Очень давно никто не смел, причинить Злу подобную боль. Мерзкая заноза, торчавшая в глазу, жгла, словно раскаленное железо, отчего метавшаяся в ярости туша вздрагивала, круша все, что попадалось под руку. Откуда этот проклятый человек смог достать камень служивший наконечником копью оно не представляло, но именно он причинял Злу наибольшие страдания. Собравшись силами, оно, наконец, смогло подцепить толстыми пальцами древко копья, и с диким ревом вырвав его из пустой глазницы, отбросило так далеко от себя, как только могло. Мигнув на прощание голубой огонек, исчез среди нагромождения битого кирпича и бетона, которое до недавнего времени было небольшим кварталом пятиэтажных домов. Оглянувшись на раскатистые удары грома Зло, уставилось на черные тучи, наползающие на разрушенный город, и недовольно скривилось, человек, судя по движению «метки» решил не оставаться на месте и теперь упорно двигался к противоположному краю руин. Почему-то от одной это мысли у Зла, подкашивались ноги, и не выдержав, оно село на землю прямо посреди учиненного разгрома. Неужели его владычеству приходил конец? Нет! Раздраженно стукнув кулаком, из-под которого, брызнула каменная крошка, Зло прищурило единственный глаз, буквально сверля им то направление, в котором пылала видимая только ему «метка». Пока оно живо ни человек, ни проклятый Демон никогда не добьются своей цели!
Чем дальше человек погружался в красные заросли «медных» деревьев тем спокойнее и увереннее себя чувствовал. Наконец-то можно было не оборачиваться каждые несколько минут из опасения снова увидеть за спиной тушу исполинской твари пробирающуюся сквозь рассыпающиеся дома. После затхлости пыльного городского воздуха лесная свежесть смешанная с запахом мокрой после ночного ливня травы казалась особенно сладкой, и дыша полной грудью, он быстрым шагом протискивался сквозь густо заросший подлесок. Правда, настроение слега омрачало отсутствие так и не вернувшегося лиса. Казалось, что то и дело, в кустах мелькал его огненно-рыжий хвост, но стоило повернуть голову как морок тут же рассеивался. Утреннее солнце приветливо искрилось в капельках воды, оставшейся после ночного дождя, которые оседали прохладной тяжестью на штанах проходившего мимо человека. Он спешил, сам не зная, почему, но спешил как никогда за все время скитаний по бескрайним лесным просторам, благо, что через некоторое время идти стало гораздо проще. Лес пересекала широкая колея бурой земли, наводившая на мысль об оползне, который сошел в сторону города, увлекая за собой всю мелкую растительность. Благодаря этому через пару часов человек уже потерял из виду небоскребы, заслоненные древесными кронами, почувствовав при этом странное облегчение. По пути он думал, что стало с тем, кто развел костер, который так взволновал его две ночи назад? Шел ли он этой дорогой и сможет ли человек догнать его? Да и вообще существовал ли тот, кто развел костер? Последние дни он явственно ощущал, что забыл что-то важное, что-то, что имело смысл, но как ни напрягался все как будто выло отгорожено от него непроницаемой стеной. Что если это он сам и развел этот костер, когда проходил через город в прошлый раз? Что если этот лес, и его путь всего лишь очередной круг, который он забудет, как только дойдет до его конца, превратив его тем самым в новое начало? И сколько уже могло быть подобных кругов? От подобных мыслей его прошибал холодный пот, предательски подкашивавший и без того скользящие в грязи ноги. То и дело в очертаниях очередной рытвины ему мерещились отпечатки ног, и замирая на несколько минут человек пристально вглядывался в землю в нелепой надежде рассмотреть, то чего там никогда не было. Наконец через практически шесть часов пути он, наконец выбрался из «красного» леса очутившись в густом ельнике, на границе которого лежал оставленный кем-то засаленный походный рюкзак.
Бросившись к нему, человек больше всего опасался, что рюкзак исчезнет, превратившись в пень или покрытый мхом камень, но подняв его с земли радостно рассмеялся, ощутив под пальцами грубую брезентовую ткань. Он пах костром, мокрой землей и чем-то еще неуловимым, но таким знакомым, будто его оставили здесь совсем недавно и если повернуть голову, то можно будет увидеть хозяина рюкзака выходящего из-за ближайшей сосны с вязанкой дров или котелком воды. Но, конечно же, никакого хозяина рядом не было и сколько человек не бегал среди деревьев он ни нашел больше, ни одного следа, как будто рюкзак просто упал с неба. Остановившись, и решив действовать рассудительно, человек присел на поваленный ствол и слегка подрагивающими руками с трудом открыл самое большое отделение, высыпав его содержимое себе на колени. Небольшая фляга, огниво, жестяные тарелка и кружка и наконец встреченная радостным возгласом толстый вязаный свитер грязно серого цвета. Надев немного засаленную одежду и вздохнув от приятного ощущения тепла человек еще раз обшарив рюкзак с сожаление вздохнув не найдя больше нечего полезного переложил в него свои немудреные пожитки. Внутреннее чувство подгоняло, не давая сидеть на месте, и поспешно закинув рюкзак за плечи, человек зашагал вперед.
Очнувшись от своего долгого сна, Демон погрузился в память носителя, распутывая его мысли словно моток пряжи. Если бы он верил в удачу, то мог бы наверное сказать, что им чертовски повезло, выйти из столкновения со Злом невредимыми. Его, в отличии от носителя, совершенно не удивило поспешное отступление раненой твари, тот камень, который человек подобрал в поземных коридорах, скорее всего, помнил зарождение этого мира когда ни о Зле ни о Демоне и уж тем более о людях еще никто даже не слышал. Такое оружие вполне могло нанести Злу серьезную рану. Улыбаясь, Демон представлял, что сейчас наверняка испытывает раздувшееся от собственного непомерного самомнения Зло. Быть раненным, когда давно привык считать себя неуязвимым неприятно, но еще более неприятно, когда такую боль тебе причиняет тот, кого ты привык считать не более чем подножным кормом или безмозглым членом, стада покорно следующим за тобой. Правда это вряд-ли сможет надолго удержать их врага на расстоянии. Зло точно не остановится, пока не поглотит носителя, и теперь оставшись без оружия, они стали очень уязвимы перед ним. Но Демона больше беспокоило не это, он явственно чувствовал что-то еще, что-то темное исходившее из небольшого пореза на руке носителя и погрузившись глубже в воспоминания Демон «вздрогнул» словно от порыва ледяного ветра. Алтарь, которого так недальновидно коснулся человек, когда-то служил для связи с теми, кого простой человеческий разум мог назвать только Богами. Бесконечно далекие от таких понятий как добро или зло сущности слушали молитвы людей, и принимая их жертвы, давали взамен небольшую толику силы, приобретая тем самым еще больше последователей. Оставалось надеяться, что им не аукнется этот кратковременный и неожиданный контакт и «вздохнув» Демон пришел к единственному возможному выводу, если он хочет чтобы миссия закончилась успешно, ему придется, скорее всего, еще раз вмешаться чтобы помочь своему носителю.
Чувство тревоги, чуть ослабевшее после ухода из городских руин, вернулось с новой силой заставляя человека буквально бежать. Воспоминание о нападении на заводе все еще жило где-то, поблизости заставляя вслушиваться в тишину леса, которую и дело пронзали раздававшиеся в отдалении шипение и шелест, в которых человек узнал звуки, которые наделся больше никогда не услышать – это были Тени. Его снова преследовали, правда, пока существа не показывались, держась на почтительном расстоянии словно лев подкрадывающийся к ничего не подозревающей жертве, скрываясь в высокой траве. Обернувшись от очередного хлесткого удара тонкой веткой по лицу человек успел заметить черный силуэт, скользнувший от одного ствола к другому буквально в десяти шагах от него. Это уже было через-чур и сорвавшись на бег, он лихорадочно крутил головой по сторонам в поисках хоть какого-нибудь намека на спасение. Решив рискнуть он свернул с тропинки притаившись в густых зарослях дикой малины. Сжав неведомо, когда выхваченный из-за пазухи нож человек почувствовал себя слегка увереннее, стараясь успокоить дыхание и бешено колотящееся сердце в тот момент, когда увидел первых из преследователей. Они шли полукругом, аккуратно обходя деревья, практически не издавая шума кроме тихого шипения напоминавшего шелест ветра в сухой осенней листве. Их было много. Слишком много для одного человека, вооруженного лишь самодельным коротким клинком, и стараясь не дышать он уже успел проклясть своё решение затаиться вместо того, чтобы искать спасения на открытом пространстве. Хоть и укрытый густой зеленой растительностью он почему чувствовался себя так словно выставлен на всеобщее обозрение. Как будто услышав предательские мысли один из сухих тонких силуэтов остановился в нескольких метрах от его неказистого убежища заставив человека затаить дыхание в надежде что его не найдут. Остальные Тени тоже остановились, вглядываясь в подлесок явно сообразив, что их жертва куда-то исчезла. Руку пронзила неожиданная боль и поморщившись человек опустил глаза вниз глядя на тяжёлые красные капли, текущие из забытого уже пореза на ладони. Одновременно с ними пришло ощущение чужого присутствия, как если бы кто-то смотрел ему в затылок. Затравленно обернувшись человек, конечно, не увидел ничего кроме толстых покрытых мелкими колючками стеблей малины и россыпи бледных поганок вольготно разросшихся в сырой тени кустов. От земли, которая казалась жадно впитывала принесенную в «жертву» кровь, постепенно стали подниматься небольшие молочно-белые усики тумана, который словно жидкость поднимался все выше пока не утопил весь лес в своей белизне. Притаившись человек обратился в слух пытаясь понять, что происходит кругом. Приглушённый шелест и недовольное шипение указывало на то, что Тени так же оказались слепы в этом тумане, как и он и снуя по кустам один из них чуть даже не наступил на руку своей так и незамеченной жертвы. Можно было подумать, что, прошла целая вечность пока их «голоса» и звуки шагов не растворились в белизне оставив человека наедине с практически полным безмолвием. Туман пожирал все звуки набиваясь в уши подобно вате и рискнув выбраться из кустов человек поневоле восхищенно вздохнул, оглядывая окрестности, превратившиеся в красивое и даже немного сказочное место. Если бы не постоянная мысль о Тенях с которыми в таком тумане он вполне мог столкнуться нос к носу человек мог бы даже наслаждаться неспешной «прогулкой» среди черных образов деревьев и кустарников плавно появляющихся из белой завесы лишь для того чтобы вновь раствориться в ней через пару шагов. Пригибаясь от птиц, которые, по ощущениям, пролетали так низко что касались его волос человек медленно шел вперед, стараясь больше полагаться на слух и чутко слушая окружавшую его тишину. Именно поэтому громкие тяжёлые шаги он услышал задолго до того, как земля в первый раз вздрогнула, отвечая на них протяжным низким гулом. Справа от него в воздух поднялась стая птиц громкими криками оповещая лес о приходе опасности и замерев возле очередного ствола человек обхватив руками старую испещрённую рытвинами кору вглядывался в белое море в тщетной попытке определить откуда шел звук шагов. Огромный черный силуэт он заметил сразу по тени, которая, закрыв свет солнца, превратила туман в грязно серую вату лишая его сказочного вида. Она медленно плыла по земле в так шагам и постепенно приближалась к человеку, в голове которого тревожным колоколом звенела лишь одна единственная мысль – бежать. Зажатый в слегка одеревеневшей руке ножик, который он так и не убрал в карман казался просто комичным на фоне размеров неизвестного существа, это все равно что пытаться зубочисткой пробить броню танка. Задумавшись о последнем слове человек тряхнул головой даже не пытаясь убежать от накрывавшей его исполинской тени. Если честно он очень сомневался, что обладатель подобного роста вообще сможет разглядеть его сквозь такую плотную завесу тумана, а если и сможет то не станет тратить на него своего времени, как человек не стал бы давить муравья которому вздумалось пересечь его дорогу. И действительно не сбавляя размеренных шагов исполинское существо прошло, мимо удаляясь вперед и сквозь облака человеку показалось что он видит покрытое свалявшейся грязно серой шерстью тело с непропорционально длинными руками, касавшимися верхушек деревьев. Ноги сами понесли человека, вперед хотя взгляд все так же оставался прикованным к неизвестному существу, вышедшему на прогулку в туманный лес, правда, все наваждение разом схлынуло когда оказавшийся под ногой корень заставил его сделать несколько неуверенных шагов и кубарем покатился на землю врезавшись в растущее на пути дерево. Потирая ушибленное место, он заметил быстрые силуэты Теней, пронесшихся прочь от фигуры исполина, как будто опасаясь, что их заметят, и раздавят. Мстительно улыбнувшись, он пожелал им как можно быстрее попасться по ноги гиганту и поднявшись с земли заспешил следом за темным пятном, ползущим по земле разумно полагая, что если Тени его боятся то безопаснее всего будет следовать за огромным существом тем более что оно двигалось в нужном ему направлении.
Лес стал совершенно новым неизвестным местом со своими звуками запахами и обитателями. Приноровившись к шагам гиганта волновавшими туманный поров человек довольно вольготно перемещался в его тени следя только за тем куда ставит ногу. В тумане пахло сыростью и немного растертой в руках грибницей от чего то и дело порывало чихнуть, правда человеку казалось, что стоит хоть немного громче начать дышать как неизвестная громадина тут же обратит на него свой взгляд. Иногда ему мерещилось что гигант был далеко не одинок, когда в туманной дали появлялись размытые очертание очередного исполинского тела, правда на проверку оказывавшиеся то раскидистым дубом, то стоящими рядом березами. Однако в тумане точно жили существа, которых он не видел в других местах леса. Вспугнутые страшной тенью исполина они проносились мимо человека лишь на короткий миг попадая в его поле зрения. Взгляд выхватывал лишь детали вроде распахнутых белесых глаз или раскрытых в безмолвном крике пастей, но складываться в общую картинку эти образы никак не хотели, как если бы что-то хранило рассудок человека от полного погружения в безумие. Несколько раз в вышине проносились темные силуэты, которые он сначала принимал за птиц, но позже различил у них большие кожистые крылья издававшие неприятные хлопки с которыми существа пикировали проносясь над верхушками деревьев. Через несколько часов, когда тусклый диск солнца, едва-едва пробивавшийся через туманный полог, достиг зенита гигант неожиданно свернул в сторону и остановившись человек нерешительно хотел было сделать несколько шагов следом, но быстро понял, что куда бы не шел непонятный исполин им точно больше не по пути. Слегка вздохнув от неожиданного чувства грусти человек продолжил свой путь через туманный лес.
Зло спешило. Никогда прежде оно не передвигалось с такой скоростью покрывая целые километры за несколько исполинских прыжков. Ненавистный человек уходил все дальше пока оно вынужденно было восстанавливать силы и топтаться в проклятых руинах людского города, заслонявших цель каменными стенами домов. Теперь наконец вырвавшись и оказавшись снова в лесу, оно, не разбирая дороги неслось вперед, буквально ощущая запах столь желанной добычи и победы. Когда землю стал окутывать туман Злу пришлось остановиться и стало словно гигантские мехи втягивать в себя воздух пытаясь понять, что происходит и откуда исходит это тревожное ощущения, которое оно так ненавидело - ощущение более сильной сущности от которого хотело забиться поглубже в нору. Впереди показался туманный силуэт от при виде, которого у Зла возникло желание сделать несколько шагов назад, гигант шел в ту же сторону откуда слышался запах человека от чего Зло в ярости заскрипело зубами. Да сколько же можно ему мешать! Можно было подумать, что сама судьба против того, чтобы Демон и его временный носитель попались в лапы Зла! Но оно не верило судьбу, оно не верило ни во что кроме силы и шумно дыша Зло постаралось успокоится чтобы случайно не привлечь к себе ненужное внимание и как могло крадучись двинулось вслед за своей жертвой.
Что-то явно было не так. Опасность, казалось, исходила отовсюду заставляя человека вжать голову в плечи и испуганно оборачиваться на малейший звук, доносившийся из тумана. Шаги исполина давно уже затихли вдали, и он начал опасаться, что Тени вполне могли вернуться чтобы продолжить преследование. Выбравшись из небольшого оврага, на дно которого он спускался с большой опаской человек прижался спиной к стволу ели, стараясь отдышаться и прийти в себя. Переменившийся ветерок принес собой очень неприятный запах, который ассоциировался с разрытой могилой от которого волосы на голове мгновенно встали дыбом, а тело, казалось, прошил электрический разряд. Так пахло на заводе как раз после нападения того страшного создания и как будто этого было мало человек явственно услышал хриплое дыхание, которое постепенно приближалось к нему. Резко оттолкнувшись от ствола человек спотыкаясь понесся в туман, совершенно не думая куда он бежит, а за его спиной раздавался треск и грохот валящихся деревьев. Скользя на мокрых камнях он буквально ввинчивался между деревьями не обращая внимания на ветки хлещущие его по лицу. Не смотря на то что он старался выжимать из своих уставших ног всю возможную скорость звук преследователя неумолимо приближался не оставляя надежды на спасение. Уподобляясь зайцу, он поминутно менял направление стараясь двигаться зигзагами пытаясь не поддаваться панике, которая билась в голове словно птица грозя полностью погасить сознание. Мимо пролетел силуэт вырванного с корнем дерева и громко вскрикнув человек метнулся в сторону поскользнувшись на куче палых листьев упал в грязь перекатившись через голову и замерев понимая, что теперь ему точно не выбраться.
Наконец-то! Зло торжествовало видя, как маленькая худая фигурка упала, взметнув за собой тучу грязно-желтых листьев. Теперь ему уже никуда не деться и наконец-то с опасностью, которую нес в себе этот человек будет покончено навсегда. Трясясь от злорадного хохота, оно тянуло свои руки уже практически чувствуя, как запускает когти во влажную плоть разрывая тело и отбирая у носителя ту силу, которую так жаждало заполучить.
Демон брезгливо отодвинул от себя огромные покрытые грязью раздутые пальцы и пружинисто поднявшись посмотрел в единственный сохранившийся глаз Зла усмехнувшись от читаемого в нем полного непонимания происходящего. Зеленоватая туша нависла над ним исходя паром от быстрого движения, а его похожие на корни задние конечности нетерпеливо стегали воздух словно в возбуждении от предстоящей бойни. Он видел его иначе нежели носитель, взгляд демона проникал глубже сквозь слои жира и гнилого мяса к самому центру в котором словно гомункул свернулась настоящая мелочная и порочная сущность Зла. Мрачно ухмыльнувшись, он перехватил вновь тянущуюся к нему руку Демон с силой потянул ее на себя одновременно вывернув сустав отчего необъятная туша рухнула на колени. У него было очень мало времени прежде, чем его сила, которую он высвободил для борьбы начнёт разрушать тело носителя. Слегка размахнувшись, он отправил кулак на встречу с челюстью ломая кость и заставляя тварь опрокинуться назад. Не останавливаясь ни на секунду, Демон перешел к нижним конечностям стараясь нанести как можно больше ущерба отчего чуть было не пропустил удар рукой наотмашь от силы которого взвыл сам воздух. Перехватив руку, он резким движением сломал ее и уже потянувшись к шее ненавистного врага неожиданно упал на одно колено, удивленно понимая, что не может подняться.
Скуля от боли по сравнению с которой копье человека теперь казалось лишь простой царапиной Зло пыталось отползти, подволакивая одну ногу и скребя землю вывернутой в суставе рукой. Вторя явно сломанная, висела плетью мешаясь, и вызывая при каждом движении новые взрывы боли в и без того разрывавшейся от нее голове. Будь проклят Демон ведь именно его холодный вытаскивающий душу взгляд оно разглядело по ту сторону человеческих глаз. Из-за сломанной челюсти Зло не могло даже кричать, издавая подвывающие всхлипы ожидая что вот-вот его настигнет завершающий удар, но его почему-то не последовало. Опустив глаза вниз оно заметило стоящего на колене человека. Нет не человека, Демона, тянувшегося рукой к его шее и смотрящего на Зло с такой ненавистью и гневом что, не выдержав этот взгляд оно ползло прыгало хромало и ковыляло лишь бы убраться подальше от этого беспощадного взгляда в котором читалась самая настоящая смерть. Оно не могло остановиться даже когда фигура человека скрылась за деревьями. Этот ненавидящий взгляд Демона преследовал Зло врезаясь в мозг острыми раскаленными гвоздями, заставляя беспомощно выть, лишая воли и остатков здравомыслия отчего необъятна туша продиралась сквозь чащу стараясь как можно быстрее раствориться в спасительном тумане.
Человек пришёл в себя в том же положении в котором отключился и сев бездумно уставился перед собой. Где он? Зрение слегка двоилось отчего в глазах все плыло. Неожиданно в голове прояснилось и вспомнив страшную тварь что буквально нависала над ним он с криком вскочил оглядываясь по сторонам в любой момент ожидая завершающего его жизнь удара. Туманный лес поражал своим безмолвием и ощущением беды которая разразилась только что изгоняя из этого места любое живое существо, обладающее разумом. В паре шагов от того места, где он упал земля была придавлена как будто нечто огромное повалилось, здесь расплющивая и вдавливая в грязь мелке сучья и листву. От этой мерзко пахнущей проплешины начинался след, тянущий назад в том направлении, откуда прибежал человек, и он ни за какие сокровища мира не стал бы проверять куда вела эта своеобразная тропа. Кулак слегка саднило и опустив глаза он, поморщившись коснулся содранной на костяшках кожи, хотя точно помнил, что до падения все было в порядке. Вообще он кране неудачно упал, все тело ломило так как будто он несколько дней перетаскивал бревна, а правое плечо болело, противно хрустя от каждой попытки пошевелить рукой. Нужно было двигаться, неизвестно куда делось то страшное создание и не наблюдает ли оно за ним прямо сейчас решив поиграть словно кошка с уже почти пойманной мышью. Сделал несколько неуверенных шагов, человек тряхнул головой, из которой казалось пропал тот «туман» что подсказывал куда ему идти и просто пошел вперед, время от времени пытаясь удержаться, хватаясь рукой за очередной услужливо подвернувшийся ствол. Ему казалось что он уже видит границу туманной пелены за которой начинается что-то другое как из-за его спины подул ледяной ветер заставившие его упасть и впервые за последние дни громко закричать от нестерпимой головной боли.
Демон умирал. Опять. Если, конечно, к подобной сущности можно применить подобный термин как смерть. Истратив все свои силы что бы противостоять Злу он даже рискнул выйти из тела носителя чтобы отогнать мерзкое отродье как можно дальше и вернувшись обнаружил пришедшего в себя человека практически на границе тумана. Демон быстро осознал, что его время в этом мире подошло к концу и теперь даже та малая часть что осталась окончательно исчезнет, растворившись в пустоте, из которой как он очень надеялся нет возврата. Но все же он ликовал потому что наконец выполнил то зачем оставался на грани жизни и смерти все эти годы наблюдая за тем как мир постепенно исцелялся после того что Демон называл не иначе как Катаклизмом. Говоря простыми словами Демон являлся ядром знаний накопленными поколениями, прошедшими перед его глазами и теперь вливая их в сознание носителя он очень сочувствовал человеку, к которому все же успел привязаться за дни, проведенные вместе. Он как мог старался защитить разум человека рассчитывая ли на то, что тот сможет побороть вероятное безумие. Ему придётся очень тяжело особенно первое время, но Демон почему-то верил что человек справится и сможет передать знания тем, кому они нужны тем самым не позволив угаснуть искре сознания, которая мешала Злу и тварям гораздо более страшным окончательно завладеть всем этим миром. Даже теперь он чувствовал взгляд Зла, которое в бессильной злобе скалило оставшиеся зубы там в туманной дали, оставалось надеться что оно не скоро придет в себя после этого поражения, но все же Зло останется здесь раз у Демона не хватило сил чтобы расправится с ним окончательно. Зло иррациональное по своей природе, еще наверняка не раз попытаться разрушить все что, по его мнению, может угрожать его власти. Правда это уже совершенно не волновало Демона как не волновал его туман, накрывающий его со всех сторон. Все что имело значение это чувство полной свободы что охватило сущность за секунду до того, как она исчезла.
Он кричал. Кричал как новорожденный со всхлипами втягивая в себя холодный осенний воздух лишь для того, чтобы через секунду выдохнуть его с новой порцией крика. Держась руками за голову человек был абсолютно уверен, что стоит хоть на секунду ее отпустить и она тут же разорвется от всей той информации что хлынула в голову человека с последним вздохом последнего Демона этого мира. Стоя на четвереньках, он не мог сдержать катящиеся из глаз слезы тщетно пытаясь осознать все что происходило с ним и не утонуть в накатывающем словно морской прилив безумии. Наконец сознание милостиво погасло, не выдержав образов и отголосков, наполнявших уши невообразимым шумом и человек мешком, рухнул на траву свернувшись в позе эмбриона совершенно безучастный к тому, что происходит с вокруг него.
Прошло не мало времени прежде, чем в лес, взбудораженный последними событиями, осторожно вернулись настороженные обитатели. Маленькая рыжевато-коричнева сойка, облюбовавшая для себя макушку высокой сосны, спикировала вниз что бы сорвать небольшой гриб унеся его потом в щель коры старой осины к другим своим запасам сделанными пред предстоящими холодами. Высунувшийся из норы, в которую он забрался, спасаясь от непонятной опасности и криков барсук недовольно поводил носом улавливая странный новый для него запах и выбравшись наружу заспешил в сторону близлежащего озерца в надежде на возможную добычу. На небольшую прогалину осторожно ступая и шевеля большими ушами вышел тонконогий олень, подозрительно разглядывая неподвижное тело, лежащее среди деревьев, от которого исходил запах дыма и еще чего-то знакомого и вызывавшего у животного неприятное предчувствие. Нетерпеливо перебирая ногами, он не решался подойти ближе, в отличии от мышей, которые вездесущими серыми комочками уже сновали по неподвижно лежащему телу стараясь заползти то в карман куртки, а то и вовсе под грязно серый свитер надеясь вольготно устроиться в теплом местечке. Неожиданно одна из них пискнув попыталась сбежать, но вылетевшая из кустов рыжая стрела тут же поймала ее, отправив в пасть щёлкнув напоследок острыми зубами. Лис внимательно оглядывал прогалину держа лапой еще одну извивающуюся добычу пока не наткнулся взглядом на неодобрительно покачивающего рогами оленя. Зарычав Лис выгнул спину заставив оленя раздраженно фыркнув скрыться в тумане напоследок, махнув небольшим пятнистым хвостом. Закончив с мышью Лис потянул носом воздух оглядывая двуного со всех сторон. Он сам не ожидал что окажется, здесь просто следуя за собственными инстинктами животное бежало по лесу пока не уловило такой знакомы аромат. Не в силах сопротивляться оно вновь оказалось рядом с этим странным двуногим и слегка покрутившись улеглось рядом шумно вздохну, внимательно поглядывая в разные стороны.
Очнувшись словно от дурного сна первое что, почувствовал человек был теплый бок лиса, который закрыв глаза лежал, рядом подсунув голову под его руку. Автоматически запустив ладонь в жесткую теплую шерсть он даже слегка зажмурился от такого осязаемого знакомого ощущения, казавшегося спасительным кругом в водовороте вспышек и образов, которые наполняли его сознание. Гладя, животное он понял, что лис не спал, из-под полу прикрытых век хитро косился на человека ярко оранжевый глаз. Зевнув и показав ему язык животное вскочило и слегка отпрыгнув потянулось и наклонив голову на бок смотрело на поднимавшегося со стоном спутника. Он чувствовал себя настолько разбитым как если бы, каждую кость в его организме вынули и как следует обработали палками после чего поместили обратно в тело. Поведя плечами, он отстранённо вспомнил о рюкзаке, брошенном в безумном забеге прошлого дня и постаравшись выпрямиться медленно пошел к кромке леса, окутанной туманом, за которым лежала его столь долгожданная и неизвестная до этого момента цель. Теперь он знал все.
Это началось давным-давно, когда человечество словно муравьи заполонили весь мир отбирая силой у природы все новые территории застраивая их своими каменными муравейниками тянущимися в небо в вечной наглой необходимости показать кто истинный хозяин мира. Но среди них как всегда находились те кто, жаждали власти и богатств, которые возвысили бы их над остальными. Борясь за привилегии, они не чураясь ни каких средств или методов считая что им все дозволено. Даже Демон, отдавший ему все знания, не знал кто первый нашел один из тех самых алтарей который человек видел в разрушенном городе. Наследие давно ушедших культур они притягивали тех, кто мог услышать их зов обещая силу и возможности столь желанные для некоторых. В темноте закрытых помещений собирались группы тех, кто представлял себя элитой тщательно отбиравшей кандидатов для приобщения к тайне. Некоторые отдавали за это все что у них было, друге шли на просто кошмарные преступления в попытке стать избранным и дотянуться до заветного кусочка власти. У алтарей они приносили жертвы и возносил молитвы пока наконец не обратили на себя внимание сущностей, живших за пределами известного человечеству мира. Постепенно культы и ложи ширились, захватывая все больше и больше умов и жизней, коверкая мораль и меняя ценности по собственной безумной прихоти извращая все доброе что оставалось в людях. Именно там впервые зародилось Зло, в темноте этих тайных собраний оно жило, питаясь человеческими слабостями и амбициями меняя образ своих последователей пока от них не остались лишь хищные тени, практически полностью лишённые человеческого сознания, озлобленные от понимания того, чего они лишились по собственной воле. Но несмотря на всю эту опасность Злу все равно поклонялись и служили пока в один из самых черных дней не разразился Катаклизм. Человек скривился от боли, когда в его голове вспыхнули яркие вспышки от взрывов ракет, сметавших целые города с лица земли и отбрасывавших человечество далеко назад в его развитии. Демон не знал было ли это влияние Зла или просто человеческая ненависть к себе подобным наконец достигла апогея взорвавшись огненным смерчем, пронесшимся по всей Земле. Зло наконец-то получило свой шанс и в полной мере воспользовалось им заняв огромный кусок мира, отгороженный незримой границей, на которой он как раз сейчас и сидел, тяжело упершись руками в колени и поглаживая устроившегося у ног лиса. Голова нещадно болела и казалось пульсировала где-то за глазами то успокаиваясь, то снова вгрызаясь в мозг с новой силой. Демон передал ему все знания, которыми когда-то обладали люди. Он знал принцип действия колеса и способ синтезирования сверхтяжёлых элементов для ядерного распада, мог точно описать как перепахать поле и как собрать ракету, работающую на жидком топливе. Большинство из этого он не понимал, но твердо знал, что поймет стоит ему лишь на секунду закрыть глаза и погрузиться в воспоминания, целой расы, которые ему доверила призрачная сущность хранившая их тысячелетия пока мир старался оправиться от последствия бездумной и беспощадной войны. Теперь перед ним стояла вполне четкая и понятная цель. Там за гранью этого тумана все ещё ютились остатки человечества старавшиеся сохранить то немногое что у них осталось и выжить в окружении бесконечно наступающего леса. Ютясь в руинах и небольших землянках общины, старались сохранить искры знаний делая вылазки в оставленные города, именно на следы подобных групп и натыкался человек вовремя свих странствий. Теперь у человечества есть шанс, призрачный, практически ускользающий, но все-таки шанс, если, конечно, он сможет выйти из леса. С трудом поднявшись он направился к последним деревьям, за которыми виднелись силуэты такие знакомые и манящие. Подняв голову и руку вверх, он с трепетом в груди различил звук, который уже не чаял никогда услышать.
Майя смотрела в туманную грань, за которой начинался проклятый лес, из которого последние пару дней раздавались странные звуки, от которых даже у матерых охранников сводило от страха внутренности. Мало того что теперь на границе леса клубился непроницаемый туман так еще и рев боли и страха, раздавшийся вчера ближе к полудню, заставил старейшин отправить на заставу дополнительных стражей в том числе и Майю, которая лишь несколько месяцев назад отпраздновала свой восемнадцатый день рождения. Они называли это место Гранью именно так с большой буквы подразумевая что она отделяла остатки мира людей от бесконечного леса, населенного тварями, монстрами и фанатиками, которые то и дело пересекали Грань чтобы попробовать оставшиеся людские заставы на прочность. Леса, в который за столь необходимыми припасами осмеливались ходить только самые отчаянные охотничьи партии, вооружавшиеся так как будто-то отправлялись на войну. Прижимая к плечу уже порядком ржавую винтовку, она вглядывалась в туман как будто-то бы различая движение на его границе. Это не могло предвещать ничего хорошего, там просто не должно было быть людей! Уже очень давно община не посылала своих разведчиков в руины старого города и оттуда точно никто не должен был прийти.
- Там! – Калеб смотревший в ту же сторону указал грязным покрытым копотью от костра пальцем в сторону стены деревьев.
- Где? Я не вижу? – Девушка, сощурив глаза пыталась понят куда указывал напарник.
- Вон! Там – Калеб уже целился вперед не сводя глаз с горизонта.
- Боги! – Непроизвольный крик вырвался из груди девушки, когда и она увидела выходящую из тумана человеческую фигуру резко вскинувшую голову видимо услышав ее. У ног человека медленно шел большой рыжий лис, придававший всему этому до нельзя нереальный и пугающий вид, особенно если вспомнить что за твари иногда приходили из этого леса по ночам. Незнакомец приветливо поднял руку, и девушка сама не осознавая почему опустила винтовку вниз.
- У него нет рюкзака! – Старший из их группы Икар смотрел на фигуру неуверенно теребя руками приклад автомата – Как можно выжить в Лесу без рюкзака? И откуда он вообще там взялся?
- Не знаю и знать не хочу! – Калеб прищурился, не поднимая глаз от прицела – Эй ты! Стой на месте или я тебе ногу прострелю! Ты не понял? Стой! Стой будь ты проклят! – Он был готов выстрелить, когда на его ствол легла женская рука опуская его. Мужчина неохотно подчинился и удивленно посмотрел на стоящую воле него девушку.
- Не надо – Майя не могла оторвать взгляда, от человека, который почему-то казался ей очень важным. Человека, который пришел оттуда, где больше не было людей. Человека пришедшего из-за Грани.Никогда за всю свою долгую жизнь Зло еще не испытывало такой ужасной боли. Мерзкая заноза, торчавшая в глазу, жгла, словно раскаленное железо, отчего метавшаяся в ярости туша вздрагивала, круша все, что попадалось ей под руку. Откуда этот проклятый человек смог достать камень, служивший наконечником копью, оно не представляло, но именно он причинял Злу наибольшие страдания. Собравшись силами, оно, наконец, смогло подцепить толстыми пальцами древко копья, и с диким ревом вырвав его из пустой глазницы, отбросило так далеко от себя, как только смогло. Мигнув на прощание голубой огонек, исчез среди нагромождения битого кирпича и бетона, которое до недавнего времени было небольшим кварталом пятиэтажных домов. Оглянувшись на раскатистые удары грома Зло, уставилось на черные тучи, наползающие на разрушенный город, и недовольно скривилось, человек, судя по движению «метки» решил не оставаться на месте и теперь находился в противоположном краю руин. Почему-то от одной этой мысли у Зла, подкашивались ноги, и не выдержав, оно село на землю прямо посреди учиненного разгрома. Неужели его владычеству приходил конец? Нет! Раздраженно стукнув кулаком, из-под которого, брызнула каменная крошка, Зло прищурило единственный глаз, буквально сверля им то направление, в котором пылала видимая только ему «метка». Пока оно живо ни человек, ни проклятый Демон никогда не добьются успеха!
Чем дальше человек погружался в красные заросли «медных» деревьев, тем спокойнее и увереннее себя чувствовал, наконец-то избавившись от необходимости оборачиваться каждые несколько минут из опасения снова увидеть за спиной тушу исполинской твари, пробирающуюся сквозь рассыпающиеся дома. После затхлости пыльного городского воздуха лесная свежесть, смешанная с запахом мокрой после ночного ливня травы, казалась особенно сладкой, и дыша полной грудью, он быстрым шагом протискивался сквозь густо заросший подлесок. Правда, настроение слега омрачало отсутствие так и не вернувшегося лиса, краем глаза он то и дело ловил в кустах мелькание его огненно рыжего хвоста, но стоило повернуть голову, как морок тут же рассеивался, оставляя в душе горькое чувство одиночества. Не спасало даже утреннее солнце искрилось в капельках воды, оставшейся после дождя, которые оседали прохладной тяжестью на штанах проходившего мимо человека. Он спешил, сам не зная, почему, но спешил как никогда за все время скитаний по бескрайним лесным просторам, благо, что через некоторое время идти стало гораздо проще. Лес пересекала широкая полоса бурой земли, наводившая на мысль об оползне, который сошел в сторону города, увлекая за собой всю мелкую растительность. Благодаря этому оглянувшись в последний раз человек уже не смог различить небоскребы, заслоненные древесными кронами, почувствовав при этом странное облегчение. По пути он думал, что стало с тем, кто развел костер, который так взволновал его две ночи назад? Шел ли он этой дорогой и сможет ли человек догнать его? Да и вообще существовал ли тот, кто развел костер? Последние дни он явственно ощущал, что забыл что-то важное, что-то, что имело смысл, но как, ни напрягался, не мог вспомнить, что именно, словно упираясь в высокую толстую стену. Что если это он сам и развел этот костер, когда проходил через город в прошлый раз? Возможно ли что этот лес, и его путь всего лишь очередной круг, который он забудет, как только дойдет до его конца, превратив его тем самым в новое начало? И сколько уже могло быть подобных кругов? От подобных мыслей его прошибал холодный пот, предательски подкашивавший и без того скользящие в грязи ноги. То и дело в очертаниях очередной рытвины ему мерещились отпечатки ног, и замирая на несколько минут человек пристально вглядывался в грязь в нелепой надежде рассмотреть, то, чего там не было. Наконец, когда солнце давно перевалило за полдень и начало свой неторопливый спуск к горизонту он, наконец, выбрался из «красного» леса очутившись в густом ельнике, на границе которого лежал оставленный кем-то засаленный походный рюкзак.
Застыв на какое-то время, и недоверчиво протерев глаза, человек бросился к нему, больше всего опасаясь, что рюкзак исчезнет, превратившись в пень или покрытый мхом камень, но подняв его с земли, радостно рассмеялся, ощутив под пальцами физическую грубость брезентовой ткани. Он пах костром, мокрой землей и чем-то еще неуловимым, но таким знакомым, будто его оставили здесь совсем недавно и если повернуть голову, то можно будет увидеть хозяина рюкзака, выходящего из-за ближайшей сосны с вязанкой дров или котелком воды. Но, конечно же, никакого хозяина рядом не оказалось и, сколько человек не бегал среди деревьев он, ни нашел больше, ни одного следа, как если бы рюкзак просто упал с неба. Остановившись, и решив действовать рассудительно, человек присел на поваленный ствол и слегка подрагивающими руками с трудом открыл самое большое отделение, высыпав его содержимое себе на колени. Небольшая фляга, огниво, жестяные тарелка и кружка и наконец встреченный радостным возгласом толстый вязаный свитер грязно оранжевого цвета. Надев немного засаленную одежду и вздохнув от приятного ощущения тепла человек еще раз обшарив рюкзак с сожаление вздохнув, не найдя больше нечего полезного. Переложил в него свои немудреные пожитки, и закинув рюкзак на плечи он, поспешно зашагал прочь от прогалины.
Очнувшись от долгого сна, Демон погрузился в память носителя, распутывая его мысли словно моток пряжи. Если бы человек мог его слышать, то точно вздрогнул от громкого радостного хохота, который не могла сдержать древняя сущность. Демона совершенно не удивило поспешное отступление раненой твари. Тот камень, который носитель подобрал в поземных коридорах, скорее всего, помнил зарождение этого мира, когда ни о Зле, ни о Демоне и уж тем более о людях еще никто даже не слышал. Подобное оружие вполне могло нанести Злу серьезную рану. И не переставая смеяться, Демон представлял, какие муки наверняка испытывает раздувшееся от собственного непомерного самомнения Зло. Оказаться раненным, когда давно стал считать себя неуязвимым неприятно, но еще более неприятно, когда такую боль тебе причиняет тот, в ком привык видеть, ни более чем подножный корм или безмозглого члена, стада покорно следующего за тобой. Правда это вряд-ли сможет долго задержать их врага. Зло точно не остановится, пока не поглотит носителя, и теперь оставшись без оружия, они стали очень уязвимы перед ним. Хотя куда больше Демона заинтересовало то, что он явственно чувствовал что-то еще, что-то темное и древнее исходившее из небольшого пореза на руке носителя и погрузившись глубже в воспоминания Демон «вздрогнул» словно от порыва ледяного ветра. Алтарь, которого так недальновидно коснулся носитель, когда-то служил для связи с теми, кого простой человеческий разум мог назвать только Богами. Бесконечно далекие от таких понятий как добро или зло сущности слушали молитвы людей, и принимая их жертвы, давали взамен небольшую толику силы, приобретая тем самым еще больше последователей. Если так пойдет и дальше, то Демон, пожалуй, начнет думать что такое зыбкое и неверное понятие как судьба, все же играет на его стороне, ведь как иначе можно описать то, что из всех мест в руинах города человек забрел именно в этот подвал? И то, что смог отразить нападение Зла? Да и вообще появился в этом лесу! Хмыкнув, Демон подобнее расположился в сознании человека решив, что для успешного завершения их миссии ему, похоже, еще раз придется вмешаться в дела этого занятного создания.
Чувство тревоги, чуть ослабевшее после ухода из городских руин, вернулось с новой силой, заставляя человека буквально бежать сквозь чащу. Воспоминание о нападении на заводе все еще жило где-то, поблизости заставляя протискиваться через заросший густым кустарником подлесок, не обращая внимания на царапины и налипшую паутину, которую он раздраженно то и дело смахивал с лица. Больше всего его нервировало раздававшиеся в отдалении шипение и шелест, в которых человек с запозданием узнал звуки, которые наделся больше никогда не услышать – именно так звучали Тени, вышедшие на охоту. Похоже, его снова преследовали, правда, пока существа не показывались, держась на почтительном расстоянии словно лев, подкрадывающийся к ничего не подозревающей жертве скрываясь в высокой траве. Обернувшись от очередного хлесткого удара тонкой веткой по лицу, человек успел заметить черный силуэт, скользнувший от одного ствола к другому буквально в десяти шагах от него. Сорвавшись на бег, он лихорадочно крутил головой по сторонам в поисках спасения и решив рискнуть свернул с тропинки притаившись в густых зарослях дикой малины. Сжав неведомо, когда выхваченный из-за пазухи нож человек почувствовал себя слегка увереннее, стараясь успокоить дыхание, и бешено колотящееся сердце в тот момент, когда первые из преследователей показались из-за деревьев. Они шли полукругом, аккуратно обходя стволы и буквально просачиваясь сквозь кустарник подобно дыму от костра, практически не издавая шума кроме тихого шипения напоминавшего шелест ветра в сухой осенней листве. Их оказалось много. Слишком много для одного человека, вооруженного лишь самодельным коротким клинком, который стараясь не дышать, уже успел проклясть своё решение затаиться вместо того, чтобы искать спасения на открытом пространстве. Хоть и укрытый густой зеленой растительностью он почему-то чувствовал себя так, словно выставлен на всеобщее обозрение. Как будто услышав предательские мысли один из сухих тонких силуэтов остановился в нескольких метрах от его неказистого убежища заставив человека затаить дыхание в надежде что его не найдут. Остальные Тени тоже остановились, «вглядываясь» в подлесок явно сообразив, что их жертва куда-то исчезла. Руку пронзила неожиданная боль, сморщившись и стараясь не застонать человек, перевел взгляд вниз на тяжёлые красные капли, текущие из забытого уже пореза на ладони. Одновременно с ними пришло ощущение чужого присутствия, как если бы кто-то смотрел ему в затылок. Затравленно обернувшись человек, конечно, не увидел ничего кроме толстых покрытых мелкими колючками стеблей малины и россыпи бледных поганок вольготно разросшихся в сырой тени кустов. От земли, которая казалась, жадно впитывала принесенную в «жертву» кровь, медленно стали подниматься тонкие молочно белые усики тумана. Увеличиваясь и сплетаясь прямо на глазах, они словно жидкость поднимались все выше, пока не утопили весь лес в своей белизне. Притаившись, человек весь обратился в слух, пытаясь понять, что происходит кругом. Приглушённые белым покрывалом шелест и недовольное шипение указывали на то, что Тени так же оказались слепы в этом тумане, как и он и снуя по кустам, чуть один раз даже не наступили на руку своей так и незамеченной жертвы. По его ощущениям, прошла целая вечность пока их «голоса» и звуки шагов не растворились в окружавшей белизне, оставив человека наедине с практически полным безмолвием.
Туман пожирал все звуки, набиваясь в уши подобно вате, и рискнув выбраться из кустов, человек поневоле восхищенно вздохнул, оглядывая окрестности, превратившиеся в красивое и даже немного сказочное место. Если бы не навязчивая мысль о Тенях, с которыми он вполне мог столкнуться нос к носу он мог бы даже наслаждаться неспешной «прогулкой» среди черных образов деревьев и кустарников, плавно появляющихся из туманной завесы лишь для того, чтобы вновь раствориться в ней через пару шагов. Теперь это было место теней и мутных образов, перетекавших одни в другой и менявшихся, стоило только подойти поближе. Пригибаясь от птиц, тихими силуэтами, пролетавших иногда так низко, что касались его волос, человек медленно шел вперед, стараясь больше полагаться на слух и чутко вслушиваясь окружавшую его тишину. Именно поэтому громкие тяжёлые шаги он услышал задолго до того, как земля в первый раз вздрогнула, отвечая на них протяжным низким гулом. Справа от него в воздух поднялась стая соек, громкими криками оповещая лес о приходе опасности, и замерев возле очередного дерева, человек обхватив руками старую испещрённую рытвинами кору, вглядывался в белое море в тщетной попытке определить откуда шел звук шагов. Огромный черный силуэт он заметил сразу по тени, которая, закрыв свет солнца, превращала туман в грязно серую вату лишая его сказочного вида. Она медленно плыла по земле в так шагам и постепенно приближалась к человеку, у которого в голове тревожным колоколом звенела лишь одна единственная мысль – бежать. Зажатый в слегка одеревеневшей руке ножик, который он так и не убрал в карман казался просто комичным на фоне размеров неизвестного существа, это все равно что пытаться зубочисткой пробить броню танка. Задумавшись о странном звучании последнего слова человек, тряхнул головой даже не пытаясь укрыться от надвигавшейся исполинской тени. Если честно он очень сомневался, что обладатель подобного роста вообще сможет разглядеть его сквозь такую плотную завесу тумана, а если и сможет то не станет тратить на него своего времени как человек не стал бы давить муравья которому вздумалось пересечь его дорогу. На свое счастье он оказался прав, не сбавляя размеренных шагов, исполинское существо прошло мимо, медленно удаляясь, и сквозь облака человеку показалось, что он смог разглядеть покрытое свалявшейся грязно-серой шерстью тело с непропорционально длинными руками, задевавшими самые верхушки деревьев. Ноги сами понесли человека, вперед, хотя взгляд все так же оставался прикованным к гиганту, вышедшему на прогулку в туманный лес, правда, все наваждение разом схлынуло, когда оказавшийся под ногой корень заставил его сделать несколько неуверенных шагов, и кубарем покатиться на землю, врезавшись в растущее на пути дерево. Потирая ушибленное место, он заметил быстрые фигуры Теней, пронесшихся прочь от фигуры исполина, как будто опасаясь, что их заметят, и раздавят. Мстительно улыбнувшись, он пожелал им как можно быстрее попасться по ноги гиганту и поднявшись с земли заспешил следом за темным пятном, ползущим по земле разумно полагая, что если Тени его боятся то безопаснее всего будет следовать за огромным существом тем более что оно двигалось в нужном ему направлении.
Благодаря гиганту лес вновь преобразился, превратившись в совершенно неизведанное место со своими звуками запахами и обитателями. Приноровившись к широким шагам, волновавшим туманный поров, человек, довольно вольготно перемещался в его тени следя только за тем, куда сам ставит ногу. В тумане пахло сыростью и слегка, растертой в руках грибницей от чего то и дело порывало чихнуть, правда человеку казалось, что стоит ему хоть немного громче начать дышать как неизвестная громадина тут же обратит на него свой взгляд. Иногда ему мерещилось что гигант был далеко не один, когда в туманной дали появлялись размытые очертание очередного исполинского тела, правда на проверку оказывавшиеся то раскидистым дубом, то стоящими рядом березами. Однако в тумане точно жили существа, которых он не видел в других местах леса. Вспугнутые страшной тенью исполина они проносились мимо человека лишь на короткий миг попадая в его поле зрения. Взгляд выхватывал из тумана лишь детали вроде распахнутых белесых глаз, чешуйчатых тел или раскрытых в безмолвном крике пастей, но складываться в общую картинку эти образы никак не хотели, как если бы что-то хранило рассудок человека от полного погружения в безумие. Несколько раз в вышине проносились темные силуэты, которые он сначала принимал за птиц, но позже различил покрытые густой шерстью тела с хищными чуть раскосыми глазами на приплюснутых мордах. Через несколько часов, когда тусклый диск солнца, едва пробивавшийся через туманный полог, достиг зенита гигант неожиданно свернул немного в сторону и остановившись человек нерешительно хотел было сделать несколько шагов следом, но быстро понял, что куда бы не направлялся исполин им точно больше не по пути. Слегка вздохнув от неожиданного чувства грусти, человек продолжил свой путь через туманный лес.
Зло спешило. Никогда прежде оно не передвигалось с такой скоростью, покрывая сотни метров за несколько исполинских прыжков. Ненавистный человек уходил все дальше, пока оно вынужденно было восстанавливать силы и топтаться в проклятых руинах людского города, заслонивших цель каменными стенами домов. Теперь, наконец, вырвавшись и оказавшись снова в лесу, Зло, не разбирая дороги неслось вперед, буквально ощущая запах столь желанной добычи и победы. Когда землю стал окутывать туман огромная туша с трудом остановилась и принялась, словно гигантские мехи втягивать в себя воздух пытаясь понять, что происходит и, откуда исходит это тревожное ощущения, которое оно так ненавидело - ощущение более сильной сущности, от которого хотело забиться поглубже в ближайшую нору. Впереди показался туманный силуэт при виде, которого у Зла возникло предательское желание сделать несколько шагов назад. Гигант шел в ту же сторону, откуда слышался запах человека, от чего Зло в ярости заскрипело зубами. Да сколько же ему еще будут мешать! Неужели сама судьба против того, чтобы Демон и его временный носитель попались в лапы Зла! Но оно не верило судьбу, но не верило ни во что кроме силы и шумно дыша Зло постаралось успокоится чтобы случайно не привлечь к себе ненужное внимание и как могло крадучись двинулось вслед за своей жертвой.
Что-то явно было не так. Опасность, казалось, исходила отовсюду заставляя человека вжать голову в плечи и испуганно оборачиваться на малейший звук, доносившийся из тумана. Шаги исполина давно уже затихли вдали, и он опасался, что Тени вполне могли вернуться чтобы продолжить преследование. Выбравшись из небольшого оврага, на дно которого он спускался с большой опаской, человек прижался спиной к стволу ели, стараясь отдышаться и прийти в себя. Переменившийся ветер принес собой очень неприятный запах, который ассоциировался с разрытой могилой и от которого волосы на голове мгновенно встали дыбом, а тело, казалось, прошил электрический разряд. Так пахло на заводе как раз после нападения того страшного создания и как будто этого показалось мало человек явственно услышал знакомое хриплое дыхание, которое становилось все громче постепенно приближаясь к нему. Резко оттолкнувшись от ствола, он, спотыкаясь, понесся в туман, совершенно не думая, куда бежит, а за его спиной раздавался топот вперемешку с треском и грохотом валившихся деревьев. Несмотря на то, что он старался выжимать из своих уставших ног всю возможную скорость звук неумолимо приближался, не оставляя никакой надежды на спасение. Уподобляясь зайцу, он поминутно менял направление, стараясь двигаться зигзагами, буквально ввинчиваясь между стволами деревьев в надежде задержать преследователя одновременно изо всех сил пытаясь не поддаваться панике, которая билась в голове словно птица, вот-вот грозя полностью погасить сознание. Мимо пролетел силуэт вырванного с корнем дерева и громко вскрикнув человек метнулся в сторону, но поскользнувшись на кучи палых листьев упал в грязь перекатившись через голову замер понимая, что теперь ему точно не выбраться.
Наконец-то! Зло торжествовало видя, как маленькая худая фигурка упала, взметнув за собой тучу грязно-желтых листьев. Теперь ему уже никуда не деться и наконец-то с опасностью, которую нес в себе этот человек будет покончено навсегда. Трясясь от злорадного хохота, оно тянуло свои руки уже практически чувствуя, как запускает когти во влажную плоть разрывая тело и отбирая у носителя ту силу, которую так жаждало заполучить.
Демон брезгливо отодвинул от себя огромные покрытые грязью раздутые пальцы и пружинисто поднявшись, посмотрел в единственный сохранившийся глаз Зла, слегка порадовавшись читаемому в нем полному непониманию происходящего. Нависнув над своей жертвой, оно стегало воздух похожими на корни ногами исходя паром от быстрого движения, распространяя вокруг вонь гнили и прелой слежавшейся земли. До чего же все-таки мерзкое создание! Мрачно ухмыльнувшись, он перехватил вновь тянущуюся к нему руку Демон с силой потянул ее на себя одновременно вывернув суставе, отчего необъятная туша Зла со стоном рухнула на колени. У него в запасе оставалось очень мало времени прежде, чем его сила, которую он высвободил для борьбы начнёт разрушать тело носителя. Слегка размахнувшись, Демон отправил кулак на встречу с челюстью, круша кость и заставляя тварь опрокинуться назад. Не останавливаясь не на секунду, он перешел к нижним конечностям стараясь нанести как можно больше ущерба, отчего чуть не пропустил удар рукой наотмашь от силы которого, взвыл сам воздух. Перехватив руку, Демон взбешенный, что тварь все еще смеет сопротивляться, резким движением сломал ее, и уже потянувшись к шее ненавистного врага, неожиданно упал на одно колено, с удивлением понимая, что не может подняться.
Скуля от боли по сравнению с которой копье человека теперь казалось лишь простой занозой Зло пыталось отползти, подволакивая одну ногу и скребя землю вывернутой в суставе рукой. Вторя явно сломанная, висела безвольной плетью вызывая при каждом движении новые взрывы боли в и без того разрывавшейся от нее голове. Будь проклят Демон ведь именно его холодный вытаскивающий душу взгляд, оно разглядело по ту сторону человеческих глаз. Из-за сломанной челюсти и пары выбитых клыков оно не могло даже кричать, издавая лишь подвывающие всхлипы, ожидая, что вот-вот его настигнет завершающий удар, но его почему-то не последовало. Опустив глаза вниз Зло сквозь пелену слез разглядело стоящего на колене человека. Нет не человека. Демона, тянувшегося чужой рукой к его шее и смотрящего на Зло с такой ненавистью и гневом что, не выдержав этого взгляда оно ползло, прыгало, хромало и ковыляло лишь бы только убраться подальше от вида беспощадных глаз в которых читалась самая настоящая смерть. Оно не могло остановиться даже когда фигура человека скрылась за деревьями. Кипучая ненависть Демона преследовала Зло, врезаясь в мозг острыми раскаленными гвоздями, заставляя беспомощно выть, лишая воли и остатков здравомыслия, отчего необъятна туша продиралась сквозь чащу, не обращая на раны, наносимые обломками ветвей, стараясь как можно быстрее раствориться в спасительном тумане.
Человек пришёл в себя в том же положении в котором отключился и сев бездумно уставился перед собой. Неожиданно в голове прояснилось, и вспомнив страшную тварь, что буквально нависала над ним, он с криком отскочил на несколько метров, оглядываясь по сторонам в любой момент, ожидая завершающего его жизнь удара, но туманный лес поражал своим безмолвием и ощущением бедствия, которое разразилось только что, изгоняя из этого места любое живое существо, обладающее разумом. В паре шагов от того места, где он упал земля казалась примятой как будто нечто огромное повалилось, здесь расплющивая и вдавливая в грязь мелкие сучья и листву. От этой мерзко пахнущей проплешины начинался след, тянущий назад в том направлении, откуда прибежал человек, и он ни за какие сокровища мира не стал бы проверять куда вела эта своеобразная тропа. Кулак слегка саднило и опустив глаза он, поморщившись коснулся содранной на костяшках кожи. Человек точно помнил, что до падения это точно не было. Похоже, он вообще крайне неудачно упал, все тело ломило, так как будто он несколько дней перетаскивал бревна, а правое плечо пульсировало, отзываясь болью и противным хрустом на каждую попытку пошевелить рукой. С опаской оглядываясь человек, постоянно повторял себе что, необходимо как можно скорее покинуть это место, ведь неизвестно куда делось то страшное создание и, не наблюдает ли оно, за ним прямо сейчас решив поиграть, словно кошка с уже почти пойманной мышью. Сделал несколько неуверенных шагов, он тряхнул головой, из которой казалось пропал тот «туман» что подсказывал куда ему идти и просто пошел вперед, время от времени пытаясь удержаться, хватаясь рукой за очередной услужливо подвернувшийся ствол. Ему казалось что он уже видит границу туманной пелены за которой начинается что-то другое как из-за его спины подул ледяной ветер заставивший его упасть и впервые за последние дни громко закричать от нестерпимой головной боли.
Демон умирал. Опять. Если, конечно, к подобной сущности можно применить такой скудный термин как смерть. Истратив все свои силы чтобы противостоять Злу он даже рискнул выйти из тела носителя чтобы отогнать мерзкое отродье как можно дальше и вернувшись обнаружил пришедшего в себя человека добравшегося практически до границы тумана. Демон чувствовал всем своим естеством, что его время в этом мире наконец-то подходит к концу и теперь даже та малая часть что осталась окончательно исчезнет, растворившись в пустоте, из которой как он очень надеялся, нет возврата. Но все же он ликовал, потому что наконец выполнил то зачем оставался на грани жизни цепляясь за нее все эти годы и наблюдая за тем, как мир постепенно исцелялся после того, что Демон называл не иначе как Катаклизмом. В сущности, Демон являлся ядром знаний накопленными поколениями, прошедшими перед его глазами и теперь вливая их в сознание носителя, он очень сочувствовал человеку, к которому все же успел привязаться за дни, проведенные вместе. Он как мог, старался защитить хрупкий человеческий разум, мысленно прося того, выдержать, и не поддаться вероятному безумию. Конечно, ему придётся очень тяжело особенно первое время, но Демон наделся, что человек справится, надеялся, что тот сможет передать знания тем, кому они нужны, надеялся, что тем самым не позволит угаснуть искре сознания, которая мешала Злу и тварям, гораздо более страшным, окончательно завладеть всем этим миром. Он надеялся, ведь у него не осталось ничего кроме этой хрупкой призрачной надежды. Даже теперь он чувствовал полный ненависти взгляд Зла, которое в бессильной злобе скалило оставшиеся зубы где-то там в туманной дали. Улыбаясь от осознания того, что тварь теперь не скоро придет в себя после подобного поражения Демон все же жалел, что не смог убить это создание, когда представился такой неплохой шанс. Зло иррационально по своей природе, и зализав свои раны, наверняка оно еще не раз попытается разрушить все что, по его мнению, может угрожать его власти. Правда это уже совершенно не волновало Демона как не волновал его туман, накрывающий его со всех сторон. Все что имело значение это чувство легкости и полной свободы, что охватило сущность за секунду до того, как он исчез.
Человек кричал. Кричал как новорожденный со всхлипами втягивая в себя холодный осенний воздух лишь для того, чтобы через секунду выдохнуть его с новой порцией рева. Держась руками за голову, он был абсолютно уверен, что стоит хоть на секунду отпустить, и она тут же разорвется от всей той информации, что хлынула в нее с последним вздохом последнего Демона этого мира. Стоя на четвереньках, он не мог сдержать катящиеся из глаз слезы тщетно пытаясь осознать все, что происходило с ним и не утонуть в накатывающем, словно лавина безумии. Наконец сознание милостиво погасло, не выдержав образов и отголосков, наполнявших уши невообразимым шумом и человек мешком, рухнул на траву свернувшись в позе эмбриона совершенно безучастный к тому, что происходит с вокруг него.
Прошло немало времени прежде, чем в лес, взбудораженный последними событиями, осторожно вернулись настороженные обитатели. Маленькая рыжевато-коричнева сойка, облюбовавшая для себя макушку высокой сосны, спикировала вниз, чтобы сорвать небольшой гриб, унеся его потом в щель коры старой осины к другим своим запасам сделанными пред предстоящими холодами. Высунув голову из норы, в которую он забрался, спасаясь от непонятной опасности и криков, барсук недовольно поводил носом, улавливая странный новый для него запах и выбравшись наружу, заспешил в сторону близлежащего озерца в надежде на возможную добычу. На небольшую прогалину осторожно ступая и шевеля большими ушами, вышел тонконогий олень, подозрительно разглядывая неподвижное тело, лежащее среди деревьев, от которого исходил запах дыма и еще чего-то знакомого и вызывавшего у животного неприятное ощущение. Нетерпеливо перебирая ногами, он не решался подойти ближе, в отличие от мышей, которые вездесущими серыми комочками уже сновали по неподвижно лежащему телу стараясь заползти то в карман куртки, а то и вовсе под грязно оранжевый свитер, надеясь вольготно устроиться в теплом местечке. Неожиданно одна из них пискнув попыталась сбежать, но вылетевшая из кустов рыжая стрела тут же поймала ее, отправив в пасть щёлкнув напоследок острыми зубами. Лис внимательно оглядывал прогалину, держа лапой еще одну извивающуюся добычу пока не наткнулся взглядом на неодобрительно покачивающего рогами оленя. Зарычав Лис выгнул спину заставив оленя раздраженно фыркнув скрыться в тумане напоследок, махнув небольшим пятнистым хвостом. Закончив с мышью Лис потянул носом воздух оглядывая двуного со всех сторон. Он сам не ожидал что окажется, здесь просто следуя за собственными инстинктами животное бежало по лесу пока не уловило такой знакомы манящий аромат. Не в силах сопротивляться оно вновь оказалось рядом с этим странным созданием и немного покрутившись, улеглось рядом шумно вздохну, внимательно поглядывая в разные стороны.
Резко очнувшись словно от дурного сна первое что, почувствовал человек теплый бок лиса, который закрыв глаза лежал, рядом подсунув голову под его руку. Автоматически запустив ладонь в жесткую теплую шерсть он даже слегка зажмурился от такого осязаемого знакомого ощущения, казавшегося спасительным кругом в водовороте вспышек и образов, которые наполняли его сознание. Гладя, животное он понял, что лис не спал, из-под полу прикрытых век хитро косился на него ярко оранжевый глаз. Поняв, что его раскрыли, лис зевнул, и неспешно поднявшись, и потянувшись, отошел в сторону, где, чуть склонив голову на бок, наблюдал за поднимающимся со стоном человеком. Казалось, что каждую кость в его организме вынули и как следует обработали палками, после чего из озорства поместили обратно в тело. Поведя плечами, он отстранённо вспомнил о рюкзаке, брошенном в безумном забеге прошлого дня и постаравшись выпрямиться медленно пошел к кромке леса, окутанной туманом, за которым лежала его столь долгожданная и неизвестная до этого момента цель. Теперь он знал все.
Это началось давным-давно, когда человечество словно муравьи заполонили весь мир отбирая силой у природы все новые территории застраивая их своими каменными муравейниками тянущимися в небо в вечной наглой необходимости доказать кто истинный хозяин мира. И, конечно же, среди них находились те, кто, жаждали власти и богатств, которые возвысили бы их, над остальными. Борясь за привилегии, они, не чурались никаких средств или методов. Даже Демон, отдавший ему все знания, не мог точно сказать, кто первый нашел один из тех самых алтарей, который человек видел подвале разрушенного города. Наследие давно ушедших культур они притягивали тех, кто мог услышать их зов, обещая желанные силы и возможности, но лишь для некоторых - избранных. В бархате роскошных залов, за закрытыми дверями собирались группы людей, представлявших себя элитой, тщательно отбирая кандидатов для посвящения в тайну. Некоторые отдавали все, что у них было, другие шли на просто кошмарные преступления в попытке стать избранным и дотянуться до заветного кусочка власти. У алтарей они приносили жертвы, и возносили молитвы на мертвом языке пока, наконец, ни обратили на себя внимание сущностей, живших за пределами известного человечеству мира. Постепенно культы и ложи ширились, захватывая все больше и больше умов и жизней, они коверкали мораль, и высмеивали ценности, извращая и вытравливая все светлое, что еще оставалось в людях на потеху безымянным «богам», пока однажды не породили Зло. Поселившееся в темноте самых тайных подземных святилищ, где оно жило, питаясь человеческими страхами и амбициями меняя образ своих последователей пока от них не остались лишь хищные Тени, практически полностью лишённые человеческого сознания, озлобленные от понимания того, чего лишились по собственной воле. Но несмотря на все эти примеры и опасность Злу все равно поклонялись и служили. Трусость, ярость, ненависть накапливались пока в один из самых черных дней не разразился Катаклизм. Человек скривился от боли, когда в его голове вспыхнули яркие вспышки взрывов ракет, сметавших целые города с лица земли и отбрасывавших человечество далеко назад в его развитии. Демон не знал, что стало причиной катастрофы, сказалось ли влияние Зла или просто человеческая ненависть к себе подобным, наконец, достигла апогея, взорвавшись огненным смерчем, пронесшимся по всей Земле. В этот момент Зло наконец-то получило свой шанс, и в полной мере воспользовалось им, заграбастав себе огромный кусок мира, отгороженный незримой границей, на которой он как раз сейчас и сидел, тяжело упершись руками в колени и поглаживая устроившегося у ног лиса. Голова нещадно болела и казалось пульсировала где-то за глазами, то успокаиваясь, то снова вгрызаясь в мозг с новой силой. Демон передал ему все знания, которыми когда-то обладали люди. Теперь человек точно знал принцип действия колеса и способ синтезирования сверхтяжёлых элементов для ядерного распада, мог в мельчайших деталях описать, как перепахать поле и как собрать ракету, работающую на жидком топливе. Большинство из этих знаний человек не понимал, но твердо знал, что поймет, стоит ему лишь на секунду закрыть глаза и погрузиться в воспоминания, целой расы, которые ему доверила призрачная сущность, хранившая их тысячелетия, пока мир старался оправиться от последствий бездумной и беспощадной войны. Теперь перед ним стояла вполне четкая и понятная цель. Там за гранью этого тумана все ещё ютились жалкие остатки человечества старавшиеся сохранить то немногое что у них было и выжить в окружении бесконечно наступающего леса. Скрываясь в руинах и небольших землянках общины, лелеяли тусклые искры знаний, делая вылазки в оставленные города. На следы, одной из таких вылазок как раз и наткнулся человек во время своих странствий. Теперь у человечества появился шанс, крошечный, практически ускользающий, но все-таки шанс, если, конечно, он сможет пройти эти несколько десятков шагов. С трудом поднявшись он направился к последним деревьям, за которыми виднелись силуэты такие знакомые и манящие. Подняв голову и руку вверх, он с трепетом в груди различил звук, который уже не чаял никогда услышать.
Майя всматривалась в колышущуюся молочно белую стену, за которой начинался проклятый лес, из которого последние пару дней раздавались настолько страшные звуки, что даже у матерых охранников сводило от страха внутренности. Мало того что теперь на границе леса словно задернули занавес из сотканного из тумана полога так еще и рев боли и страха, раздавшийся вчера ближе к полудню, заставил старейшин отправить на заставу дополнительных стражей в том числе и Майю, которая лишь несколько месяцев назад отпраздновала свой восемнадцатый день рождения. Они называли это место Гранью, именно так, с большой буквы подразумевая, что она отделяла остатки мира людей от бесконечного леса, населенного хищниками, монстрами и фанатиками, которые тои дело выходили, чтобы попробовать оставшиеся людские заставы на прочность. Леса, в который за столь необходимыми припасами осмеливались ходить только самые отчаянные охотничьи партии, вооружавшиеся так как будто-то отправлялись на войну. Прижимая к плечу уже порядком ржавую винтовку, она вглядывалась в туман, за которым, как ей казалось, она видела какое-то движение. Даже ее скудный опыт подсказывал девушке, что это не могло предвещать ничего хорошего! Последняя партия, посланная старейшиной на восток в развалины древнего города, давно уже вернулась обратно, и за Гранью просто не могло остаться ни одного человека.
- Там – Калеб смотревший в ту же сторону указал грязным покрытым копотью от костра пальцем в сторону стены деревьев.
- Где? Я не вижу? – Девушка, сощурив глаза пыталась понят куда указывал напарник.
- Вон! Там – Калеб подняв свое ружье, уже целился вперед, не сводя глаз с горизонта.
- Боги! – Непроизвольный крик вырвался из груди девушки, когда и она увидела выходящую из тумана человеческую фигуру, резко вскинувшую голову видимо услышав ее не смотря на приличное расстояние. У ног человека медленно шел большой рыжий лис, придававший всему этому донельзя нереальный и пугающий вид, особенно если вспомнить что за твари иногда приходили из тумана по ночам. Одетый в потрепанную кожаную куртку и штаны непонятного, из-за покрывавшей их грязи, цвета незнакомец приветливо поднял руку, и девушка сама не осознавая, почему опустила винтовку вниз.
- У него нет рюкзака! – Старший из их группы Икар смотрел на фигуру неуверенно теребя руками приклад автомата – Как можно выжить в Лесу без рюкзака? И откуда он вообще там взялся?
- Не знаю – Калеб прищурился, не поднимая глаз от прицела – Эй ты! Стой на месте или я тебе ногу прострелю! Ты не понял? Стой! Стой будь ты проклят! – Он был готов выстрелить, когда на ствол винтовки легла женская рука.
- Не надо – Майя не могла оторвать взгляда, от человека, который почему-то казался ей очень важным. Человека, который пришел оттуда, где больше не было людей. Человека, пришедшего из-за Грани.