Продолжение редко бывает успешным.
Теряется новизна сюжета. С героев слетает шелуха и под ней оказывается обычное очередное ничто Же ство, которое стремится подняться по головам повыше к претворению американской мечты - из грязи в князи.
К тому же время сейчас толерантнобезобразное, а значит герои наши к типажу Джулии Робертс не имеют никакого отношения.
Итак. Поехали.
Жили-были две подружки, ну как подружки, так две персоны, вынужденные временно находиться на одной территории в надежде выгодно себя продать.
Ценность каждой определялась по очень простой формуле :
готова ли она продаться оптом без каких-либо оговоренных рамок и условий, помноженная на подвижный язык и гимнастическую гибкость.
Выбрали того, который помоложе.
Заключили контракт на время командировки папика, переодели для соответствия хотениям оплачивателя услуг и действо закрутилось.
Красот купался.
Нет, не так как Джулия.
Его купание было прилюдным и проходило под громкие и продолжительные аплодисменты тех, на кого указывал папик.
Красот рассказывал о тяжестях и лишениях его прежней жизни, о том с какими трудностями ему приходится бороться в настоящей.
Толпа внимала, но статус Красота ни для кого не был тайной, поэтому на руках его хоть и носили, но хват был непрочный и возможность быть скинутым в любой момент витала недосказанностью в воздухе.
Красот привыкал. Привыкал к вниманию. К обожанию прибалтийского шпротства. К поцелуям старческого бомонда.
Но время командировки папика подходило к концу и Красот вдруг обнаружил, что часики тикают с какой-то безнадежной ускоренностью, а папик собрался сваливать.
Он практически так и сказал: Я устал. Вместо меня Харрис.
Мнения Красота никто не спросил, перезаключать с ним договор никто особенно не стремился. Но снять его на ночь предложения поступали.
Временные партнеры не скрывали, что они , вернее, Красот у них долго не задержится, но где выход?
Идти по рукам, это не совсем то, что идти по карьерной лестнице.
Усилия прилагаешь, а вожделенное место в высшем обществе ближе не становится.
По вечерам Красот включал видеомагнитофон и пересматривал хеппи энд раз за разом.
Он вернется. Он обязательно вернется. Он не бросит меня на растерзание толпы.
В оправдание деда можно сказать только одно.
Он старался.
Но это уже совсем другой конец.
И к счастливому он не имеет никакого отношения.