ГЛАВА 3. Выход на орбиту Солнца.
Изрядно помотавшись по стране в прошлом веке, я, наконец, вернулся домой в начале ХХI. Где-то в году в 2004-м, в пучине различных бытовых организационных вопросов, я всё чаще стал наведываться в гараж моего отца. Время и Космос тогда уже второй десяток лет как нас разлучили навсегда. Я тщетно искал на небесах ту звезду, где бы в её мерцании можно было хотя бы в одном блике увидеть добрую надёжную улыбку моего отца. Эх, батя, как мне тебя не хватало. Вот, среди инструментов и прочего гаражного добра, твои журналы и книги по пчеловодству. Вот на стеллаже укрыты древним покрывалом-скатертью твои два баяна, и рядом с ними спит о-о-чень боевая гаражная коробка с шахматами. Сыграл бы ты, как в прежние времена, на баяне и спел песню "Раскинулось море широко...", потом бы и в шахматишки рубанулись ...
шахмадетство
Папа меня стал приобщать к шахматам с 5 лет. Тогда, частенько после разминки шашками в "Чапаева", он всё чаще и больше экзаменовал меня по вопросу уверенного хода Конём. Он требовал, чтобы я безошибочно и на скорость в любой обстановке на шахматной доске скакал Конём чётко и без промахов на уровне своего детского подсознания, без пересчитывания клеток: две клетки прямо - и одна вбок, со всеми возможными вариациями. Когда я это дело, наконец, надёжно освоил, то отец предложил мне играть против него Ферзем, наделённым ещё и качествами Коня. Только так я начинал потихоньку у него выигрывать, а уже лет в 6-7 мне батя отказал в такой привилегии. Да, я опять стал проигрывать... но иногда и нет. Мне кажется до сих пор, что отец мне виртуозно поддавался, а я всё принимал за чистую монету.
Вспоминая его лучшего закадычного друга, дядю Женю, доцента, я поймал себя на мысли, что гараж необходимо превратить в научный. Так, однажды, в далёком детстве, меня папка взял в гости к дяде Жене. Они жили в частном доме и во дворе у них была времянка. На Кубани раньше строили дома с дополнительным отдельным домиком для отселения молодых, когда сын домой приводит молодую жену. Такой домик назывался времянкой. Ну, а так как его сын Генка пока ещё был далёк до женитьбы, то эта времянка была у них полностью заряжена всякими мужскими артефактами. Там вперемешку с подшивками научных работ и тубусами проектов от дяди Жени проглядывали со всех творческих пещер какие-то заграничные коробочки и пеналы. А с африканскими масками и чучелами птиц летали на рыболовной леске под потолками Генкины различные сборные модели самолётов, между прочим фирменные, и тоже из-за границы. По согнутым в дугу от перегруза стеллажным полкам среди диссертаций и непонятных книг стояли на боевом дежурстве танки, солдатики и ГДР-овские модели железных дорог. Это был фантастический....хотел сказать гараж... нет, именно тогда я услышал от дяди Жени и его сына Генки, что это есть их научный сарай. Хотя весь он был добротным кирпичным домиком на две комнатки с предбанником, но вот, почему-то, они его с особым выпендрёжем обзывали своим научным сараем. Да-а, ничего себе сарай! Я больше в жизни ничего подобного не видывал. Начинке того сарая позавидуют и сейчас многие лаборатории и библиотеки. Впрочем, здесь возможны в определённой степени и мои детские преувеличения из глубины прошедших лет, яркими фрагментами отложившиеся в памяти, но тем не менее там действительно было много всяких приборов, огромных красочных научно-технических альбомов в А2-м, а может и в А1-м формате, какие-то инструментальные наборы для всяких околоювелирных работ и прочего чеканно-краснодеревщецкого производства. Там ещё у них были какие-то огромные для меня сувенирные шахматы, которые отец с дядей Женей под впечатлением доброго вечера и долгожданной встречи расставляли возле окна на тумбочке, цокали языками и дружескими кубками, а играли за столом почему-то в обычные зачуханные фигурки. Много там было добра для настоящих мужчин, как отмечал мой отец.
И вот теперь, в 2004-м, я, покручивая в руках свою немолодую шестиугольную фанерку с сотами, принимаю решение поименовать наш гараж тоже научным и переоборудовать его в творческую мастерскую, хотя бы духом напоминающую атмосферу того научного сарая, где был всегда гостем дорогим мой отец. А наш гараж, соответственно, часто тоже принимал эстафету мужеской дружбы, где уже у нас с ответным "научным" визитом друг моего отца частенько принимал отдохновение от будничных реалий семейного и институтского бытия, разрешая любые вопросы мироздания за шахматной доской с моим дорогим отцом.
К тому времени я уже обзавёлся дополнительными гаражами для транспорта, расположенными по-соседству , и решил в этом папином, теперь уже "научном", гараже транспорт не парковать, а посвятить его, так сказать, научной деятельности, тем более, что в голове давно уже роились мысли и очень надо было что-то начинать предпринимать.
Современные технологии производства уже тогда шагали вперёд семимильными шагами.
Так я прибыл в одну из рекламных контор, заказал себе на часок их фирменного компьютерщика, и он под мою диктовку набрал макеты необходимых мне шахматных досок. На следующий день рулоны баннерных холстов с изображением шахматных досок я уже кроил для будущих фанерных и ЛДСП-шных основ. Наконец-то, у старенькой фанерки-бабушки, моего талисмана, появилась куча дочерей и внучек - молодых, ярких, сочных. Так я стал выходить на орбиту космических шахматных полётов. Появились гексагональные доски увеличенного размера от 102 до 127 клеток, появилась квадратная универсальная тетрагональная доска 12х12 на 144 клетки. На такой доске, разумеется, можно играть и в 100-клеточные игры, и тому подобные в меньшем и большем размере. Так, благодаря натурному образцу 144-клеточной доски, я стал задумываться о масштабных играх, в том числе с дополнительными фигурами. Но, сначала было "Солнце" (№199).
... продолжение следует ... см. главу 4 - https://dzen.ru/a/ZyZY7amrOzTT-Ga7.