- Мне тут позвонила Маргаритка, у нее знакомая в соцзащите, - говорит Марина, пока мы с ней едем к нам на дачу делать Чарке укол, - наш-то бомжара отказался от дома престарелых и завтра его выписывают.
- Куда?- задаю глупый вопрос
- На улицу, куда еще? Он, видишь ли, в тепле насиделся, захотелось опять вольной жизни. Выпить-то хочется, а в больнице никто не наливает. Только вот он не понимает, что это конец. Мы к нему ездить больше не будем, может он думает, что мы продолжим его «курировать»?
Марина иногда говорит жестко.
- Он ошибается. Мы сделали все возможное и даже чуть больше. Дали ему шанс. Если он хочет умереть от холода и в муках – его право. Поговорить с ним надо, конечно. Только успеем ли. Говорят, он уже подписал документы об отказе в отправке.
- Марин, давай завтра к нему заедем, - говорю, - он не понимает, что делает. Там мозги-то давно атрофированы. Я не выдержу каждый раз видеть его у Магнита, и так боюсь смотреть в ту сторону.
- Давай, - говорит Марина, - посмотрим, в чем там дело. Поговорить надо, по крайней мере узнаем все из первых рук.
Вот мы уже на третьем этаже терапевтического отделения.
Стоим в нерешительности, кого бы спросить, где его палата. И вдруг видим, идет наш красавчик собственной персоной нам навстречу.
Я его не узнала, честно. Из лохматого зверя с черным от грязи лицом, обрубленным носом, грязного и источающего отвратительный запах, Сережа превратился в ничего себе дядечку с усами в модной спортивной кофте. От него ничем не пахнет, лицо чистое, идет бодро.
- Ну что, Серенька, надоела тебе нормальная жизнь?
Бомж всплескивает руками и бессильно роняет их, не в силах справится с эмоциями. Мы спускаемся вниз и садимся на мягкие сиденья. Сережа остается стоять
- Надоело мне лежать и сидеть, устал уже.
- А какая у тебя альтернатива? – спрашивает Марина.
- Вот представь, оказался ты дома, там, в своем жилище без окон и дверей, что дальше? – подхватываю я. Ты знаешь, какая сейчас погода на улице? Хороший хозяин собаку не выгонит.
Это правда, несколько дней подряд идет дождь со снегом, холодный ветер, минусовые температуры, холод и сырость.
- Да знаю яяяя, - тянет Сережа, - курить выхожу.
Я апеллирую к его разуму, чтобы он сам сделал выводы.
Но это только начало разговора.
Мы еще не знаем, что он продлится не меньше часа, за это время Сережа признается, что не хочет именно в то место, куда ему предлагают, потому что его там убьют. Оказывается, мы добрались до темного прошлого. Потом, один за другим всплывают новые нюансы Сережиного решения: мы узнаем о женщине, которая собирается его приютить после больницы (вот жук!), но ей нужна его пенсия. А пенсии у него нет.
Марина популярно объясняет бомжу, что пенсии не будет, потому что у него нет документов, подтверждающих наличие пятнадцатилетнего стажа (из всех углов наскребли только 8,5 лет), а социальная положена только с 70. То есть, придется подождать.
Дальше я просто смотрю и наслаждаюсь, как Марина раскладывает по полочкам все Сережины фантазии насчет женщины, пенсии, здоровья и друзей, у которых наш бомж собрался перекантоваться в холодное время года.
На слове здоровье бомж вскидывается и рассказывает нам все свои диагнозы.
Марина прямо говорит, что здоровье не позволит ему прожить долго,
Но! сколько тебе осталось ты должен прожить в тепле! Ты слышишь меня, Сережа? В тепле!
Она красочно описывает, что будет с его болезнями, когда он попадет в свое прежнее деpьм0.
Два дня, ты слышишь меня, два дня! Ровно столько тебе понадобится, чтобы все обострилось и проявилось с новой силой.
Бомж грустно кивает.
- Нет у меня никакого здоровья и уже не будет.
Да! Нет, - безжалостно соглашается Марина. Незаметно она переходит на его прошлую жизнь и говорит, как им с братом надо было жить и что делать. Куда надо было тратить деньги, заработанные летом на ягодах и грибах, и что конкретно надо было сделать с домом.
Бомж опять кивает.
- Сережа, ты должен оставить свое прошлое в прошлом. Не думай о нем, нет в этом никакого смысла.
Ты думаешь, мы просто так появились в твоей жизни?
Тебе нашими руками помогает сам Бог, а ты отказываешься принять этот шанс.
В жизни ничего не происходит просто так. Не просто так в твоей жизни был Рыжий (на этих словах бомж неизменно плачет и роется в карманах в поисках платка), не просто так все сложилось, и ты оказался здесь. Это было дико сложно, подключить к твоей судьбе столько народу, и вот, когда все сложилось и у тебя есть шанс начать новую жизнь, ты включаешь заднюю.
А дальше я с восхищением наблюдаю, как Марина призывает его поменять свою судьбу и встать на путь истинный. Ее слова идут прямо от сердца, речь льется свободно, слова звучат четко и ясно. Ловлю себя на мысли, что ее пламенное настроение передается всем вокруг, и даже случайные люди, оказавшиеся в фойе больницы, давно замерли и внимательно слушают.
Младший брат Сережи, который не проснулся в их доме прошлой зимой и Рыжий, который живет теперь на радуге, тоже замерли и слушают. Ведь это ради них Сережа должен измениться, повернуть свою жизнь в другую сторону, постараться стать первым в их непутевом семействе, кто будет стараться, очень стараться не скатиться опять на дно, а осознает и исправится в те немногие годы, которые отпущены ему на этой земле.
Ну ты даешь, - думаю я, - пробирает до костей.
- Сережа, ты понял?
- Да
- Что ты понял?
- Я скажу, что я согласен ехать, куда надо.
- Хорошо, я достану тебе телефон, чтобы быть с тобой на связи, когда будешь собираться. Мы тебе поможем.
- Марина, давай оставим наш номер у врача, и попросим звонить сразу нам, если что.
Мы поднимаемся на третий этаж и просим старшую медсестру записать Маринин телефон.
- Вот и я ему говорю, - зачем отказываешься? Тебя тут кормят, поят, лечат, зачем дуришь?
Это она прониклась нашим настроением. На днях руководство больницы спокойно оформило его отказ и передало сведения в соцзащиту.
- Значит, можно будет переделать? – спрашивает Марина
- Конечно, можно!
- Хорошо, если что, звоните прямо мне. До свидания!
Мы выходим на улицу, время поджимает. Марине надо к парикмахеру, потом менять колеса, потом к собаке, которая прибилась к одной семье и не уходит, а хозяева позвонили ей и просили забрать (куда???), потому что они не собираются ее кормить, а то еще останется. А вечером выступление в другом городе, надо успеть порепетировать. В общем, обычный Маринин день.
А я тороплюсь записать эту историю, которую хочется рассказать вам, дорогие подписчики моего канала.
Я не особо верю в счастливый итог этого дела, но ведь вопрос не в счастье, а в том, чтобы двигаться вперед, карабкаться, когда легче опустить руки и опять скатиться в яму. В Сережином случае, это вопрос жизни и смерти, ни больше, ни меньше.
- Лучше сразу по-веситься, чем вернуться в это деpьм0, - в сердцах говорит Марина
- Неее, лишать себя жизни нельзя, надо жить, грех это, последнее дело, - отвечает бомж.
Мы с Мариной удивленно переглядываемся...