Я решил, что единство должно быть с парнями...
Последнюю неделю активно едут, снова, колонны карет "скорой помощи", бывает по 10-15 штук...
Дело в том, что рядом аэродром Чкаловский, именно туда вечером и ночью привозят раненых, тяжелых раненых. Еду в вечером на работу, встречаю колонны, что мчат встречать наших. Часто возвращаюсь назад уже под полночь, летят груженые вереницы машин с нашими ранеными...
Мы стоя в пробках, прижимаясь, пропускаем их!
Кто о чём думает, я не знаю, но мне больно... И вот благодаря нейросети: https://suno.com/invite/@halfspeedcowbell261 получилась песня на мои стихи! Мне кажется ... хорошая песня!
Я же вам напомню...
_______
Сентябрь 2022 года...
Шел дождь, а я ехал на работу...
Я еду на тренировку всегда вечером, вот такая у меня работа.
Выезжаю на Щелчок. Стоя на перекрестке наблюдаю, как садится очередной Ил-76 на Чкаловский, благо аэродром рядом!
Моросит дождь, дворники вжикают по лобовому стеклу. В потоке машин мы едем в сторону Москвы.
Слышу вой сирен, пропускаю, прижимаясь вправо, колонну реанимационных автомобилей скорой помощи, что на предельно возможной скорости везут в Бурденко — братишек.
На душе гадко и больно, потому что мы, те кто постоянно ездит здесь знаем, что это наших тяжелораненых бойцов привезли оттуда...
Так было, когда случилась жопа в первые дни СВО, потом при штурме Северодонецка и вот снова Харьковское направление.
Вечером вчера узнал, что умер ночью Иван. Боролись врачи до конца, привезли в Москву и вот, снова геройский старший офицер ВС РФ ушел туда, где мы будем все, но в разное время. Ушел воином, приняв осознанный выбор прикрывать своих, несмотря на звезды на погонах и должность.
А я ехал на работу и не думал, что рядом в реанимобиле едет тот, кто когда-то молодым ушастым летехой просил показать ему, а как лучше выполнить данное действие, а потом уже матерым майором заносил "пять капель" уважения и мы долго общались на разные темы, включая военные и мордобойные.
Теперь он там!
Увидимся братишка!
Шел дождь, а я ехал на работу...
___________
2024 год... октябрь... я снова ехал на работу...
Я снова ночью не сплю.
Гул «бортов» мне спать не даёт…
Они снова привозят в Москву,
Тех «тяжёлых», кто вновь не умрёт.
На дороге мчат «скорые» вдаль,
Восемь, десять, пятнадцать «карет».
На асфальте и небе лишь хмарь,
И надежды в душе тает свет…
Снова где-то лютует война,
Смерть нещадно лупит косой…
Забирая парней навсегда,
Часть из них Илы возят домой.
Мы обычно, сидя в авто,
В пробке, с музыкой, сами в себе,
Часто видим этот поток
«Скорых», мчащихся, тут… на Щелчке.
Часто ты увидишь их, друг,
Что сигналят, несутся туда.
Где израненный брат или друг,
Ждёт отправки в Бурденко… себя!
Я рыдаю и жмусь, пропустив
Два десятка «врачебных» машин.
И молю – оставайся ты жив,
Среди раненых воинов-мужчин
Ты добрался, ты выжил, дыши.
Ты же смог доползти до своих.
Значит чудо свершат и врачи,
Будешь бегать, плясать за двоих.
Верь в себя и прости воин нас,
Мы тут в пробке стоим каждый день.
Провожаем израненных вас,
Да, ругаемся мы на мигрень…
Едет «скорых» автопоток.
Значит где-то опять боль и смерть.
Ну, а мы средь московских дорог,
Едем, чтобы на ужин успеть…