделал, папа! И ты меня прости!
В этот момент отец и сын особенно остро почувствовали, как их связывают семейные, кровные узы.
-