Глава 2. Комета Шафрана.
Наступил 2024 год - год Дракона. Для меня этот год является не просто проходным в двенадцатилетнем цикле очередного оборота каждого зодиакального знака, но этот год в моём становлении явился с вопросом более глобального цикла - пятикратного двенадцатилетия, когда подступает к каждому человеку время собирать камни.
Меня зовут Александр Ерохно. На Земле я сейчас живу в России в южном городе Краснодаре, где собственно и был рождён 60 лет тому назад. Я женат, имею пятерых детей. Вот, собственно, и вся информация о моём гражданском статусе, которой, на мой взгляд, достаточно для общего понимания об авторе данной книги.
Что касается моего космического статуса, то по зодиакальному происхождению я рождён в знаке Рыб в год Дракона. Вот и всё досье для пытливового читателя с предваряющими вопросами: кто таков, откуда взялся со своим проектом "Космические шахматы" и вообще: зачем, и почему всё это?
Толчком к зарождению проекта с полным названием "Космические шахматы от Александра Ерохно" явился прилёт кометы в наш железный квартирный почтовый ящик в виде научно-популярного журнала "Наука и Жизнь" за № 3, 1979 года . Да, в те далёкие для современной молодёжи времена в Советском Союзе многие и многие семьи подписывались на периодическую печать в виде газет и журналов по различной тематике. Всё, что сейчас люди качают с интернета через компьютер, даже с карманного телефона, в режиме нон-стоп, в те благословенные времена доставлялось на дом почтальонами Почты СССР в виде белоснежной и часто не очень, но не редко красочной печатной продукции. Это была другая информационная эпоха, неповторимая и прекрасная в своём оригинальном технологическом и тактильном восприятии. Наша семья выписывала стабильно около пяти газет и порядка 8-12 журналов в разные годы, и мы были одной из многих семей среднего советского класса, члены которой с трепетом ожидали новые, вкусно пахнущие, журналы, внезапно появляющиеся в нашем почтовом ящике каждый месяц в разные случайные дни.
В конце марта 1979 года мы получили очередной номер общесемейного журнала "Наука и жизнь". В этом журнале и отцу, и маме, и мне, и даже моей бабушке всегда было чего научно-познавательного почитать, поэтому сей толстый журнал и считался у нас общесемейным. И вот, однажды, тем самым мартом 79-го, с этим журналом прилетела далёкая неизведанная шахматная комета. Ядром той кометы лично для меня, восьмиклассника средней общеобразовательной школы, явилась небольшая, но ёмкая по своему заряду шахматная статья о так называемых двух вариантах "шестигранных шахмат", разработанных в первой половине XX века, авторами Владиславом Глинским и Исааком Шафраном. Это были фантастические предложения шахматных игр на дотоле неизвестных для меня шестиугольных досках с шестиугольными клетками.
Проект польского разработчика Владислава Глинского базировался на равностороннем шестиугольнике с 91 сотовой клеткой. Да, непривычные 6-угольные игровые пункты (клетки) той шахматной доски были набраны в геометрии рисунка пчелиных сот или поверхности осиных гнёзд, которые мы нещадно разоряли в сараях и на чердаках у своих бабушек, когда нас родители сплавляли на каникулы в деревню во времена своих сессий в институтах, или просто без объяснения причин, чтобы отдохнуть от наших детских будничных домашних закидонов.
Второй проект Исаака Шафрана был тоже на шестиуголке, но уже на 70-клеточной доске, слегка усечённой по бокам, где периметр общего шестиугольника шахматной доски уже был неравносторонний. И тот, и другой шахматный проект был для меня космическим, как по общему виду, так и по содержанию. Прежде всего поражала сама мозаичная структура игровых клеток. Мало того, что она была набрана из шестиугольников, а не из привычных нам квадратиков, но там ещё на этой сетке с чёрными и белыми клетками в равной пропорции отсвечивали и 6-угольнички серого цвета. Шахматные фигуры стояли на тех досках все обычные,"нормальные", то есть, классические, и это уже хорошо. Их количество на обеих досках было понятным и привычным - как в "нормальных шахматах". Однако, позвольте, господа (тогда товарищи ещё были), позвольте! Ба, да тут, что в том проекте, что в другом почему-то в каждой фигурной дружине аж по три Слона! Начинаем вчитываться в текст статьи, а там разъясняется, что Слоны-то в обычных шахматах ходят по диагональным дорожкам и да, конечно же, мы это знаем и так, без ваших уточнений. А раз так, то и на этих сотах Слоны должны путешествовать тоже по диагональным направлениям. Так-так-так... А как же тут находить диагональные дорожки, если шестиугольные клетки на такой гексагональной доске (там я впервые узнал название такой структуры)... если такие клетки соединены между собой только сторонами, а углами нет! Не позволяет геометрия гексагональной сетки клеток плотно контактировать между собой своими углами, как квадратным клеткам на "нормальной" 4-угольной доске. Ведь у нас до этого был полный порядок в головах. Все квадратные клетки доски контактируют меж собой кратно одинаково и сторонами, и углами. Всё у нас было в голове хорошо и упорядочено с шахматами. Ладно, придётся читать текст внимательно, с чувством и расстановкой.
Однако, как же всё здесь так красиво! Интересно! Вот, эти рисунки необычных шахмат и уже хочется бежать в папин гараж и срочно делать живую новую, необычную, но настоящую шахматную доску. Нутром чувствую, что это тоже будут настоящие шахматы. Они красивы, интересны, они просто какие-то "дастиш-фантастиш" !! (романо-герм. рус. сленг).
Особенно красивым и безупречным по внешнему виду показался мне проект нашего советского соотечественника Исаака Шафрана... Нет, это не потому, что Владислав Глинский не совсем наш, и ... поляк-заграничный, просто Шафран-проект оказался уж совсем-совсем похож по построению фигур на близкий всем нам плотный строй фигурок в наших "родных" простых шахматах на квадратной доске. Там внове только третий Слон и девятая пешка. Так и у Глинского с количеством фигур всё так же, но построены они как-то совсем уж по-воздушному, как-будто уже началась игра. Что-то тут не так, дружище. Что же делать? Какую доску первую бежать в гараж срочно рисовать-пилить-клеить?
С одной стороны доска Глинского равносторонний правильный шестиугольник, это безупречная геометрическая форма и тут никак не подкопаешься. Зато у Шафрана доска подрезана по бокам, а это уже как-никак минус. С другой стороны у Шафрана фигурки построены безупречно красиво и фланги фигур защищены обрывом доски - и это бесспорный плюс, точно такой же, как и в обычных шахматах - классический стандарт построения.
Тогда ещё, с той первой подачи материала тех самых авторов, пешки в обоих вариантах шахмат ходили в безударной фазе строго "прямо вперёд" аки в "нормальных шахматах" в одновекторном направлении - всё по шаблону. Вот потому шахматы Шафрана уже при первом сравнении стартовых построений двух проектов мне смотрелись более логичной конструкцией.
Ладно, почитаем, что там пишут дальше ... Так-так-так, ну-ка, про диагонали ... Ага, хотите, не хотите, а диагональные связи на сотовой доске будут осуществляться через ниточки между сторонами соседних клеток. Так, понятно... и очень даже прикольно (мы тоже в те времена легко пользовались модным сленгом). И да! Действительно прикольно! Фантастика!! Как интересно и красиво рулит Её Величество Геометрия. А я чего-то её в школе подзапустил и уже тогда в 8 классе скатился на тройку ... и уже почти-что не люблю её на тот момент, а иногда и ненавижу, не выучив урок. А может всё-таки люблю немножко? Ведь я люблю шахматы! А значит и госпожу Геометрию надо возлюбить по-новому.
Всё! Побежал в папкин гараж! Там всё есть: и ватман, и фанера, и лак, и инструмент - там всё есть у нас с папкой, чтобы сбацать любую доску. И буду я делать доску Шафрана на 70 клеток! Да, усечённый по бокам шестиугольник неправильной формы... но это совсем немножко и сильно в глаза не бросается, зато какое построение фигур! Красота! Но... Но - это главный аргумент в пользу выбора.
В те минуты я тогда прочитал, что пешки у Владислава Глинского должны ходить ударным ходом, со взятием, " наискосок" - через сторону клетки, а не через углы, по диагонали. Не по диагонали, друзья, о которой мы только что получили свежие разъяснения в описании, а ... по ортогонали!
Я уже мысленно побежал тремя Слонами по белым, чёрным и серым дорожкам через связующие ниточки, и вот мне нужно уже реально бежать в гараж по ниточкам бугристых дорожек через мартовские лужи, чтобы не промочить босы ноги в кедах. А у Глинского видите ли, какой-то пешечный ударный "наискосок", и не по диагоналям пешечке рубить там задумано... а по ортогоналям наискосок.
"Это чё за приколы ?! На фиг, на фиг Глинского ... Шафран рулит верно ... у него и пешки рубят как положено - у него и фигуры стоят нормальненько", - бормотал 15-летний восьмиклассник, несясь в гараж через кочки и лужи на серопольном Слоне.
Свою первую сотовую доску я сделал в тот вечер от распила фанерки до раскраса, поклейки и пролачки за 3 часа .
Вот такая комета в научно-популярном журнале за № 3, 1979 тогда залетела в наш дом, а потом и взорвалась в нашем гараже.
Уже буквально на следующий день я настолько заинтриговал с утра своего другана, одноклассника, что нам пришлось соскочить с третьего урока, и уже через пол-часа мы расставляли фигуры с тремя Слонами на фантастической сотовой доске с игрой Исаака Шафрана.
Ещё доска не высохла от нитро-лака (наверное он не совсем был нитро), и прилипали к сотам фигуры, как к мёду, а мы всё резались и резались до позднего вечера в гараже, пока нас не накрыли родители. Вовкина мать подняла панику, а моя мама ещё в школе задерживалась на каком-то очередном педсовете, и не была в курсе происходящего: кто, где и как? Ближе к 9 вечера мамы устроили панический созвон-перезвон, а около одиннадцати нас "отыскал" мой отец, там же нас с Вовкой для порядка отподзатыльничал, и впоследствии, наверное минут через 10, умиротворил матерей благой вестью.
В тот вечер мы поклялись с корефаном друг другу, что будем всю жизнь играть только в такие шахматы.
Надо сказать, что в те времена друзья и товарищи моего отца довольно часто собирались небольшими компаниями поиграть в шахматы в своих гаражах и обсудить за шахматной доской свои насущные проблемы взрослых мужей. Наш гараж в этой теме не был исключением. К отцу часто приезжали из разных частей города близкие друзья и мне всегда было чертовски приятно подсматривать за их безудержными баталиями. Там было рубилово по-взрослому с эмоциями, невзирая на ранги и звания. Смех, спор, отборные обороты великого и могучего перемежались с бесконечными затяжными минутами глубочайшей тишины настолько атмосферно в их замкнутом взрослом космическом пространстве, что зачастую невозможно нам было спокойно, без палева, просочиться меж их схваток в гараж, чтобы выкатить просто мопед ... быстро, тихо и скромно. Более двух-трёх минут отец во взрослой шахматной компании нам с другом, как правило, не выделял времени на "поздороваться". И каково же было наше разочарование, когда мы с Вовкой, построив шахматы с тремя Слонами на сотовой доске, предложили рассмотреть новую игру моему отцу с его закадычным другом, дядей Женей, доцентом одной из кафедр политехнического института, когда они с интересом взглянули на чудо-дивное и после нескольких перемигиваний меж собой сказали:
- Ну, молодцы! Играйте пацаны. Научитесь хорошо у себя там, потом и нас подтянете, а пока - марш из гаража! Не отвлекайте. Нам ещё надо ряд вопросов обсудить.
С этим посланием выдали нам мопед, дали "на бензин" и затворили воротину. А мы с Вовкой, со словами: "Динозавры ... а ещё доцентом называется ... и батя твой, Саня, извини, всё-таки прораб... ", - укатили на гремучем мопеде с двиглом от "Минскача" в местный вечерний Космос на крыльях бесшабашной юности.
В дальнейшем, со второй моей попытки уже дома расположить отца к "необыкновенному чуду", ни приватный заговорщический подъезд мой, ни сотрясание статьёй в журнале, ни третий Слон, ни соты (хотя папаша мой в душе был пчеловод), так и не возымели успеха. Разок отец со мной сыграл в "вот это", и во все другие разы мы продолжили с ним играть в редкие воскресные деньки только в обычные классические шахматы. С другом Вовкой тоже, изменив клятве, стали играть всё чаще в классику и вышли на паритетную основу розыгрышей примерно 50/50 , а ведь обещали , что ни-ни! Через три года нас Родина позвала вступить в ряды вооруженных сил СССР и мы разлетелись кто куда.
С той поры я больше ни к кому не приставал со своей безумной доской на протяжении 20 лет, но она всегда лежала у меня под рукой, сопровождала меня всюду в новых переездах по учёбе и работе. Она была моим тайным талисманом. Это была уже изрядно потрёпанная, выцветшая старая фанерка с еле различимыми сотами и неизвестно зачем однажды свалившаяся на мою голову. Да, я, играя на соревнованиях в армии и в училище в нормальные шахматы, не особо радовался победам и грамотам, а думал про себя в сердцах: "Какие же дураки вы все: и те, у кого я выиграл, а ещё больше те, кому я проиграл, потому что все вы роботы-спортсмены, а я нет. А кто я? А я обладатель секрета, великого шахматного секрета, в котором мне предстоит скорее всего рано или поздно разобраться. И как трудно, и как жаль, что на горизонте нет попутчиков. Все, или узколобы до изнеможения, или наоборот - широкий лоб до профессорского звания: кандидат на мастере спорта сидит, да чемпион на претенденте местного разлива сидит и погоняет. А с кем простому русскому парню поговорить, порассуждать о других шахматах... о космических ?!"
Вот уже в те времена стал зарождаться мой личный шахматный Космос.
... продолжение следует ... см. главу 3 - https://dzen.ru/a/ZyZZX-N3AyomN42v