«О спорт! Ты – наслаждение!..
…О спорт! Ты – зодчий!..
…О спорт! Ты – справедливость!..
…О спорт! Ты – вызов!..
…О спорт! Ты – благородство!..
…О спорт! Ты – мир!»
(Пьер де Кубертэн)
ПРОЛОГ
Приведенные цитаты из «Оды спорту» барона дэ Кубертэна, инициатора возрождения Олимпийских игр, а затем и многолетнего руководителя Международного Олимпийского Комитета сегодня, конечно, могут вызвать скепсис и саркастическую усмешку: справедливость? Благородство? Мир? И все же, и все же… Хочется, чтобы так было. И чтобы спорт являл только лучшие образцы человеческой натуры.
Идея, а точнее, тема, витала у меня давно, но стройности и ясности как-то не было. Она и сейчас не совсем точна, но я понял, что пока не начну, ясность может и не появится. В общем, я решил по-своему некоторые события, широко известные или нет, как я об этом слышал, или это видел, или воспринимал.
Если вкратце, то спорт мне был интересен всегда, сколько себя помню. Видимо, потому, что он был частью жизни семьи моих родителей, что не могло не отразиться на нас с братом. Хотя родители не были спортсменами-профессионалами, тем не менее…
НАЧАЛО
В связи с тем, что родители наши и познакомились-то в спортивной институтской секции, спорт, получается, вообще основа и толчок для создания нашей семьи. Позже, уже когда и мы подрастали, родители со спортом связи не теряли. Мама поменьше со спортом соприкасалась, времени все же не хватало. Однако эпизодически и на лыжах выходила, и в волейбол, бывало, поигрывала. Ну а папа чем только не занимался, многое успевал. Футбол, волейбол, бег… Лыжи, само собой. Они вообще с ним чуть не до конца дней были связаны.
Так что мы с детства атмосферу физкультуры и спорта впитывали. Спортсменами, даже мало-мальскими, не стали, да. Но это уже другой вопрос.
Под влиянием спортивных родителей, особенно папы, который выписывал и читал газету «Советский спорт» и покупал немало книг вообще, и про спорт в частности, я к спорту всегда тянулся. И тоже все это читал. И по телевизору по возможности смотрел. Кроме уже упомянутых дворовых спортивных развлечений, стремился и посерьезнее заниматься.
Сначала, класса с 3-го, пошел заниматься в секцию плавания в нашей школе (где же еще?), хотя никакого бассейна и близко не было, а на речку никто бы нас не пустил. Позже возник вопрос: с чего бы секцию назвали «плаванием»? Но тогда такое в голову не приходило, я ходил в школьный зал, со мной пошел и друг Колька. Чем-то мы там занимались, тренировались, чему-то общефизическому учились, и пересказывали друг другу сплетни о том, что скоро у нас возле школы построят бассейн и вот тогда…
Бассейна там нет и до сих пор, а мы с 4-го класса перебрались в секцию легкой атлетики, которую вел другой школьный физкультурник Геннадий Георгиевич Семенов. Он, кстати, у нас вел и уроки все время. Вот легкая атлетика уже была настоящая, в отличие от плавания. Бег, прыжки, метания. Ну метали мы только теннисный мяч, еще немного гранату – в соответствии с требованиями норм ГТО. Ядра и диски, может, и были, но что-то смутно. И вообще, это уже вещи серьезные. А уж копье и молот и подавно, этого точно не было. Или копье все же было, засомневался теперь я?
Так что очень практиковал у нас Геннадий Георгиевич бег на разные дистанции (секундомеры, стартовые колодки, эстафетные палочки – эти виды инвентаря нам стали знакомы). Прыжки в длину в яму с песком, конечно, тоже. Ну и прыжки в высоту: стойки и планки в арсенале тоже имелись.
Отступлю: как-то под влиянием, видимо, упомянутых газет, книг, передач у меня сформировалась тяга не просто к спорту, а конкретно к легкой атлетике. Я уже тогда знал, что ее величают «королевой спорта». Я знал и все ее составляющие виды: все дистанции бега гладкого и с барьерами; все виды прыжков и метаний. А также многоборье. Разбирался, какие виды входят в олимпийскую программу, какие применяются в других, менее официальных, соревнованиях. Много в моей памяти осело и закрепилось имен великих чемпионов, и отечественных, и зарубежных, а также разных примечательных фактов, событий, рекордов, побед и поражений.
Но не только как зрителя или читателя меня это интересовало. Мне и самому хотелось и было очень интересно освоить что-нибудь из легкой атлетики. Особенно меня привлекали прыжки в высоту. Я и по телевизору этот вид больше всего любил смотреть. И сам был готов только ими заниматься. Это при том, что по сути у меня не было к этому никаких данных.
Мне очень не хватало роста: где-то, наверное, лет с 9-ти я стал отставать в чисто физическом развитии от сверстников, а дальше все больше и больше. Что поделать, генетика такая. Антиакселерация. Мускульной силы тоже не доставало. Как и скорости, гибкости, резкости. В общем, не имел ничего, кроме желания и понимания.
Теоретически я усвоил технику прыжка в высоту очень неплохо. Да и практически подучил. Я знал из отцовских книг, что когда-то (задолго до моего рождения) спортсмены преодолевали планку способом «ножницы».
Вот так это примерно выглядело.
Потом появился более прогрессивный «перекат».
Он, как видно, уже более профессиональный, что ли.
Ему на смену пришел «перекидной», который к моменту моего начала занятий был доминирующим способом, весь мир так прыгал.
Здесь, как видно, спортсмен огибает планку, все время находясь к ней лицом.
Но после того, как на Олимпиаде 1968-го года в Мехико американец Дик Фосбюри (Dick Fosbury) стал чемпионом, явив миру невиданный дотоле стиль прыжка спиной к планке, этим самым «фосбюри-флопом» (прыжок получил название по фамилии «первооткрывателя») стали постепенно прыгать все больше и больше спортсменов. Сначала высшего уровня, потом, конечно, дошло и до низов, и детей стали учить только этому способу. Оказалось, что флоп не только внешне очень эффектен, но и чрезвычайно эффективен, иначе бы он не прижился.
Хотя еще сколько-то лет продолжали поддерживать уровень некоторые прыгуны перекидным, и даже что-то выигрывали, но таких становилось все меньше, а потом и вовсе не осталось.
Во время же моего знакомства и начала занятий легкой атлетикой ситуация была такая. На уроках физкультуры (а прыжки в высоту входили в программу) детей обучали тем самым древним «ножницам». И этого хватало, чтобы в массе выполнять начальные нормативы. А чего еще надо на уроках-то? А вот те, кто приходил заниматься в секции, уже осваивали перекидной. И на соревнованиях школьников, скажем, городского масштаба почти все прыгали так. В том числе и я, и друг Колька, который пришел в секцию за компанию со мной. Но он всегда был ростом гораздо выше меня, да и просто здоровее, потому и результаты у него были посолиднее. Хотя моя техника была более правильная.
Но все равно мы продолжали прыгать и любить это дело. Сожалели, что прыжкам маловато времени отводится. А потом… не помню, что произошло сначала: мы с Колькой стали прыгать не только в школе или наш Геннадий Георгиевич вдруг «заболел» той же «высотой». Несмотря на свой далеко не высокий рост он, видимо, захотел освоить стиль фосбюри-флоп. Впрочем, для баскетбола его рост тоже не сильно годился. Но все это он делал, понятно, просто для себя. Как рыбаки зачастую ходят на рыбалку далеко не всегда ради улова, а процесса для.
Быстро поняв, что для этого стиля прыжка (приземление на спину!) не очень подойдет стопка гимнастических матов, которая вполне оправдывала себя для перекидного, он, не знаю, сам ли придумал, вычитал ли где, но в итоге соорудил приспособление. У настоящих спортсменов в телевизоре были толстенные поролоновые подложки. Зная, что рядовой школе взять такую штуку негде, Г.Г. заказал у шефов на заводе СМО этакий сварной стол из труб квадратного сечения: рама на лапах, да не на четырех, как у простого стола, а поболее, точно не помню. Поставив стол в спортзале на отведенное место, тренер сам, с кем-то помогающим, навязал на плоскости стола вдоль и поперек заготовленные резиновые ленты – не знаю, из чего он их нарезал, но были они вполне прочные. А уже сверху и особенно по периметру на каркас он наложил те самые маты. Все, «яма» для приземления была готова.
И стал Г.Г. прыгать сам, осваивая флоп, и нас обучать, но далеко не всех, а у кого был интерес. А у меня и Кольки интерес, повторюсь, был. Вспомнил начало: мы часто прыгали у Тервинских в квартире! Мать его работала медсестрой в санатории, уезжая из дома на сутки, а отец работал по обычному графику, то есть, до вечера его не было. И мы, собравшись после уроков, натягивали какую-нибудь веревочку и прыгали через нее на диван. Я знал, что на диван прыгать нельзя, что он в итоге может сломаться, но Колька был не такой послушный, а, точнее, безалаберный, и не заморачивался каким-то там диваном. В итоге тот, конечно, не выдержал. Но это еще когда произошло!
А пока мы отмеряли шаги разбега, портновским сантиметром замеряли высоту нашей планки-веревки, и оттачивали технику прыжка.
Потом, то ли просто от того, что еще подросли, то ли Кольке строго запретили использовать диван в спортивных целях, но мы вышли из помещения. Недалеко от дома была лесопилка. По-другому, циркулярка. Понятно, что там на циркулярной пиле мужики распиливали вдоль и поперек доски. Вот они нам по нашей просьбе из отходов вырезали и стойки, и планку. Там же рядом, разумеется, были кучи никому не нужных опилок. На одну из них мы добавили немного принесенного нами сена. Укрепили стойки с какими-то (не помню!) самодельными подставками для планки – перемещаемые, чтобы высоту менять! – и наш сектор для прыжков был готов.
Не припомню, приходил ли к нам кто другой из пацанов прыгать, но мы попрыгали немало! Наверное, в течение недели, пока шли весенние каникулы. А потом то ли что-то поломалось, то ли стащили, то ли нас разогнали… Но технику прыжка и перекидным, и флопом мы освоили вполне. Я и сейчас ее помню пошагово, могу рассказать и объяснить все фазы движений. Да и исполнить даже сейчас не бы отказался попробовать.
А уж тогда! Даже несмотря на временную увлеченность нашего тренера нам все было мало. Думаю, что, если бы мы были повыше, посильнее и прыгали на какие-то значимые тогда высоты, то Г.Г. уделил бы нашим прыжкам побольше внимания и времени. Но случилось как случилось.
Разумеется, если уж мы тренировались, то иногда у нас и соревнования случались. Г.Г. объявлял нам: завтра (послезавтра, …) едем на городской турнир! (или на первенство города, например). И мы собирались в нужное время, взяв спортивную форму (она же – тренировочная) и на том же автобусе №7 все вместе ехали в город, а там уже добирались к месту соревнований, на какой-либо стадион или спортзал, манеж (если дело было зимой). Там опять же по команде тренера мы переодевались, разминались, записывались, ну и соревновались.
Мало кто из нас отличался какими-либо победами городского уровня, но все равно атмосфера настоящих соревнований давала такой мандраж и адреналин, что, наверное, дыхание и пульс многократно увеличивались еще до старта.
Что до меня, то если и могу чем-либо похвалиться, то лишь парой эпизодов.
Первый.
Поехали мы тогда на осенний (или весенний?) кросс. Проводился он, конечно, не на стадионе, а где-то на окраине города в рощице-лесочке-лесопарке. Дистанцию предстояло преодолеть, кажется, 500 м. или немного больше. Для меня тогдашнего (не помню точно, пожалуй, 5-й класс) это было значительно. Участников было вроде бы немало, поэтому было сколько-то отдельных забегов, а итоги подводились по времени. Точно помню, что я себя оценивал заранее довольно невысоко: вон, мол, пацаны какие здоровые, уж побегут так побегут, куда там мне! Решил, что буду держаться, лишь бы не сильно отстать и быть хотя бы не последним. Кстати, не помню, как нас настраивал наш Г.Г.
Старт был дан и несколько человек сразу вырвались заметно вперед. Я дергаться не стал, бежал по своим силам в хвосте. Вскоре с удивлением стал замечать, что то один, то второй, то третий из числа начальных лидеров стали «тухнуть». То есть, резко «наелись» ребята. Соответственно, я одного за другим стал обходить. И вот я уже среди лидеров – это уже после середины дистанции. Продолжаю вроде бы держать темп, а уже и рядом бежавшие сдуваются. У меня, конечно, уже тоже круги в глазах, воздух в легкие почти не попадает, ноги чугунные, но пока терплю. Остается метров 50 до финиша и вижу, что я-то уже вторым (!) бегу! Это где-то из 15 стартовавших! Ну, думаю, удержаться бы! Хотя тот, что первым бежит, довольно близко от меня, но я совсем не слышу его дыхания. Ему, наверное, совсем легко, не то, что мне. А вот уже и финишный створ, в нем стояли, кажется, в основном, тренеры. И наш Семенов, конечно. И когда я с ним поравнялся, а до финиша оставалось всего несколько метров, он, вместо того, чтобы, как я ожидал, подбодрить, похвалить, вдруг дико заорал: Андрей, обгоняй!!! Ну и откуда силы взялись? Я дернулся и обставил лидера! И выиграл забег!
Собственно, все. Отдышавшись и придя немного в себя, я стал прикидывать: неужто попаду… ну не в призы, хотя бы в шестерку? Это было бы для меня здорово, в городском-то масштабе! Нет, судя по тому, что меня нигде и никак не отметили, значит, я далековато от лучших был. Видимо, другие забеги были побыстрее. И все же – в забеге-то победил!
Второй. Этот был, скорее, околоспортивным.
Однажды в декабре, когда мы учились в 6-ом, тренер Семенов объявил: в такой-то день едем на спортивный вечер. А что это такое, не пояснил. Я почему-то понял, что это вовсе не соревнования. А Колька почему-то не понял и пришел к месту сбора с трико и кедами в руках. Думал, бегать надо будет.
Приехали мы… не помню куда, но в какой-то актовый зал. Там было полно народу – школьники разных возрастов из разных школ города. Ну и мы заняли места. Оказалось, что спортивный вечер – это подведение итогов года, награждение и прочее. Торжественное заседание, короче. Перед Новым годом ведь.
Но кроме официоза было и кое-что развлекательное. В том числе, объявили о проведении спортивной викторины среди всех желающих, сидящих в зале. Ну и пошли вопросы об истории спорта, Олимпийского движения и тому подобные. Ни одного вопроса конкретного не помню, конечно. Однако помню, что для меня они были вполне посильны – книжек соответствующих я к тому времени прочитал немало. И я отвечал. Большинство конкурентов отстало-отсеялось очень быстро. Но на том же уровне, что и я, участвовал и еще один, но десятиклассник (напомню – я-то учился всего лишь в 6-ом). Да к тому же рядом с ним сидело еще немало таких же здоровых парней из его школы, которые его поддерживали активно, громкими криками. Таким образом давили на конкурента, то есть, на меня. Какое-то время мы с ним шли ноздря в ноздрю. Но потом я его победил, ответив правильно на все вопросы! Ничего себе! Давид и Голиаф! Тем не менее, это случилось. Мне вручили какой-то приз.
Пришлось мне однажды поучаствовать и в жульничестве в мире спорта. В нашей школе была неплохая хоккейная команда, в области побеждали и на республику ездили выступать. Так вот, подошел ко мне (кто? Тренер? Не помню, кто именно) и попросил выручить хоккеистов: дать свое свидетельство о рождении пацану, который старше меня на год. Ну что, дал, конечно, съездил мой документ на первенство республики. То есть, как бы я там выступал. Вот так, подтасовки, очковтирательство и неспортивное поведение...
Еще из запомнившегося в моей спортивной школьной жизни был еще спортивный лагерь. После 7-го класса я туда попал. И хотя там не было чего-то выдающегося, но мне это было явно интереснее, чем просто пионерский.
Жили в лесу, недалеко от речки, в больших палатках, в которых стояли то ли раскладушки, то ли топчаны, ну и постели нормальные. Не по-туристически со спальниками.
Утром подъем, зарядка, разминка, водные процедуры, завтрак. Чуть позже тренировка. И так каждый день. Больше не помню, что. Разве что парни-старшеклассники по вечерам с гитарами и песнями…
Короче! Спорт в моей жизни и далее имел место быть, но и приведенного из школьного детства, по-моему, для иллюстрации моего интереса к спорту вполне достаточно. И для понимания того, почему я об этом пишу.