"Частный человек". Так назывался спектакль, который мы вчера посмотрели. Я недоумевала, что за название такое странное, непонятное. Решила, что "частный" применено в значении, противоположном "общественному". И была права.
Спектакль о личном, о душевной боли, о любовных восторгах и трагедиях, о муке и тоске, взлетах небесных и падениях вниз, в пучину...
Главные действующие лица спектакля - герои из стихов двух поэтов, Марины Цветаевой и Иосифа Бродского, никогда не встречавшихся, разного возраста, но какой-то невидимой нитью соединённых в глубинах своих душ.
Они писали о разном, но истории их частной жизни каким-то непостижимым образом имеют общие черты. Оба поэта жили в эмиграции, хотя по разным причинам.
Марина Ивановна уехала к мужу, который в революционное время был на стороне белогвардейцев. Потом-то он поддерживал существующую власть, сотрудничал с НКВД, был арестован и расстрелян.
Иосифа Александровича выдворили из страны. Он отбыл срок за тунеядство и за антисоветскую пропаганду. В газетах его называли "литературным трутнем". Бродский уезжать не хотел, но альтернативой была только психиатрическая больница. А это страшно...
И тот, и другой испытывали сильные чувства, не раз любили и были любимы, но как-то одиноки...
Стихи этих двух поэтов, исключительно касаемые их частной жизни, два часа звучали в зале в исполнении четырёх актрис (стихи М.Цветаевой) и четырёх актеров (стихи И.Бродского). И это было искренне, душевно, пронзительно и драматично! Некий баттл, в котором нет побежденных и нет победителей.
В начале режиссер спектакля "Частная жизнь" Галина Ивановна Бызгу сказала, что ей кажется, не разойдись Цветаева и Бродский во времени и пространстве, их частные жизни были бы переплетены любовной встречей или дружеским участием.
В любом случае, вечер мы с мужем провели замечательно. После прогулялись по скользким дорогам города, полюбовались огнями, отражающимися в водах Крюкова канала. В свете фонарей танцевали свой прелестный менуэт снежинки...
Мы шли по скользкому асфальту, каблучки мои звонко отстукивали ритм движения, муж крепко поддерживал меня. Разговаривали о стихах, они звучали в нас. И два поэта будто бы были с нами.
Вот опять окно,
Где опять не спят.
Может - пьют вино,
Может - так сидят.
Или просто - рук
Не разнимут двое?
В каждом доме, друг,
Есть окно такое.
Марина Цветаева
***
Я очень часто несу чепуху,
Пишу плохие стихи.
Ношу пальто на рыбьем меху,
Холодные сапоги.
Теряю друзей, наживаю врагов.
Плачу за газ и за свет.
А кроме того, ищу любовь,
Которой все нет и нет.
Иосиф Бродский
Одно из моих любимых:
…Я бы хотела жить с Вами
В маленьком городе,
Где вечные сумерки
И вечные колокола.
И в маленькой деревенской гостинице —
Тонкий звон
Старинных часов — как капельки времени.
И иногда, по вечерам, из какой-нибудь мансарды —
Флейта,
И сам флейтист в окне.
И большие тюльпаны на окнах.
И может быть, Вы бы даже меня не любили…
Посреди комнаты — огромная изразцовая печка,
На каждом изразце — картинка:
Роза — сердце — корабль. —
А в единственном окне —
Снег, снег, снег.
Вы бы лежали — каким я Вас люблю: ленивый,
Равнодушный, беспечный.
Изредка резкий треск
Спички.
Папироса горит и гаснет,
И долго-долго дрожит на ее краю
Серым коротким столбиком — пепел.
Вам даже лень его стряхивать —
И вся папироса летит в огонь.
Марина Цветаева, 1916
И ещё Бродский, из "Романса скрипача", тоже любимые строки:
Тогда, когда любовей с нами нет,
тогда, когда от холода горбат,
достань из чемодана пистолет,
достань и заложи его в ломбард.
Купи на эти деньги патефон
и где-нибудь на свете потанцуй...
Иосиф Бродский, 1961
И вам, дорогие мои, желаю, чтобы в ваших частных жизнях танцевалось и пелось! Чтобы в окнах был теплый свет в цветаевских капельках времени. И, как совсем чудесное, - большие тюльпаны на окнах, и сам флейтист в окне!
Постскриптум. Наша соседка Р.А. все в таком же возбуждённом состоянии. То чемоданы собирает в страхе, что грабители по углам попрятались. То шумит, что ее заливают, а на самом деле всё кругом сухо. То рыдает, что у нее украли несколько десятков тысяч рублей, раз от раза меняя суммы украденного. То с подушкой и одеялом спускается вниз к консьержам. Говорит, что теперь у них жить будет. После уговоров идём с ней вместе к ней домой, она кушает, успокаивается на какое-то время. Потом все начинается сначала.
Племянница обращалась за помощью в социальные службы. Оказалось, что бесполезно. Р. А. ведь официально не признана недееспособной, и не под опекой она. От госпитализации категорически отказывается.
Вот такая сложная ситуация у славного доброго человека случилась. Все, что можем - малой группой соседей покормить, убраться и чуточку присмотреть-пообщаться... Системы помощи в таких случаях нет, не предусмотрена. Психиатр придет к ней в середине ноября, записана, но что это даст? Выпишут лекарства. Я, к примеру, выкуплю их. Кто сможет следить за приемом лекарств, если Р.А. не всегда пускает к себе, даже будучи голодной? Да она откажется их пить. Сейчас она не принимает ни поддерживающей кардиотерапии, ни других таблеток...
Ссылка на предыдущую статью про Р.А.: