Механический будильник трещал без умолку. Настя сначала накинула на него подушку, но противный звук проходил и через нее. Тогда девушка попыталась нашарить рукой рычажок отключения, но спросонья это никак не удавалось. Пришлось открывать глаза. За окном было еще темно, но присмотревшись, Настя заметила на горизонте полоску будущего рассвета. День обещал быть ясным.
Свечу девушка зажигать не стала. На ощупь нашла брошенные с вечера футболку, джинсы. Стянула ночную рубашку, второпях оделась. Дольше всего провозилась с носками, их оказалось непросто найти среди куч одежды, лежавших на полу. По дороге к печке, Настя запнулась об табуретку и больно ударила мизинчик. Чертыхаясь и прыгая на одной ноге, она все же добралась до чайника. Еще теплый. Отпив воды прямо из носика, она водрузила чайник на место и вышла в сени. Там накинула плащ, надела кепку, просунула ноги в зашнурованные растянутые кроссовки.
Прихватив, сумочку, девушка побежала на остановку паровоза.
По темным улицам спешили такие же, как и Настя, опаздуны. На соседней улице к ней присоединилась Жека – задорная девчонка с веснушками. Рядом с ней трусил пузатый дядька в костюме и с чемоданчиком.
Раздался свисток прибывающего на остановку паровоза.
— Ну вот, опять сидячие места все будут заняты, придется час до города стоять. — проворчала Настя.
— Да ладно, ты же за день на работе еще насидишься, а я в колледже на занятиях. — как всегда оптимистично отвечала Жека. — Только вот джинсы лучше будет тебе переодеть, ты их наизнанку вывернула.
Девушка посмотрела на ноги. Да, похоже вчера она опять поленилась как следует раздеться и сложить вещи. Просто стянула их как попало и бросила. Да и носки она из разных наборов надела. Один ярко розовый, другой – бледно салатовый.
— А, ладно, всегда можно сделать вид, что это такой стиль — решила не заморачиваться Настя. Все равно на работе меня ценят не за внешний вид, а за мозги.
Между тем, подруги успели влететь на небольшую станцию и заскочить в предпоследний вагон. Проводница захлопнула двери. Паровоз опять протяжно свистнул, из трубы повалил густой дым и состав тронулся.
Вопреки ожиданиям, нашлось целых два свободных сиденья, на которые Настя с Жекой и плюхнулись.
За окном постепенно светало, но в вагоне было темно. Книжку не почитаешь. Только и остается, что либо болтать ни о чем, либо на пейзажи за окном любоваться.
Говорить девушкам не хотелось. Жека полезла в свой рюкзачок с пришитыми миленькими ушками и достала два бутерброда. Один дала подруге, другой тут же укусила.
— И как тебе времени хватает? — подивилась Настя. — я едва успела одеться, а ты и прическу сделать всегда успеваешь и перекусить прихватить.
Подобный разговор между подругами происходил не первый раз, поэтому Жека лишь пожала плечами и захрустела листьями салата, зажатыми между ломтями хлеба.
Тем временем, за окном поля и сады сменились темными силуэтами заброшенных многоэтажек. Когда-то люди предпочитали жить в городе, в этих странных человейниках. На деревенских же презрительно фыркали. Но когда случился электрический коллапс, то все поменялось местами.
Подумать только, люди когда-то боялись ядерной войны, или что нефть и газ вдруг кончатся. А в итоге все ядерные заряды так и ржавеют в бесполезных шахтах. Нефти и газа еще полным полно, только добыть их стало крайне сложно. Ведь цивилизация лишилась одной вещи, про которую все думали, что она бесконечная и что откуда-нибудь то мы ее достанем. И имя ей было – электричество.
30 лет назад, после серии непонятных вспышек на солнце, на всей планете перестал проходить электрический сигнал. Исчезли все формы электричества, даже статическое, кроме одного – того, что внутри живых организмов. Мозг все еще мог подавать сигналы мышцам, но сколько бы люди ни крутили генераторы, электрических полей не возникало.
Буквально за день, люди лишились всего, к чему так привыкли: телефонов, компьютеров, освещения, … Да что там освещения, машины ездить перестали. На свечах зажигания больше не возникало искры, нечему было поджечь горючую смесь в цилиндрах двигателя. А аккумуляторы превратились просто в тяжелые ящички, не дающие никакого заряда.
Паника тогда была жуткая. Кто-то кричал, что началась война, кто-то – что все это пришельцы. Власти сами были в растерянности, да и как-либо успокоить людей не могли. Ни телевизоры, ни радио больше не работали. То тут, то там, раздавались крики «мы все умрем!». Но ничего, выжили.
Люди поколения постарше, вспоминают то десятилетие с содроганием. Но молодёжь, изначально обходившаяся без всех электрических приспособ, не заставшая голода и массовых миграций – чувствовала себя не так уж и плохо.
В городах, правда, сейчас мало кто живет. Если улицы еще можно освещать газовыми фонарями, но костер в квартире на разведешь, а газовой плиткой ее не отопишь. Поэтому, основное население живет в поселках-деревнях, а в город ездит по работе или на учебу, как Жека.
— Благодаря таким, как она, цивилизация еще и не рухнула, — с легкой завистью подумала Настя. — учится на биоинженера, после учебы подрабатывает, строит планы на жизнь, все успевает. Болтает немного, зато если что решила, то сразу делает. А я… только и могу что работать одним мозгом.
Про мозг было чистейшей правдой, без преувеличений. С потерей внешнего электричества, ряд сфер откатился в начало 20 века. Вычисления велись на абаках и логарифмических линейках, тексты печатались на добытых со складов печатных машинках. Вновь началось разведение почтовых голубей. Но отката в каменный век, как истерили поначалу, разумеется, не произошло.
Вскоре ученые нашли способ применять органику для генерации и проведения электричества. Разумеется, о механизмах речи не шло, но небольшие токи и замену микроэлектронике создать удалось. Не сразу, конечно, но за 30 лет достижения были значительными.
Так, примерно десяток лет назад научились использовать человеческий мозг для проведения всех тех же вычислений, для которых ранее требовались компьютеры. Силенок одного человека, было недостаточно, но если собрать сотню даже средних граждан, погрузить их в альфа-состояние, да соединить их мозги параллельно… получался вполне производительный нейро-компьютер. Даже название придумали для таких работников, сдающих свои мозги ежедневно в аренду на рабочий день – брэйнеры.
Именно на такую работу Настя и устроилась. Утром она добиралась в рай центр Кринжгород на паровозе, заходила в пафосное здание Мозгового центра, у входа которого даже днем горели газовые фонари. Проходила в зал с удобными полу-лежачими креслами и укладывалась на одно из них.
На голову каждому брэйнеру надевалась специальная шапочка, напоминающая большого слизняка. Собственно, она и была живым слизнем, не имеющим своих инстинктов. От каждого слизня тянулись то ли ветки, то ли щупальца к серой массе, пульсирующей по центру помещения.
Все что дальше требовалось от Насти – смотреть сны в полудреме и не мешать оператору.
Усталость к концу рабочего дня накапливалась дикая, поэтому вечером брэйнеры заходили в ближайшую пивнушку выпить чего-то не очень крепкого (чтобы мозг к утру был способен работать), а затем, садились на вечерний поезд и по домам.
Но в этот раз, по завершению смены, в зал зашел управляющий.
— Всем внимание, у меня объявление. С завтрашнего дня, мы будем постепенно сокращать штат брэйнеров. Носиков, Коваленко, Зухтар, - вы сегодня отработали последний день. В канцелярии получите расчет и выходное пособие. Завтра приходить не нужно.
С этими словами управляющий развернулся и ушел, не обращая внимания на растерянный гул подчиненных.
Что бы ни думал каждый из работников, возмущаться никто не решился. В конце концов, Мозговой центр может хоть каждый день полностью менять штат сотрудников. Мозги есть у всех людей. Любого с улицы возьми, и он справится с работой. Ладно, допустим не любой. И чем лучше развит мозг, тем больше будет эффективность. Настя гордилась тем, что ее показатели были одними из лучших в отделе логических вычислений. Но все же она понимала, что не делает чего-то уникального.
Возвращалась домой Настя в крайне скверном настроении. Когда она поделилась с подругой свою печалью, Жека покачала головой:
— Похоже они закончили эксперименты и начали их внедрять…
— Что внедрять?
— Искусственно выращенные мозги. Я еще год назад тебе из журнала зачитывала. В лаборатории удалось вырастить отдельно человеческий мозг. Сначала были проблемы чтобы он не дох вне пробирки, но похоже они и с этим справились…
— О чем ты говоришь! Как какой-то выращенный в колбе кусок мяса может заменить человека?
Жека вздохнула:
— Не то, чтобы мяса, мозг состоит… — но тут она заметила недобрый взгляд подруги и быстро продолжила. — Ладно, не важно. Я понимаю твою печаль, Настя, но такова реальность. Искусственному мозгу не нужно платить зарплату. Он и работать может 16 часов в сутки. Только поддерживай правильно его жизнедеятельность. Оборудование дорогое, но чем больше мозгов к нему подключить, тем выгоднее получается… Я не для того, чтобы тебя пугать говорю. А к тому… может тебе пора другую работу начать искать? Пока еще время есть.
— Да где ж ее взять, другую работу, — насупилась Настя. — Я же ничего не умею особого делать. Да и разве тебя саму не заменят эти… мозги из пробирки.
— Не думаю. — отозвалась Жека. — Мозги - это только инструмент. Кто-то должен ставить задачу, готовить белковые программы, сводить результаты. Мне еще год до выпуска, но как закончу, еще лет на 7 мне работа точно будет. А там посмотрим, может еще какую новую профессию освою. Что к тому времени нужно будет.
— Завидую я тебе. — Настя закусила губу и отвернулась к окну, мимо которого плыл заброшенный спальный район старого города.
— Не надо, Настюш. Я тебе сама всю школу завидовала, как у тебя ловко выходило на ферме управляться и руки к тебя из плеч растут, а не из жопы как у меня. Если уж я нашла чем заняться, то ты тем более справишься, даже в нашем селе. Только не надо больше задешево сдавать свой мозг в аренду, давай что-то стоящее тебе лучше поищем?
Настя, подумав, кивнула. Менять привычную жизнь ой как не хотелось, но раз жизнь дает пинка под жопу, чем это не повод пока летишь осмотреться?
---
Алексей Жемчужный